Хорошо помню случай, как Анатолий Михайлович руководил одной разработкой. Дело было так. В НИИ аэродромного обслуживания ВВС трудился начальником аэродромного отдела воздушной армии инженер-полковник Маевский Александр Евгениевич. В разговорах с сослуживцами он часто упоминал, что является близким знакомым Л.И.Брежнева, К.Е.Ворошилова, даже направлял им телеграммы. Меня как оперативного работника это насторожило. И я доложил о своих сомнениях руководителю нашего главка А.М.Гуськову. Он вызвал начальника следственного отдела Сачкова, начальника 3-го отдела (ВВС) Жутяева и дал им задание провести расследование. В результате проверки выяснилось, что настоящая фамилия Маевского — Мотолянский, зовут его Самуил Абрамович. Перед самой войной он работал в Туле, был арестован за махинации. В начале войны сбежал из тюрьмы, а потом, явившись в одну из воинских частей, назвался чужим именем, присвоил себе звание техника-лейтенанта и сказал, что отстал от своей части. Ему поверили, выдали все документы и отправили в аэродромную службу. Там он благополучно дослужился до звания инженер-полковника. Расследование это продолжалось долго — под личным контролем Анатолия Михайловича. По окончании все материалы — 32 тома — были переданы в Главную военную прокуратуру. Мотолянского судил военный трибунал. Дали 11 лет тюрьмы. Я за проявленную бдительность и успешно проведенную операцию получил грамоту от главка, следователь прокуратуры по особо важным делам Дорофеев был награжден орденом Красной Звезды.
В 1965–1967 годах я был начальником особого отдела истребительной авиационной дивизии, дислоцированной в Московском военном округе. В Кубинке намечался показ новой техники для нашего правительства и правительств стран социалистического лагеря. Я доложил Анатолию Михайловичу, что у нас есть данные о том, что иностранцы подъезжают на машинах непосредственно к аэродрому, включают прослушивающую аппаратуру и мониторят наш эфир. В ответ на эту информацию было дано указание установить строгий контроль за объектом. И действительно, мы обнаружили, что они нас прослушивают.
Руководство Управления направило письмо в МИД СССР с целью пресечь незаконную деятельность иностранных представителей. Таким образом, нам удалось обеспечить необходимые условия секретности мероприятия.
Настал день показа новой техники на земле и в воздухе, которым руководил маршал А.А.Гречко, так как тогдашний министр обороны Р.Я.Малиновский был болен. Вместе с румынским руководителем Николае Чаушеску приехала его охрана, которая пыталась проникнуть на полигон и снимать военную технику. Мы ее не пустили, оставив на проходной. За подготовку и организацию контрразведывательного обеспечения этого важного государственного мероприятия я получил благодарность от Управления и грамоту от председателя КГБ.
Тогда же, в 60-х годах произошла довольно курьезная история. Я курировал УОО КГБ по Дальневосточному военному округу. Анатолий Михайлович обратился ко мне с просьбой подобрать серьезную кандидатуру из опытных офицеров-контрразведчиков дальневосточников для последующего выдвижения на новую руководящую должность.
Я такого человека подобрал и вызвал его на доклад в Москву. Прямо с аэродрома он приехал на Лубянку, и мы вместе отправились к Анатолию Михайловичу. Он задает моему "протеже" вопросы, а тот… дремлет. Беседа была быстро окончена, кандидат вышел из кабинета, я же остался. A.M.Гуськов: "Ты кого ко мне привел, пьяницу?!". Я смущенно ответил, что он сразу с самолета, мол, сказывается большая разница во времени. А так, я этого офицера проверял, человек он толковый, и я отвечаю за это. Анатолий Михайлович рассмеялся.
Вскоре офицер был назначен начальником особого отдела армии в Белорусский военный округ. Вареник Григорий Васильевич(полковник)
До 1961 года мне пришлось работать в управлении кадров КГБ при СМ СССР и, как имеющему опыт работы во время войны в военной контрразведке "Смерш", мне было поручено осуществлять контроль за подбором и расстановкой руководящих кадров в 3-м главном управлении, начальником которого был A.M.Гуськов. Сам он очень внимательно и серьезно относился к своим кадрам. Особое внимание обращал на опыт чекистской работы в войсках, морально-политические и личные качества людей.
Затем с 1961 года я работал заместителем начальника, а с 1967 года начальником Особого отдела авиации Московского военного округа, в подчинении которого было шесть авиачастей. В эти годы A.M.Гуськов был начальником особого отдела КГБ по МВО. Имея большой опыт руководящей контрразведывательной работы в войсках, Анатолий Михайлович лично мне, в то время молодому руководителю, оказывал ценную помощь в деле руководства и осуществления оперативно-чекистских мероприятий. Помню, как он помогал мне в расследовании авиационных катастроф разведывательных и стратегических самолетов. Он чутко относился к подчиненным, вникал в их нужды, материальное положение и жилищные условия, оказывал необходимую поддержку и содействие. Как у командования округа, так и в самом коллективе особого отдела, A.M.Гуськов пользовался заслуженным авторитетом и уважением.
После того как Анатолий Михайлович ушел в запас, я с ним поддерживаю постоянные дружеские отношения и могу сказать совершенно искренно. Близко знать такого человека, как генерал-майор A.M.Гуськов, служить и дружить с ним — не просто жизненная удача, это большая честь.
Митин Михаил Васильевич (полковник)
Мое первое знакомство с А.М.Гуськовым состоялось при весьма любопытных обстоятельствах. Он только-только возглавил особый отдел КГБ по Московскому военному округу и сразу же внес в практику важное нововведение — созыв "кустовых" оперативных совещаний начальников и работников особых отделов сразу нескольких областей, подчиненных МВО. Регламент этих совещаний был плотно насыщен — проводились не только рабочие заседания, на которых заслушивались доклады и отчеты, но также семинары, учебные и практические занятия. До Анатолия Михайловича подобной практики не было.
В 1963 году одно из первых "кустовых" совещаний прошло в городе Горьком (где Анатолий Михайлович работал во главе У МВД еще в 1950-м). В нем приняли участие начальники особых отделов трех областей — Ивановской, Владимирской и Горьковской. Помню, большинство прибывших на совещание участников остановилось в городской гостинице, а я — у родственников. На следующий день, утром приезжаю в гостиницу, поднимаюсь на второй этаж и вижу — красивый, статный мужчина пытается вставить в розетку электробритву, а она не работает. Он слегка растерялся. Я подошел и говорю: "Давайте, я отремонтирую". Он отдал мне бритву. Рядом с гостиницей находилась ремонтная мастерская, где буквально за три минуты бритва была починена. Возвращаюсь обратно в гостиницу. Владелец бритвы меня спрашивает: "Сколько я Вам должен?". "Да, ничего", — говорю. Тогда он: "Скажите хоть, кто Вы такой, откуда будете". Я представился: "Начальник особого отдела Ковровской учебной дивизии".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
