Он кивнул, коротко пожав руку молодого человека, и будничным тоном спросил:
— Что нового принесли гонцы?
— Вести из Горваля и от Леваша Копыто.
— Наконец-то! Как Леваш?
— Занял все земли до самой Угры. Потери — двенадцать убитых и восемнадцать раненых. Взято девять укрепленных дворов, включая Синий Лог на берегу Угры, где Леваш и обосновался.
— Очень хорошо. Потери Семена?
— Девяносто семь человек.
— Общая стоимость захваченных ценностей?
— По грубому расчету — около семнадцати тысяч венгерских золотых.
— Превосходно!
Феййр улыбнулся, вспоминая перипетии тайной войны с Семеном. Четыре года назад Семен, отправляясь ко двору и остро нуждаясь в деньгах, продал всего за тысячу золотых земли на Угре сестре Анне, княгине Тешинской. Федор немедленно выкупил Эту землю за ту же сумму и, быстро наладив хозяйство, через год вернул затраты, продав урожай. Осенью он получил две тысячи чистого дохода, уступив Синий Лог другой сестре, княгине Одинцевич. Семен, достигнув при дворе первых успехов, выкупил эти владения у сестры уже за пять тысяч, но вскоре ему опять потребовалось золото, и Федор снова оказался хозяином Синего Лога и прилегающих к нему земель на; Угре, Он продал на вырубку часть леса и, таким образом, к прошлому году заработал на этой земле чистых три тысячи. И тут ему пришел в голову новый остроумный ход. Федор уговорил Агнешку помочь ему и выдал ей дарственную грамоту на Синий Лог, предупредив, чтобы она никому и ни за что не продавала его. Семен, тем временем снова разбогатевший, хотел выкупить земли обратно, но Агнешка ни за что не уступала. Семен захватил землю силой. Тогда Федор, взяв у Агнешки обратно свою дарственную, снова стал юридически законным владельцем Синего Лога. Он выждал год и, когда Семен свыкся с мыслью, что земля на Угре навсегда принадлежит ему, послал туда Леваша Копыто с отборными воинами. И вот теперь Семен потерял около сотни своих людей, на восемнадцать тысяч ценностей, а главное, не мог ничего сделать и никому пожаловаться — по документам Синий Лог принадлежит Федору.
— Превосходно, Юрок! — повторил Федор. — И больше мы никому не будем продавать эту землю. Теперь Синий Лог нужен мне самому!
— Мы задолжали жалованье Левашу и его людям, — напомнил Юрок. — Не выплатить ли им из захваченных денег?
— Нет. Все в казну. Нас ждут большие расходы.
С Левашом поступим так — подготовь грамоту следующего содержания: "За верную службу пожизненно жалую моего дворянина Леваша Копыто имением Синий Лог и всеми примыкающими к нему землями на Угре. Все люди, которых я ему дал, переходят в его полное распоряжение и становятся его служилыми людьми. Отныне он сам их содержит. Оставаясь на моей службе, Леваш Копыто должен быть готов в любую минуту явиться по моему первому зову, представив двести вооруженных всадников". Сегодня же отправь эту грамоту Левашу с его же гонцом. Завтра, с нашим гонцом, пошли ему следующие тайные наказы: первый — немедленно восстановить старые и выстроить новые надежные укрепления в Синем Логе на берегу Угры. Сделать их неприступными со стороны…
Федор не договорил и задумался.
— Со стороны московского рубежа, — подсказал Юрок, записывая указания князя.
— Нет, Юрок, — жестко ответил Федор. — Со стороны Литвы!
Юрок поднял глаза.
— На случай нападения Семена, — поспешно пояснил Федор и продолжал: — Второй: пусть Леваш распространит слух, будто, получив эту землю в пожизненную собственность, он оставляет у меня службу и становится вольным самостоятельным хозяином, подчиняясь лишь одному королю.
И, наконец, третий тайный наказ: пусть Леваш Копыто подружится со всеми соседями, особенно на том берегу Угры. Он должен добиться возможности в любой момент свободно пересекать рубеж, не рискуя при этом встретить враждебный прием у московитов! Эту грамоту с моими наказами на пишешь тайнописью, известной нам троим. С Левашом пока все. Что сообщают из Горваля?
— Нечто странное. Князь Семен привез из Вильно в закрытой карете без окон пятерых людей с завязанными глазами. Они пробыли в замке Горваль два месяца и неделю назад таким же образом отправлены обратно. Предполагается, что это были мастера, которые выполняли в замке некие особо тайные строительные работы.
— Кто это сообщает?
— Наш человек из деревни Горваль.
— А разве в самом замке у нас все еще нет своего человека?
— Нет. Пока нам не удалось подкупить ни одного из слуг Семена Но я решил не торопиться и действую осторожно.
Федор глубоко задумался.
— Мне давно не нравится, что я не знаю тайных замыслов дорогого братца. Отчего он покинул двор, где ему так везло? Зачем купил у Анны замок Горваль? Почему так тщательно проверяет всех, кто поступает к нему на службу? Ведь все это что-то означает, правда? Юрок, не считаясь с расходами, отправь в Горваль столько людей, сколько будет нужно, и пусть хоть один из них поступит на службу к Семену и выяснит, что он там затевает!
— Я подумаю.
— Это надо сделать немедленно — сегодня!
— Я сделаю все возможное, чтобы завтра к вечеру наш человек попал в замок.
— А кто присылает нам сообщения из деревни?
Я ведь многих помню в Горвале. Когда-то мы всей семьей проводили в этом замке каждое лето и я мальчишкой часто бегал в деревню.
— Вряд ли ты знаешь этого человека. Зато ты, наверно, помнишь, что Горваль и его окрестности необычайно богаты бобрами. Его величество держит там специального человека — королевского бобровника. Его зовут Никифор Любич, и он следит за порядком поставок бобровых шкур в королевскую казну. Никифор — дворянского рода и был дружен с семейством твоей сестры Анны Тешиной. Но после того как она продала замок Семену, Никифор стал скучать, а нового владельца просто возненавидел. Это неудивительно — ты ведь знаешь, какой неприветливый нрав у Семена, поэтому Никифор с удовольствием помогает нам разузнавать о делах своего соседа, надеясь, что чем больше вреда он ему причинит, тем скорее он от него избавится. Никифору сорок пять лет, у него двое взрослых детей, но сам он калека и почти не двигается. К сожалению, он может сообщать нам лишь слухи, которые просачиваются из замка, но и это хорошо. Он пользуется большим уважением жителей деревни, и я надеюсь с его помощью устроить в замок к Семену одного из наших лучших людей.
— Действуй. Кстати, этому Никифору надо хорошо платить, раз он для нас исправно старается.
— Он получает из твоей казны больше, чем из королевской.
— Превосходно. Так и должно быть.
В открытое окно со двора донесся шум и скрип открываемых ворот.
