человек в сером халате с одним странно подвязанным рукавом. Лицо его было страшно изуродовано, нос смотрел набок, а зубов во рту не было вовсе, что делало его речь труднопонимаемой, — Капитан артиллерии Поздняков, второй московский пехотный! Тоже, знаете ли, Павел Иванович…
— Рад! — тихо ответил Никитин, пытаясь улыбнуться.
— Эх, тёзка, наконец-то есть с кем поговорить! А то вот лежу здесь, а лекари-то заходят редко, а служители все занятые, молчаливые… — без умолку болтал сосед, жутко улыбаясь разбитыми губами, — Меня-то прямо в лицо осколками ядра угораздило, да ещё руку оттяпали, совсем на ниточке висела. Я вижу, что она только на рукаве держится, а не чувствую ничего…
— Не надо об этом, капитан, прошу! — от мыслей боль в голове вернулась.
— А? Да, конечно, друг мой! Жалко, что так нас приложило, и мы остались с Соломиным, а то пошли бы с армией! Ну, ничего, ещё навоюемся…
Голос разговорчивого артиллериста всё удалялся и угасал, снова пришло спасительное забытьё.
⁂⁂⁂⁂⁂⁂
— Это и есть Ирландский остров? — Иван Гешев с любопытством всматривался в морскую даль.
— Он, Ваня. — лейтенант Бутолин с улыбкой посмотрел на помощника, — Пока «Святого Онуфрия» не видно, проще причалить и спросить у хозяев, может, они заметили судно.
— Здесь живёт сам Обрин? — глаза мичмана горели искренним восхищением, — Помню, ещё в корпусе мы зачитывались его «Тайнами моря».
— Конечно! Наш Тимофей «Великий» давно здесь обитает. Собирается всё шхуну себе купить, да соседний островок осваивать — его овечкам уже места не хватает, да и консервы делать пора, сушёное мясо не очень хорошо берут… Вот он и хлопочет, но пока — только здесь. И сам Обрин и его семья… — лейтенант оградил рукой свою широкую бороду.
— Большая семья? — заинтересовано спросил мичман.
— А ты не слышал, что ли? Странно, Ваня, в Петропавловске много про него судачат — они же сирот отовсюду принимают, уже поболе трёх десятков! И только четверо — свои, остальные все приёмыши.
— Подожди-ка, Аврамий, так это Обрин — «Святой с островов»? — разинул рот Гешев.
— Ваня, Вяня, так ты ещё и невнимателен! — смеялся Бутолин, — Причём невнимателен к своему кумиру! Как же не знать такого?
— Ну почему кумир? Просто нравятся мне его вирши… — засмущался мичман.
— Да всем морякам они нравятся… — покачал головой старший товарищ, — У нас заведено, что все, кто мимо проплывает, причаливают да кланяются нашему пииту. Помочь чем ему, за труд не держат… А сейчас там сам Бог велел заглянуть, может, видел он бриг наш…
— А почему всё же мы «Святого Онуфрия» так ищем-то? Даже в Одессу выход отложили?
— Ну, положим, мы-то своё наверстаем — наша Чайка — лоханка прыткая, беды не будет. Ну, а что же все свободные суда из Петропавловска вышли на поиск небольшого брига, то сие весьма забавно, Ваня. Золото на нём везут! Золото! Слышал же, что в Калифорниях золото нашли? Вот! А России сейчас сей металл очень нужен — война, однако… Так что, обнаружить «Святого Онуфрия» и доставить его груз — самая важная задача, которую ты, братец видел. Даже твой поход с Селивачёвым в Северные моря не так важен был… — сурово посмотрел на помощника капитан корабля.
— Вон оно как… Понял, Аврамий! — кивнул мичман.
— Ну, коли понял, так давай командуй! Посмотрю, как ты к берегу причалишь! — усмехнулся лейтенант.
На пристани их уже ждал мальчик, готовившийся вступить в пору отрочества, с раскосыми глазами, характе́рными для камчадалов.
— Здравствуйте, господа! Вас вызвал Митя? Почему же его нет с вами? — взволнованно выкрикнул он.
— Митя? Приветствую Вас, юноша, но, к моему глубокому сожалению, я не знаком с Митей. Разрешите представиться, лейтенант Бутолин, капитан почтовой бригантины «Чайка», а это — мой помощник, мичман Гешев. — с поклоном проговорил Аврамий.
— О! Прошу прощения, господин лейтенант, я — Сисой Обрин, сын Тимофея Провича. — как-то подтянулся мальчик, — Мой брат, Дмитрий, ещё вчера отплыл на лодке к Богородице-Симуширскому монастырю, чтобы вызвать подмогу, и я волновался за него…
— Подмогу? Что-то случилось?
— Корабль выбросило на скалы у острова Коскоревича. Шторм был сильный, его пронесло мимо нас, а потом батюшка увидел обломки, велел Мите сплавать, и он нашёл место крушения. У нас пока только две небольшие лодки и вывести людей и груз нам просто не на чем!
— «Святой Онуфрий»? — даже подпрыгнул от волнения Бутолин.
— Да…
— Мичман, ну-ка быстро на борт! Сисой, приношу свои извинения, мы навестим вас на обратном пути — пока нам надо срочно на остров Коскоревича!
[1] Караччиоло (Караччоло) Франческо (1752–1799) — адмирал Неаполитанского королевства, принял сторону Партенопейской республики, командовал ей флотом в противостоянии с англо-сицилийскими силами.
[2] Суда — бухта Критского моря на северо-западе острова Крит.
[3] Кастель дель Ово (замок Яйца) — средневековая крепость на небольшом острове, соединённом с Неаполем насыпью.
[4] Новый замок (Кастель Нуово) — грандиозный средневековый замок на берегу Неаполитанского залива
[5] Страсбур (Страсбург) — город в Восточной Франции, историческая столица Эльзаса.
[6] Аппенвайер — город в Вюртемберге, недалеко от Страсбура.
[7] Франкония — историческая область на юго-востоке Германии, сейчас административно входящая в состав Баварии.
Глава 13
Возникшая проблема росшего с огромной скоростью пиратства на Тихом или, как его здесь называли, Великом океане просто кричала о себе. Вопила голосами наместников, глав Земского и Гостиного приказов, начальника Военно-Морского штаба да просто десятков купцов, судовладельцев и переселенцев, писавшие челобитные. Эти прокля́тые американцы совершенно озверели! Воспользовавшись проблемами в Европе, они начали создавать десятки частных пиратских компаний, которые принялись терроризировать сперва испанское судоходство, а затем быстро добрались и до нас.
Апогеем наглых выходок «бостонцев» стало ограбление Панамы, где пираты захватили огромные богатства, а потом и атака на русский корабль, перевозивший золото из Калифорнии. Благодаря мастерству команды и удаче, бриг Святой Онуфрий ушёл от преследования и смог довезти важнейший, не побоюсь этого слова, стратегический груз до берегов Камчатского наместничества, но для меня это было чересчур. Что же, выходит, теперь даже в почти внутренних, прежде опасных только штормами морях русские суда не могут ходить без оглядки?
В наших землях было много приехавших из Соединённых Штатов, да и из государств Европы, устремившихся за манящим призраком
