в эти дни со стороны нерехтской дороги подходит к волжскому берегу, второй – укладывает кабель прямо на дне. Уже в декабре автоматическая междугородная телефонная станция сможет общаться со всем миром по волоконно-оптическому кабелю. Цифровой станции – цифровая связь!
– А абонентам? Владельцам квартирных телефонов?
– В привилегированном положении оказываются абоненты городских АТС – 31-и, 32-й, 34-й. Это современные, цифровые станции. Остальным придется подождать. Учитывая, какими быстрыми темпами вводит новое оборудование АО «КГТС», ожидание надолго не затянется. Районы области останутся пока на аналоговой связи.
– Как финансируются столь масштабные работы?
– Этим мы не занимаемся. Финансами управляет Москва. Могу сказать, что в рамках «Ростелекома», который сейчас строит оптоволоконные линии связи по всей России, Кострома – небольшой объект.
– И все-таки для понимания масштабности работ необходимы цифры. Сколько, к примеру, стоит километр кабеля?
– Километр такого кабеля (производства немецкой фирмы «Сименс») стоит пять тысяч долларов. Длина волжского створа, кстати, 1050 метров.
– Цифры огромные. Не стащат такой кабель?
– Да кому он кроме нас нужен? В нем нет ни меди, ни свинца, ни алюминия. Защитные оболочки да четыре тоненькие ниточки из кварцевого стекла. «Меденосам» поживиться нечем.
– АМТС станет монопольно распоряжаться кабелем?
– Нет. Мы сами планируем открыть две студии медиа-связи. Если решится вопрос с помещением, то одна разместится в здании областной администрации, а вторая – на улице Подлипаева, 1. Тогда у губернатора будет личная, защищенная видеосвязь с президентом, с другими губернаторами.
– Как губернатор общается «по телевизору» с президентом, я представляю. Им друг друга лучше, как говорится, один раз увидеть… Но что будет на Подлипаева, 1 для рядовых граждан?
– Студия медиа-связи предоставит им все мыслимые услуги связи. Приходи и пользуйся. Можно, например, связать с этой студией все больницы и роддома города. Тогда счастливый папа не будет прыгать под окошком роддома, а из нашей студии вдоволь наговорится с женой и насмотрится на новорожденного. Все довольны.
– Мы уже писали, как кабелеукладчик встречали на бытовом уровне – вилами и оглоблями. Рассказывают, что во Владимирской области был инцидент покруче?
– Глава администрации Камешковского района Владимирской области потребовал за прокладку кабеля по территории района 300 миллионов рублей. Сколько его ни уговаривали, все, вплоть до самого высокого начальства, – ни в какую. А приказать теперь никто не может – глава самоуправления. Так и не стал поступаться принципами. Ушел в отпуск, а в это время все документы подписал заместитель.
– Каким было отношение наших властей?
– Администрация области отнеслась с пониманием. Готовились необходимые документы, мы ощущали поддержку. Буквально на днях у нас побывал заместитель губернатора Юрий Цикунов. Он знает и понимает проблемы связи.
«Северная правда», 9 июля 1998 г.
НА ДНЕ.
Не только раки, но и кабелеукладчики
Волоконно-оптический кабель, о необходимости прокладки которого так долго говорили связисты «Ростелекома», вплотную подошел к Костроме.
Вилы в бок
О начале работ «Северная правда» сообщала ровно год назад. Тогда колонна из четырех мощных тягачей Т-130 вспарывала грешную землю на границе с Ивановской областью, чтобы уложить в ее чрево с немецкой аккуратностью изготовленный на заводах фирмы «Сименс» волоконно-оптический кабель.
За год многое изменилось. Исчез шум и чад широкогусеничных тягачей, их заменил один спокойный и небольшой кабелеукладчик немецкой опять же фирмы «Вермеер», приобретенный наконец-то подрядчиком – трестом «Межгорсвязьстрой». Тонированные стекла, кондиционер в кабине, чуть не в два раза меньше, а скорость прокладки такая же. Почему?
– Потому что у него нож вибрирует, – лаконично пояснил мне представитель заказчика – главный инженер ТУСМ-5 Валерий Сочишин.
Всякое повидал «Вермеер» на костромских просторах. В одном ТОО хлопотливый бригадир буквально у него под носом скосил на поле зерновые.
– Засилосуем, глядишь, добро под гусеницами не пропадет, – недовольно косился он на выбирающееся из леса «чудовище». Хотя связисты всем хозяйствам беспрекословно оплачивают потраву на шестиметровой технологической полосе.
В других хозяйствах к добру отношение плевое. С улыбкой глядят, как гусеницы перемалывают созревающий урожай. Оплачено-с!
Не обошлось и без эксцессов. Частные самозахватчики земли, зная, что их вольные сады-огороды юридически бесправны и золотой дождь компенсаций за потраву пройдет мимо, движимые инстинктом защиты своей территории, бросались на «Вермеер» с вилами и оглоблями. Но… отступали. Им ничего не оставалось, как, призывая на головы связистов кары небесные, восстанавливать порушенные рукотворной стихией грядки и теплицы.
Оптоволоконный облом
Считанные километры остаются до Костромы. «Вермеер» идет вдоль нерехтской дороги. Скоро он появится в Малышкове и… упрется в волжский берег. Здесь его уже ожидает бригада из АОЗТ «Подводбурстрой». Оптоволоконный кабель решено проложить на три метра ниже дна Волги. Будет применена уникальная технология.
В затоне под Ипатием стоят понтоны, на которых спешно монтируются дизельные электростанции, гидравлические насосы, а на одном встал вроде как танк, но без башни.
– Это подводный самоходный кабелетрубоукладчик, – объясняет В. Сочишин. – Он сделан на базе тяжелого армейского тягача. На него навесят барабан с кабелем, опустят краном под воду, и он, разрезая дно фрезой, уложит кабель на три метра ниже донного рельефа.
– Но на нем же нет ни двигателя, ни кабины?..
– И не надо. Он работает на воде.
– ?!
– Вода под огромным давлением по шлангам подается кабелеукладчику на дно с находящегося на поверхности понтона. За счет этого давления станут вращаться турбины, заработает ходовая часть, фреза и гидромониторы подмыва. «Зеленые» могут быть спокойны, ущерба экологии от такой технологии нет.
– А он не забуксует? Дно все-таки, ил, песок…
– Изыскательские работы показали, что дно в этом месте достаточно плотное, песчаное, без ила. Но на всякий случай натянутым с другого берега Волги тросом его будет подстраховывать лебедка.
– А если наткнется на какую-нибудь затонувшую канонерку времен гражданской войны?
– Во-первых, створ, по которому пройдет кабель, проверен эхолотами. Во-вторых, дно обследовали водолазы из костромской специализированной фирмы ЗАО «Волгарь-1». Кстати, водолазов, а также катера, понтоны, краны, драги и прочее оборудование для проведения работ предоставляет именно «Волгарь-1». К тому же дно по трассе кабеля трижды (!) протралено якорем. Ничего существенного не обнаружено, дно чистое, со спокойным рельефом.
Зато рабочие, продолжив утром монтаж оборудования на понтоне, обнаружили, что подлый меденос выломал ночью медную трубку из гидронасоса.
– Вот гад, – ругали они вора. – За эту трубку бутылку пива не купишь. Нам теперь столько хлопот, а время идет. Скорей бы на воду встать…
– Не боитесь, что наше жулье умыкнет кабель прямо с волжского дна? – спросил я у В. Сочишина.
– Нет, – ответил он. – В оптоволоконном кабеле нет ни меди, ни свинца, даже алюминия нет. Одна пластмасса.
Не верь
