— Мясо?
Согласный кивок.
— Вареное или жареное? — вновь спросил я, хотя предчувствовал, что ответ будет отрицательным.
Так оно и оказалось.
— Сырое?
От слабого кивка у меня по спине пробежал мороз.
А вот не буду я уточнять, чье именно ей нужно мясо, даже думать об этом не хочу. Быстро спустившись на первый этаж, я подошел к стойке и тихо, чтобы не привлекать внимания посетителей кабака, спросил:
— Уважаемый, у вас, случайно, не найдется сырого мяса?
— Есть, конечно, — хмуро глядя на меня, ответил кабатчик и уточнил: — За тебя оплатили только проживание.
В ответ я молча вывернул все, что было в моем кошельке. Ну вот, теперь я полный банкрот. Тот факт, что кабатчик забрал лишь два соля из четырех, особой радости не принес. Через минуту он вернулся к стойке с подносом, на котором лежала горка мелко порезанного сырого мяса.
Хорошее здесь место — гость просит сырое мясо и получает его без лишних вопросов. Почему-то вся странность собственной просьбы дошла до меня только после того, как перед глазами оказалось заказанное мясо.
— Благодарю, — смущенно сказал я и, забрав поднос, быстро поднялся по лестнице.
Теперь возникла другая проблема. Мне что, придется кормить эту… особу сырым мясом с рук? М-да, незадачка.
Положив поднос на кровать рядом с худеньким тельцем, я подошел к столу поискать чего-то похожего на вилку или, на крайний случай, китайские палочки. Ну не кормить же подопечную с ножа, а пальцы к ее рту я не поднесу ни под каким предлогом. Не знаю, что там скрывается за тонкими губами, и, если честно, знать не хочу.
До стола я так и не дошел, потому что замер, услышав позади чавканье и урчание. По спине опять пробежал холодок. Страшно не было — угрозы со стороны моей новой знакомой не чувствовалось… пока. Но разворачиваться все равно не хотелось.
Зрелище оказалось не таким жутким, как мне представлялось. Девушка перекатилась на бок и склонилась над подносом. Ее слипшиеся волосы накрыли лицо, так что наблюдать за процессом поглощения пищи мне не пришлось.
Через минуту чавканье стихло, зато гостья издала мощную отрыжку и моментально отключилась. Забрав опустевший поднос, я еще раз посмотрел на спящую девушку. Измазанные кровью губы на чумазом, но все же миловидном личике смотрелись дико. И куда же я влип?!
Дело шло к ночи, поэтому я вернулся на кровать, но без малейшей надежды уснуть, особенно в такой компании. И все же, как ни странно, усталость сморила меня.
Глава 7
Это уже начало надоедать. Меня разбудил приснившийся кошмар. Но сейчас он неприятным образом перетек в реальность. Запомнить сон мне не удалось, но зато получилось очень хорошо рассмотреть склонившуюся надо мной девушку.
Ох ты ж, психиатрическая неотложка! В смысле плохо, что ты осталась в другом мире. Сейчас бы сюда пару крепких парней в белых халатах…
Назвать стоящую рядом с моей кроватью девушку нормальной было очень трудно. Если с закрытыми глазами она выглядела как измотанная и грязная девочка, то сейчас передо мной стояла безумная ведьма. Глаза моей новой знакомой имели даже не серый, а, скорее, белесый цвет. Да и не в цвете дело, просто в них крепко и надолго поселилось безумие. Легкий наклон маленькой головки буквально добил меня. Все тело затрясло от нервной дрожи.
Так, стоп! Ты еще в обморок грохнись. Сам залез в эту кучу фекалий, так что выгребай!
Я кашлянул и резко сел на кровати. Девушка стремительным движением переместилась на два шага назад. Полы балахона огнепоклонников разошлись, открывая изможденное тело девушки-подростка. Черт. Ну и что мне сейчас говорить?
К счастью, начинать разговор первым не пришлось. Девушка наклонила голову в другую сторону и, надрывая горло, издала уже знакомую смесь хрипа и шипения. Ну, этот посыл удалось понять с первой попытки.
— Ты хочешь найти Гарпуна?
В ответ она кивнула.
— Знаешь, я тоже очень хочу, чтобы ты его нашла.
Девушка требовательно уставилась на меня своими безумными глазами.
Вот незадача. Хотя на что я, собственно, надеялся? На то, что она мило улыбнется, махнет ручкой и вылетит в окно — убивать моего кровного врага? Не, Рома, все нужно делать самому. И спускать с поводка эту… особу придется собственноручно, но сначала расставим все по своим местам.
Встав с кровати, я снял с себя поясок и протянул его своей напарнице. Эта часть ее балахона осталась где-то на тайном складе надзирающих. Свое одеяние я просто запахнул и набросил на голову капюшон. Пока еще рановато светить модным нарядом законника и такой же винтажной шляпой. Но сидор с шляпой и пожитками все же стоит прихватить — мало ли как пойдет дело.
— Какое тебе нужно оружие? — спросил я, с ревностью ожидая, что она позарится на мой пистолет или щит.
В ответ девушка отрицательно мотнула головой и нетерпеливо дернула уголком рта.
Была бы честь предложена.
— Ладно, пойдем. Запахни балахон и надень капюшон, — напомнил я, увидев, что она так и держит поясок в руках.
К счастью, на это действие ее адекватности хватило. Скрывшиеся под капюшоном лицо и в особенности глаза перестали напрягать. При виде хрупкой фигурки на меня вновь навалились сомнения. Хорошо, что память тут же заботливо воссоздала взгляд этой «малышки» и разорванное горло бандита в подвале.
Эх, где наша не пропадала!
Никто не стал задерживать наш выход из гостиницы — то ли дело было в раннем утре, то ли здесь так принято. Я понятия не имел, где именно мы сейчас находимся, да и спросить не у кого. Так что пришлось пройтись метров двести по узкой улице, где даже не было стальных полос городской железной дороги.
На следующем перекрестке я задержался, и не напрасно — сквозь толщу утреннего тумана послышался характерный звук. Через минуту из белесой пелены вынырнул местный аналог кеба, который тащила вислоухая лошадка.
Подняв руку в подсмотренном у надзирающего жесте, я замер в ожидании.
Кебмен все же остановился и настороженно посмотрел на наши балахоны.
— Куда? — с сомнением в голосе спросил он.
— В район Дымки. Там есть кондитерская с чудесными слоеными булочками.
Упоминание о булочках возымело свое действие, и сомнений во взгляде кебмена поубавилось, но, похоже, не так уж сильно:
— Соль.
Ну что ты будешь делать — этот скот претендует ровно на половину всех моих сбережений. Да ладно, чего уж там, не факт, что оставшиеся крохи мне вообще когда-либо понадобятся, особенно учитывая, что все надежды на спасение связаны с хрупкой фигуркой, замершей у грязной стены.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
