– Пойдем дальше, – тихо произнес я с полувопросительной интонацией.
Ребята покивали и поднялись.
– Еще пять минут, – потянул Нино жалобно.
– Скоро закат, – возразил Лео мягко, – нам и так придется идти в темноте. Ты как, – обратился он ко мне, – плечо болит?
Я только поморщился:
– Дойду.
Пристыженный Нино поднялся на ноги, остальные тигрята тоже заворочались – надо обуваться и вставать. Я приобнял своих:
– Сил хватит?
Вито и Романо согласно кивнули. Устали они кошмарно, сил нет улыбнуться.
Может быть, стоит отклониться на два километра в сторону и там остановиться на ночь? Тогда завтра нам придется либо пройти сорок один километр, либо провести еще одну ночь в лесу. Это не страшно. Плохо другое – мы не одержим победу, которую могли бы одержать. А значит, потерпим поражение, а значит, наши тигрята смогут вернуться к исходному состоянию нытиков и пакостников. Ну нет! Зря мы, что ли, старались? Правда, синяк болит распрозверски.
Я надел рюкзак на правое плечо, увидел, как подозрительно смотрит на меня Лео – сейчас пойдет разгружать, и вставил левую руку в лямку: я не могу устать сильнее других и не могу нести меньше. То есть могу, но – не при детях.
О чем это Лео шепчется с Алексом? Что-то они решили, и Алекс твердо произнес:
– Я пойду первым.
– Ладно, – небрежно согласился я. Заговорщики… Теперь Лео с меня глаз не спустит, чтобы вовремя поймать, когда упаду. За тигренком своим следи!
Вперед шагом марш. Послезавтра самый длинный день в году, сегодня тоже длинный, но около восьми уже стало темнеть. Через двадцать минут Алекс закрепил и зажег налобный фонарь. Лео, Роберто и Гвидо последовали его примеру, я не смог: тьма меня почти сломала. Ну, еще только пять километров!
– У тебя плечо болит, да? – спросил Вито.
Я кивнул.
– Давай, я возьму твой фонарь? – предложил он.
– Давай, – согласился я.
– А я? – разочарованно поинтересовался Романо, очень недовольный, что не он первый догадался. – Давай, ты отдашь мне один рацион или веревки…
Я улыбнулся: мои тигрята поняли главное и уже начали демонстрировать свою силу. Не «почему я?», а «почему не я?».
– Нет, – покачал я головой, – лучше не останавливаться. Через пятнадцать минут у Вито устанет шея – и ты его сменишь, хорошо?
Он кивнул, но был разочарован. Я взял его за руку, и мы пошли вслед за Вито.
– Смотри под ноги, – насмешливо напомнил я ему, – у тебя тоже нет крыльев.
– Конечно, я же тигр! – устало улыбнулся он.
Мы шли, и шли, и шли. Вдруг я услышал чей-то жалобный стон… или плач. Я остановился:
– Слышите?
– Что? – спросил Лео, подходя ко мне.
– Кто-то плачет.
Мы замерли, прислушиваясь. Полная тишина. Внезапно я понял, что никто и не плакал, Дар помог мне услышать чей-то безмолвный призыв о помощи. Я напрягся и вошел в Контакт: «Подай голос, иначе я не смогу тебя найти», – попросил я. Через мгновение Алекс поднял палец: тихо, не дышите!
– Там! – Он махнул рукой в нужную сторону.
Я сбросил рюкзак на землю:
– Тигрята, стойте здесь. Гвидо, пригляди за ними. Светите, чтобы мы не потерялись. Пошли.
Врубив фонари на полную мощь и светя себе под ноги, мы растянулись в цепь и пошли вперед.
«Пискни еще разок», – велел я тому, кого мы сейчас искали. Это какой-то мелкий звереныш, но какой, я не понял.
Метров через сто Роберто наткнулся на толстую, лежащую поперек нашего пути сосну. Писк раздавался из-под нее. Старое дерево упало и придавило лисью нору. Мордочка мертвой этна-лисицы торчала из-под острого сука, пригвоздившего ее к земле.
– Там, наверное, лисенок или лисята, – предположил Роберто.
– Ага, – согласился я, – ну, взяли, только осторожно.
Пыхтя от напряжения, мы приподняли дерево и бросили его рядом. Полуразрушенная нора нашлась сразу же, и мы ее раскопали. Из четырех детенышей в живых оставался только один. Я взял его на руки. Лисенок дрожал мелкой дрожью и тихо плакал.
– Бедолага. Ох, он же голодный. Гвидо, – связался я покомму с начальником штаба, – мы возвращаемся. Разведи в стаканчике сухого молока.
– Ara, – согласился Гвидо. – Когда-нибудь я тебя задушу! Ты скажешь, что там случилось?!
– Мы нашли осиротевшего лисенка, – пояснил я.
Мы отправились обратно к Гвидо и тигрятам.
По счастью, лисенок оказался уже достаточно взрослым, чтобы лакать самостоятельно. Позабывшие про усталость тигрята с восторгом его разглядывали.
– А что с ним будет дальше? – забеспокоился Вито.
– Да уж не брошу его на дороге, – ответил я.
– А тебе разрешат?!
Алекс хмыкнул:
– У них там такой парк, можно и не спрашивать, просто выпустить его – и всё. В жизни не найдут. Только он Диоскуров твоих съест!
– Не съест, – возразил я, – Геракл же не съел!
– Ну, то Геракл. Самый мудрый зверь на свете. Иногда мне кажется, что он надо мной смеется.
Я хмыкнул: Геракл так и делает, но говорить об этом я не имею права.
– Всё, пора идти, – сказал я, когда лисенок, захлебываясь от жадности, долакал молоко и согласился устроиться у меня за пазухой, расцарапав мне кожу сквозь футболку острыми коготками.
В половине десятого, когда мы должны были быть у родника, сломался Траяно:
– Ну, все? – спросил он истерически, когда Алекс остановился, чтобы оглядеться и прислушаться.
– Нет, – серьезно ответил Гвидо, – надо еще найти воду.
– Я больше не могу, – захныкал парнишка.
– Тихо! – прикрикнул Алекс. – Не мешай.
Траяно заткнулся. Мы замерли: в такой тьме родник можно найти только по звуку текущей воды.
– Слева, – сказал Лео через пару минут.
– Угу, – согласился Алекс.
Я лично ничего не слышал, но поверил. Траяно снова начал всхлипывать.
– Тигренок, прекрати! – велел Гвидо.
Траяно, похоже, вспомнил, кто он такой. Мы побрели влево и, метров через сто, при свете наших фонарей, увидели, как сверкает вода в маленьком ручейке.
– Ну, всё, – утешил Алекс смертельно уставших тигрят, – родник в ста метрах, не больше, и там полянка.
Когда мы остановились, Траяно рухнул на землю, даже не сняв рюкзак. Гвидо хмыкнул и занялся этим вопросом сам.
Очень осторожно я стянул лямку с левого плеча. Еще палатки, костер, топливо…
Лео положил руку на мое правое плечо и надавил:
– Сядь, без тебя обойдемся, – заботливо прошептал он. Я помотал головой:
– Нельзя.
Лео посмотрел на меня нахмурившись. Летучие коты! Хватит спорить!
– Романо, – скомандовал я, – ты пойдешь с Лео за топливом. Гвидо, костер чтоб горел через три минуты. Вито, ты будешь моей левой рукой. Давай, доставай плащ-тенты.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
