про успешных мужчин. И все красавцы! Марку даже торс свой показывать не нужно, чтобы очаровать в полминуты.
— Моральная поддержка, — Марк разводит руками и улыбается. — Что? Считай, что в вашей компании должен быть кто-то, кто сможет зарядить твоему бывшему в челюсть, если что. Руслану нельзя. У него статус. Кир адвокат, может лишиться практики. А я… Так. Просто прохожий. Что с меня взять?
— Егор последнюю копейку с тебя обдерет, если ты ему врежешь, — смеюсь. Рядом с Марком нельзя оставаться серьезной и напряженной, ни на минуту!
— Для этого у нас есть адвокат, разве нет? А впрочем… Пусть попробует. Хочу я посмотреть, как он справится с Киром, который его со всех сторон будет размазывать.
— Время, — напоминает Рус, бросая взгляд на часы.
Мы садимся в разные машины. Я с Русланом еду впреди, а Кир с Марком сзади.
Совершенно не понимаю на самом деле, для чего он появился.
Но очень быстро перестаю об этом думать. Когда мы начинаем проезжать такие до боли знакомые места.
Руслан останавливается при входе в корпорацию. Помогает мне выйти, а у меня голова кружится, когда бросаю взгляд на такое родное здание.
Я ведь здесь выросла. Это практически мой второй дом…
А сейчас приехала сюда для того, чтобы воевать….
— Все в порядке, Мила. Я рядом.
Руслан сжимает мою руку, а я мечусь глазами по окнам.
Готова ли я на самом деле с ними встретиться? Сейчас я совсем в этом не уверена.
Пошатываюсь, когда мы входим у высокое, такое родное здание.
— Алексей? Неужели я настолько изменилась, что вы меня не узнали?
На входе нас проверяет лично начальник безопасности отца. Мой ровесник. Его отец тоже здесь раньше в охране работал. Как и я, он здесь с детства со своим отцом время проводил, когда его было некуда деть. А после папа взял его на работу. Лешка же здесь каждый закоулок знает, каждую щель!
Помню еще, как его отец чуть не плакал от благодарности!
А теперь он придирчиво изучает мои документы! Мои!
Пропуск, паспорт, сверяется с таблицей в компьютере. Можно подумать, что наше появление на совете директоров такое мелкое событие, что его лично об этом не предупредили!
Хочется возмутиться, но Руслан крепко, до боли сжимает мою руку и я замолкаю.
Алексей хмурится, делая вид, что очень тщательно изучает документы.
Наверняка это приказ Егора. Или Ляли.
Специально, чтобы меня унизить еще сильнее.
Но устраивать скандал, конечно, слишком глупо. И слишком недостойно. Нужно поберечь силы для основных переговоров, главного на сегодня боя.
— Простите, Людмила Алексеевна. Я должен был все проверить по максимуму.
— Было похоже, что это не я, а кто-то переодетый под меня?
Все же не выдерживаю. Иронично кривлю губы.
— Вас проведут, — Алексей вздыхает, возвращая нам документы.
— Не стоит. Я прекрасно знаю, где переговорная. И конференцзал.
— Простите, но такой порядок. Я обязан выделить гостям сопровождающих.
«Чтобы мы ничего не украли в лифте?»
Снова хочется съязвить, но на самом деле все это и правда ударяет по больному.
Гостья. Я. Здесь!
И это отношение от тех, к кому я так привыкла за эти годы! Я ведь Алексею собственную жизнь доверила бы, даже не задумываясь!
— Может, нас еще обыщут? Таких приказов у вас не было?
Руслан еще сильнее сжимает мою руку. А рука Кирилла ложится на мой локоть.
Молча киваю и разворачиваюсь спиной к Алексею, к лифтам.
К нам уже спешит бывшая помощница отца, Дарина, которая, судя по всему, по наследству перешла и к Егору.
Интересно, он с ней тоже… Насколько любвеобильным был мой муж?
— Здравствуйте.
Вечно приветливая, сейчас она даже краем губ не улыбается.
Смотрит холодно и лишь сухо кивает.
— Прошу за мной.
Разворачивается на каблуках и быстро идет вперед.
А ведь раньше не знала, как мне угодить!
То какао принесет, то пирожные мои любимые. Как наседка возилась, вилась вокруг меня, а улыбка прямо с лица не сходила!
— Спокойно, Мила.
Рус наклоняется над самым моим ухом.
— Это такая тактика, — над другим раздается голос Кира.
— Им важно выбить тебя из колеи еще на самом входе. Ты и без того волнуешься, это всем понятно. Им нужно, чтобы до конференцзала ты уже дошла выжатая. От потрясения и обиды. Вывести тебя на эмоции. Эмоции это всегда наша слабость, запомни. Из-за них все совершают глупости. Самые идиотские и провальные поступки. Так что просто не реагируй. Никаких эмоций.
— Потом все выплеснешь. Дома. Я даже разрешу тебе разбить мой любимый сервис, — подхватывает Руслан.
— Ты разве психолог?
Разворачиваюсь к Киру.
Никуда не денешься, эмоции затапливают меня выше головы.
— Я адвокат, Мила. И на собственном опыте знаю, как это бывает. Иногда нет никаких шансов. Никаких лазеек и доказательств. Тогда остается только вывести на эмоции. На максимум. И… Вуаля! Твой противник начинает пропускать удары! А ты выигрываешь под чистую. Получаешь то, и десятой части чего не светило.
Мы слишком долго пересекаем холл. Дарина ждет нас у лифта с нетерпеливой гримасой и постукивает каблуком по паркету.
— Вам не идет такое кислое выражение лица. Улыбнитесь, уверен, так будет гораздо лучше, — рявкает вдруг Марк, о котором я на самом деле уже почти забыла.
Но Дарина только недовольно передергивает плечами и пропускает нас в лифт.
И в нем мне уже становится не до нее. Не до Алексея и не до остальных.
Воздуха вдруг отчаянно начинает не хватать. Сердце бешено бьется о ребра, как будто собирается вылететь прямо сейчас.
Изо всех сил впиваюсь ногтями в сумочку.
Сейчас. Сейчас я увижу. Их обоих. Встречусь лицом к лицу!
И от этого понимания подгибаются колени. О каких-то делах я уже и думать не
