самым белоснежным драконом. Он начал ходить кругами, утробно урча и махая хвостом, как хлыстом. Я завороженно смотрела на него.
Дракон остановился и посмотрел на меня. А затем склонил голову набок и, пригнувшись к палубе, начал подкрадываться.
Я беспомощно обернулась на Рейна, а тот пожал плечами и сказал:
– Милинаф просто играется. Протяните ему руку. Давайте-давайте, не бойтесь.
Дракон уже на несколько шагов приблизился ко мне. Его почти кошачьи глаза с переливающейся зеленой радужкой, казалось, напряженно наблюдали за каждым моим движением.
Я нерешительно подняла руку и, почти заставляя себя, протянула ее вперед.
Дракон издал одновременно щелканье и шипение и бросился ко мне, сбив с ног и подмяв под себя.
– Помогите! – задушено прошипела я, пытаясь сдвинуть эту тяжелую тушу, но тщетно – тот улегся на меня, совершенно не реагируя на тычки, пинки и ругательства.
Рейн с минуту смотрел на мою борьбу, а затем резко бросил дракону:
– Милинаф!
Дракон заворчал, но с места не сдвинулся.
– Не заставляй меня звать Кису.
Милинаф перестал ворчать, зевнул и затем, обдав меня слюной и соплями, оглушительно чихнул. И медленно, почти нехотя встал и, не обращая на стонущую меня никакого внимания, удалился в сторону нижней палубы.
Я встала, утерла рукавом лицо и, потирая ушибы, холодно осведомилась:
– Просто играет?
– Он не чувствует в вас хозяйку.
– А должен?
– Конечно. Это дракон вашего брата. И он так же может наделить вас силой. Так что вашей главной задачей сейчас станет… установление связи. И наполнение источника силой.
Брата. Вот как. Моего погибшего брата. То-то родители удивятся, когда услышат эту байку…
– Дрессировка?
– Установление связи.
Снова сверкнула молния, намного крупнее всех тех, что были раньше. Качка, до этого почти не ощущавшаяся, заставила меня ухватиться за борт.
– И я ручаюсь, что под моим руководством вы скоро вспомните, как это делать, – тихо произнес капитан Рейн.
Гром, последовавший за его словами, почти оглушил меня.
Я сжала зубы и чертыхнулась про себя несколько раз.
Терпи, Александра, терпи.
Глава 30
Волен ветер,
Волен вздох.
Страж бежит,
Пока не сдох.
Песня кадетов
945 год правления Астраэля Фуркаго.
Третий месяц после сезона дождей.
Северо-восток Таррвании
Эжен
Тренькнула тетива, и стрела с легким «в-ш-ш» вонзилась ровно в центр импровизированной мишени – столб с набитым мешком соломы. Привязанный к столбу мальчишка-некромант, над которым как раз красовался мешок, закатил глаза и весь обмяк.
Парень, Лирр, стрелявший в цель, раскатисто рассмеялся:
– Эй, плесните-ка в него водой!
Мальчишку окатили из ведра, затем ударили пару раз по щекам, и он заплаканными глазами посмотрел прямо на меня.
Я молча перемешал угли у костра и продолжил чистить меч. Ночной воздух наполнился стрекотом певучих жуков. Возможно, к нам выйдут любопытные лисоволки, и я смогу понаблюдать за их повадками. В этой провинции были не такие высокие леса, как на западе Таррвании, где последние пять лет находился на службе наш отряд, но зато они были богаче фауной. Только ящериц я успел насчитать тринадцать видов за одни сутки.
Снова просвистела стрела, и мальчишка жалобно всхлипнул.
Мы отобрали все его кости-амулеты, чтобы он не смог воспользоваться заключенной в них магией душ. Сейчас некромант стоял голый по пояс, с разбитой губой и трогательно большими глазами.
На вид лет двенадцать, а хладнокровно прирезал двух моих парней. Этого никто не ожидал: лучший друг Лирра сжалился над мальчиком и не стал добивать после мелкого нападения некромантов. Их банда уже месяц терроризировала торговые караваны и пугала местных жителей. Там было всего десять человек, включая этого мальчугана. И вот, мы выследили их, убили, а мальчонку Фил пожалел. Говорил, на сына похож, такие же глаза.
Теперь Фил уже ничего не мог сказать.
Мы отловили ублюдка уже ближе к ночи, и Лирр сквозь зубы прошипел, что собственными руками удушит его. Но сначала вволю помучает.
Я не стал мешать мести Лирра. Да и не мог, пока они не нарушали устав. А этого они уже давно не делали, зная, к каким последствиям могут привести их поступки.
Император не назначал кого попало на такую службу.
Кусты неподалеку зашуршали. Я тихо цокнул и вложил начищенный меч в ножны. Любопытная длинная мордочка высунулась из зарослей, и к костру осторожно стал приближаться лисоволк, помахивая двумя хвостами. Небольшой, с порванным ухом и царапиной на весь нос. Опытный и явно самка.
Я снова цокнул и бросил в ее сторону остатки рыбы.
Самка лисоволка тявкнула и метнулась к рыбе. Быстро сожрала ее, облизнулась и вновь уставилась на меня глазами-бусинами.
– Ну-ну, маленькая обжора, подойди-ка ближе и получишь еще, – посмеялся я и кинул ей рыбу.
Лисоволчица осторожно вошла в круг света и, помахивая двумя хвостами, приблизилась еще на пару шагов. Еще немного, и к ней можно будет прикоснуться…
Громкий визг обмочившего штаны некроманта заставил ее отскочить и скрыться в кустах.
Я досадливо поморщился и сказал:
– Кончай мальчишку, Лирр, скоро весь лагерь его дерьмом провоняет.
А сам внутренне содрогнулся.
Мне приходилось играть роль сурового ненавистника существ до конца. Иначе какой прок с секретного агента?
Лирр что-то проворчал себе под нос и, подойдя к мальчишке, полоснул тому по горлу ножом. Он выпучил глаза, словно не веря, что это все, навсегда. Я много раз видел, как застывали такие глаза, не с ужасом или печалью. А с бесконечным удивлением, что смерть пришла, хотя казалось бы, как она могла прийти ко мне, такому сильному, молодому и прекрасно владеющему оружием? Спустя несколько мгновений мальчишка совсем обмяк, залив темной кровью серое тело.
Лирр не будет шептать слова погребения, и никто не будет скорбеть по мальцу. Он лишь плюнул в него и, ловко подрезав веревки, оттащил тело вглубь леса.
А там дело докончат вечно голодные падальщики.
Уже две недели наш отряд находился на Северной границе, рядом с равнинами, далеко от столицы. Там простирались земли варваров и обитали существа, которые уже семьдесят лет не выходили на связь с императором.
Астраэль Фуркаго послал нас выяснить, что случилось, и возобновить с ними договор. Я старательно, но без переигрывания отказывался от задания, однако прямого приказа ослушаться не мог.
Кристен, услышав, что мне предстоит сделать, сочувственно сжала руку и пожелала удачи – мы ненадолго пересеклись в Бастарии, когда мне наконец-то позволили взять отпуск.
Пятнадцать лет для стража – не такой уж
