сновала грязная ребятня, оглушительно свистящая и кидающая на спор камешки по уличным фонарям, не горланили песен поднабравшиеся студенты, тянущиеся из пивных, и портовые рабочие, впервые за день промочившие глотку…
Вот почему некоторые перебираются в Редруф, подумал Лэйд, здесь спокойно и тихо. Всегда спокойно и тихо. Верно, здесь будет спокойно и тихо даже за минуту до того, как чертов остров, устав мозолить глаза мирозданию, окончательно нырнет в черный океан нематериального, унося за собой жалких, дергающихся, цепляющихся за его панцирь, существ. Здешний воздух чист, в нем нет ни ядовитых испарений Коппертауна, отдающих медью и серой, ни тягучего морского духа Клифа, ни тысяч беспокойных базарных ароматов Миддлдэка.
Несмотря на это, окно в гостиной было закрыто. Не просто притворено, но основательно захлопнуто, не оставляя ни единой щели, да еще и закрыто на два шпингалета. Вот отчего здесь царит духота, рассеянно подумал Лэйд. Хозяин просто не любит сквозняков, а может, боится, что проникшие внутрь москиты засидят его изящную мебель и роскошный стол…
А может, погодные службы острова обещали ночью холодную бору? В последние дни погода на острове установилась необычайно прохладная для этого времени года, неудивительно, что многие носы приникли к барометрам, жадно ища в движении их стрелок хоть какое-то объяснение…
Плевать.
Он не собирался задерживаться в этой компании и спертый воздух в чужой гостиной – последнее, что заботит Лэйда Лайвстоуна этим вечером. Но вот запах в нем… Этот чертов сводящий с ума запах, которого они не ощущают. Гибельный, опасный, тревожный.
- Мне безразлично, верите вы в «Альбион» или нет, - сухо произнес он, - Мое дело – предупредить вас. Каждый из вас источает определенный аромат. И я говорю не про запах табака, духов или пота. Вы еще не обвыклись толком здесь, не провели столько лет, сколько я, от вас до сих пор еще пахнет внешним миром. Это запах чужака, который возбуждает Его обоняние, привлекая к вам внимание. По одиночке это не столь страшно. Левиафан – рассеянный владыка, на некоторые свои игрушки он может не обращать внимания годами. Но все вместе… Когда в одном месте оказывается сразу несколько гостей, это нарушает привычное для острова течение вещей, искажает его гравитационные центры. Щекочет Его жабры. Видит Бог, семеро умников за одним столом – это уже слишком много. Не знаю, какая сила свела вас воедино, но…
Ледбитер фыркнул.
- Уверен, что знаете. Потому что эта же сила притащила сюда и вас!
Его ухоженная рука скользнула в карман почти по-пуритански строгого пиджака, легко, как грациозная юркая ласка в нору. Возможно, за каким-нибудь амулетом, рассеянно подумал Лэйд. Орден Золотой Зари охотно использовал оккультные талисманы и прочие штучки в своей работе, зачастую самого разного свойства, но обычно разительно отличающиеся от его собственных, самодельных и неказистых на вид. Едва ли он выудит из кармана горсть окровавленных птичьих перьев или ракушку с выцарапанным на ней гербом Танивхе, Отца Холодных Глубин, или…
Рука Ледбитера положила на стол нечто совсем иное. Бумажный прямоугольник с несколькими строками текста, но не типографскими, а тщательно выписанными каллиграфическим почерком.
Визитная карточка. Если ты обитаешь и ведешь дела в Хукахука, что расположен в самой середке жовиального и беспокойного Миддлдэка, пропахшего краской, пивом, лошадиным навозом и горячей пылью, в скором времени ты легко будешь считать визиткой даже обрывок блокнотного листа с наспех нацарапанным именем – такого рода документы имеют вполне законное хождение в здешних краях.
Но это была настоящая визитка, насколько мог судить Лэйд. Превосходная рисовая бумага, золотое тиснение, первосортная тушь… Маленькое произведение искусства, которое не хочется даже мусолить в кармане и которое впору повесить на стену в гостиной, точно какую-нибудь премилую миниатюру Вестье или Кросса.
Ледбитер крутанул ее в пальцах без всякого пиетета, даже небрежно, как опытный шулер – засаленную старую карту.
- Вот та сила, которая свела нас воедино, - спокойно обронил он, поднося ее к глазам. Ему не требовалось щуриться, чтобы разглядеть текст, но он, играя на публику, поколебался несколько секунд ради красивой паузы, - Любопытная штучка, а? На одной стороне у нее написано «Жон Энри Герни. Герни-банк, Норвич, Англия, представительство в Новом Бангоре». А на другой…
Сопротивляться было бесполезно.
- Не утруждайте свои глаза, Ледбитер, - буркнул Лэйд, - Если они потускнеют, у вас, чего доброго, уменьшится почитательниц среди благообразных старых дев. На другой написано… кхм… «Досточтимый сэр. Не имею чести быть лично с вами знакомым, однако, безмерно уважая вас как несомненного специалиста по разного рода таинственным и зловещим делам, молю вас прибыть ко мне в пятницу, двенадцатого апреля тысяча восемьсот девяносто пятого года, так как есть подозрения, что моя жизнь находится в опасности. Мой адрес – Уоллес-стрит, сто сорок. Редруф. Новый Бангор. Семь часов вечера. Умоляю, не оставьте меня в беде».
Ледбитер желчно усмехнулся, пряча карточку.
- Прекрасная память для вашего возраста, Лайвстоун. Укрепляете ее, еженощно подсчитывая запасы зубного порошка и пикулей?
- Иногда я подсчитываю идиотов, - проворчал в ответ Лэйд, - но это куда более хлопотное занятие. Кстати, вы забыли упомянуть, что эта визитная карточка была обернута в пятифунтовую банкноту – свидетельство того, что человек, пославший ее, вполне серьезно воспринимает грозящую ему угрозу. Ну или же он – отчаявшийся мот-неврастеник, склонный разбрасываться деньгами почем зря.
- Значит, вы…
- Да, - холодно подтвердил Лэйд, - Представьте себе, получил ровно такую же с сегодняшней утренней почтой. Что ж, ситуация делается все яснее, но не сказать, чтобы проще. Значит, каждый из вас получил подобное приглашение? Превосходно. Кто-нибудь из присутствующих прежде имел дело с этим мистером Герни? Водил знакомство, быть может? Выполнял для него какую-нибудь работу?
Ледбитер убежденно покачал головой.
- Нет. Никогда.
- Хорошо. Мисс Воган?
Женщина в черном бархатном платье усмехнулась, заставив Лэйда на миг сделаться неподвижной статуей посреди гостиной. От каждой такой хищной усмешки у него в душе словно образовывалась новая кровоточащая рана.
- Нет, - спокойно произнесла она, - Не припоминаю. У меня хватает клиентов из числа банкиров и дельцов. Хорошая публика, в их несгораемых шкафах часто упрятано больше скелетов, чем в ином некрополе, а это всегда отличная наживка для демонов. Но этот… Уверена, никогда прежде я не имела с ним дела.
- Мистер Блондло?
Ученый, последние две минуты пристально разглядывавший поверхность стола перед собой, вяло отряхнул руки от невидимой пыли.
- Иногда я позволяю
