Читаем без скачивания Бремя императора: Тропой мастеров - Иар Эльтеррус

– Растяжку?

Храт медленно поднял ногу вертикально вверх. Затем нанес несколько невидимых глазу ударов в воздух. Сана восторженно взвизгнула, глядя на молодого горного мастера с обожанием.

– Никогда не думала, что можно так ногу задрать…

– Это еще мелочи, – проворчал Храт, довольный произведенным впечатлением.

Сана встала и подошла к нему. Ее глаза блестели, дыхание участилось. Орк все понял правильно и обнял девушку, осторожно прижав к себе, хотя не особо представлял, что делать дальше – его еще никогда не одаривали своим вниманием женщины. Дома младшего сына старейшины считали бесполезным гмырхом, юные орочки даже не смотрели в его сторону. В Тарсидаре человеческие женщины просто боялись орка, в отличие от Тинувиэля. Сегодняшняя ночь станет для него первой ночью любви.

Храт зря нервничал, Сана взяла дело в свои крепкие ручки, имея, видимо, достаточный опыт. Да и чему удивляться? Разве останется без внимания мужчин такая красивая девушка? Нет, конечно. А ведь совсем юна, рхад‑роторх практикуют девушки до двадцати, после двадцати они обычно выходят замуж. Вскоре Храт забыл обо всем…

Высокие, похожие на колодцы туннели сменялись огромными залами, своды которых поддерживали витые колонны в два‑три обхвата. На стенах горели внутренним светом росписи, оставленных неизвестными строителями. Орки не решились трогать такую красоту, только добавили на пустых местах резьбу – лица, напоминающие кошмарные маски.

Посольство не спеша двигалось к родовому залу Рурк‑Дхалада, где его в полном составе дожидался Кагал Старейшин, возглавляемый Хранителем Очага. Храт гордо шествовал впереди, облаченный в серо‑серебристый плащ со всеми регалиями имперского посла.

Странно, но неуверенность куда‑то подевалась. Спасибо Сане, о которой орк вспоминал с нежностью. Не девочка, а чудо просто. Еще одно обрадовало: утром красавица смущенно спросила, не желает ли уважаемый герой, чтобы она стала ему подругой на какое‑то время? Герой желал, да еще как! Он, похоже, влюбился и был этим крайне доволен. Но главное, что Храт больше не боялся идти навстречу своей судьбе. Он сам выбрал. Сам. Никто больше. И если бы пришлось выбирать снова, то его выбор оказался бы тем же самым.

У входа в родовой зал посольство на некоторое время задержали. Храт переглянулся с Керталом, затем покосился на друзей. Элианцы понимали, что сейчас их берут на прицел десятки стрелков. К своей безопасности урук‑хай относились очень серьезно, тем более что в Оркограре боялись горных мастеров до дрожи в коленках. Придется вести себя очень осторожно, чтобы не спровоцировать охрану – против нескольких десятков карабинов и горные мастера бессильны: перестреляют издали, как куропаток.

– Чрезвычайный и полномочный посол его величества императора Элиана, Марана V, господин Храт из клана Сломанный Клык со свитой, к Кагалу Старейшин и Хранителю Очага! – громко объявил невидимый распорядитель церемоний, и перекрывающие вход егеря расступились.

Посол поежился и решительно шагнул вперед, сопровождаемый уважительными и даже порой восхищенными взглядами егерей. Со стороны он выглядел внушительно – молодой, сумрачный орк в серо‑серебристом плаще, украшенном алмазным шитьем. На его правом плече висели три кисти, обозначающие посольский ранг, на левом – черный шнурок младшего горного мастера. Из‑за плеч виднелись рукояти картагов. От Храта не потребовали оставить оружие, урук‑хай знали, что горные мастера не расстаются со своими мечами. За послом следовали его кровные братья и мастер‑наставник Кертал, последними шли четверо старших мастеров‑ветеранов с белыми шнурами.

Храту при виде Кагала Старейшин и трона Хранителя Очага стало не по себе. Дважды в жизни ему довелось бывать в рурк‑дхаладском родовом зале. В детстве, вместе с отцом. И две недели назад, во время испытания. Хранителя Очага молодой орк тоже узнал – трудно не узнать того, кто изгнал тебя. Значит, не наваждение… Он едва не сбился с шага, но заставил себя выглядеть невозмутимым.

– От имени его величества Марана V я приветствую Кагал Старейшин и Хранителя Очага! – заговорил Храт, глядя в пространство перед собой. – Да будет наш союз вечным!

– Приветствуем в вашем лице его величество и всю элианскую империю, господин посол! – встал, опираясь на посох, Хранитель очага, очень старый, но еще крепкий орк со сморщенным темно‑красным лицом, поросшим жесткими черными волосами. – Да будет наш союз вечным!

Краем глаза Храт заметил сидящего на одной из скамей отца и едва не упал от изумления. Его избрали в Кагал?! Когда? Глаза старейшины клана Сломанный Клык светились гордостью. Гордостью за сына, молодой орк понял это сразу. Странное что‑то происходит… Хорошо, пусть отца изгоя, что само по себе невероятно, избрали в Кагал. Чудо? Да. Но, наверное, чудо, возможное при каком‑то редкостном стечении обстоятельств. Но с какой стати ему гордиться таким сыном? Вот что непонятно. Растерянный Храт повел глазами по скамьям, на которых с удобством расположились сто двадцать старейшин самых крупных кланов Оркограра. Все они смотрели на молодого орка с явно заметным одобрением.

– С какой целью его величество прислал чрезвычайного и полномочного посла? – спросил Хранитель Очага, сверля Храта взглядом маленьких желтых глазок.

– Карвен, Нартагаль и Даркасадар без объявления войны напали на империю, первые морские бои уже идут, десанты альянса готовятся к высадке. К сожалению, пока еще неизвестно, где они высадятся, но Манхен будет атакован однозначно. Также вполне вероятно нападение на Яриндарский полуостров, находящийся неподалеку от Оркограра. Империя Элиан обращается за помощью к союзникам!

Старейшины негромко загудели. Известие о большой войне очень встревожило их. Каждый понимал, что случится с Оркограром в случае поражения империи. Морские промыслы, земледелие и охота давали не более двух третей необходимого стране продовольствия, все остальное поставляли элианские купцы. О том, что случится если эти поставки прекратятся, не хотелось даже думать.

Кертал досадливо поморщился. Предупреждал ведь, что нельзя говорить прямо, что нужно осторожно подвести старейшин к цели посольства. Все забыл, идиот молодой. Да уж, из орка дипломат, как из него самого танцовщица. Какого дорхота император назначил послом Храта? Что задумал его величество? Вечно он что‑нибудь как выдумает…

– Народ урук‑хай никогда не оставлял друзей в беде, – осторожно сказал Хранитель Очага, резко помрачнев. – Но о какой конкретно помощи идет речь? Помощи оружием? Транспортом? Или?..

– Не знаю… – опустил голову Храт. – Я не хочу ничего скрывать. Я случайно оказался на военном совете и услышал, что имперские генералы опасаются союзника, вместо того чтобы попросить о помощи. Меня это возмутило, никогда народ урук‑хай не поступал вопреки законам чести, и я высказался. Тогда его величество и назначил меня послом…

Старый мастер чуть не схватился за голову, проклиная про себя краснорожего дурня. Совсем с ума сошел? Да как можно говорить такие вещи Кагалу?! Ой, что будет‑то… Остальные имперцы тоже возмущенно уставились на Храта.

– Я рад твоим честным словам, мальчик! – Хранитель Очага довольно оскалился, переходя на «ты». – Благодарю за то, что ты выступил в защиту чести своего народа.

– Разве я мог поступить иначе? – Храт опустил голову. – Пусть я изгой, но все‑таки орк…

– Изгой?! – Хранитель Очага едва не выронил посох. – Кто и когда тебя изгнал? За что?

– Как кто? – растерялся молодой горный мастер. – Вы сами и изгоняли… Чуть больше декады назад. В этом самом зале.

– Я?! Мальчик, да ты в своем уме?

– Храт! – не выдержал Кертал. – Тебе же его величество сказал, что это было наваждение! Не поверил. Вот ведь дубина упрямая! Ну, ничего, вернемся, я тебе устрою веселую жизнь. Ты у меня дни последних тренировок как праздник вспоминать будешь!

– Всегда пожалуйста! – просиял молодой орк, осознав, что его и в самом деле никто не изгонял.

– Приношу свои извинения уважаемому мастеру‑наставнику, – прищурился Хранитель Очага, – но не могли бы вы просветить меня на тот счет, откуда у юноши столь странные идеи возникли?

– Испытание… – вздохнул Кертал. – Оно нелегко дается. И главное даже не боевое мастерство, а проверка, способен ли ты совершить подлость во имя выгоды. Храт увидел себя здесь, в рурк‑дхаладском родовом зале. Сначала его чествовали, как героя, а потом Кагал приказал ему предать кровного брата. Не смертельно, просто остановить, не дать пройти испытание. А иначе – изгнание. Вы сами понимаете, что выбрал парень. Если бы он выбрал предательство, то с полигона не вышел бы. Жестоко, но иначе нельзя. Подлец не должен владеть боевыми искусствами.

– Согласен, – негромко сказал Хранитель Очага, затем повернулся к Храту. – Неужели ты так плохо думал о нас, мальчик? Как ты мог поверить, что мы можем потребовать от тебя предать брата?