Привожу здесь страницу из описания моего путешествия по Сардинии, чтобы показать вам, до чего может дойти мозолистость рук у некоторых рабочих:
«Добыватели кораллов, приезжающие ежегодно в Алгеро (Alghero, город в провинции Зассари на острове Сардинии) на 200 лодках, почти все неаполитанцы и тосканцы; они отлично зарабатывают, но ведут адскую жизнь. Они спят 4 часа в сутки, борются со жгучим солнцем, с ветрами, голодом, дождями, а их руки до того затвердели от употребления весел и инструментов, которыми они работают, что, если вы бросите им монету на пол, они часто не сумеют согнуть пальцев, чтобы взять ее, а ударом руки подбрасывают ее в воздух и ловят другой рукой»[98].
Эти добыватели кораллов, наверное, не имели бы таких мозолистых рук, если бы по крайней мере по воскресеньям мыли их пемзовым мылом или разведенной в воде содой.
Многие привыкли прибавлять к воде, которой умываются, одеколон или ароматические настойки, содержащие спирт и различные эссенции. Для людей, потеющих много, достаточно несколько капель, но злоупотребление такой водой вредит здоровью кожи, которую она слишком раздражает.
Эти ароматические жидкости следует сохранять для самых жарких дней года, для выздоравливающих, на все те случаи, когда динамометр жизни показывает ниже нуля и приходится растирать, возбуждать, подкреплять сонливых и спящих.
Не употребляйте никогда белил, чтобы сделать себя белыми, и румяна, чтобы сделать себя розовыми; не употребляйте никогда косметических веществ, состав которых вам неизвестен, потому что почти всегда это – вещества ядовитые, вредящие здоровью и с течением времени лишающие кожу ее естественной нежности. В странах, где эти вещества слишком много употребляются, я всегда замечал у женщин отвратительные испорченные зубы, и вообще эти женщины при достижении тридцатилетнего возраста приобретают тот цвет лица, который напоминает колорит немецких кукол и который уже на далеком расстоянии вызывает смех.
Румяна не должны быть известны женщинам даже по названию, потому что самые невинные из них, из талька или цинка, не достигают желанной цели, т. е. не могут заставить принимать черное за белое. Румяна, содержащие свинец и висмут, имеют то неудобство, что чернеют при соприкосновении со светильным газом, вследствие чего с женщинами иногда случается на балу, что они вдруг становятся очень смуглыми, поражая знакомых неестественным цветом своего лица.
Видные актеры, которым поневоле приходится употреблять для грима румяна, содержащие часто свинец, страдают головной болью, параличами и другими недугами, которыми они обязаны медленному отравлению.
Красные румяна содержат иногда киноварь; кармин, сафлор, бразильское дерево безвредны для здоровья тела, не делают ужасно смешными тех, которые, употребляя их, рассчитывают ввести в заблуждение близоруких людей.
Для истории румян и белил потребовалась бы объемистая книга; я удовольствуюсь лишь несколькими примерами, чтобы дать вам представление обо всей зловредности этих тайных агентов лицемерия.
Капли Гоуланда, эмульсия Дункана и косметика Земерлинга содержат сладкий миндаль, горький миндаль и сулему, сильнодействующий яд. Но это еще не все. Смесь горьких миндалей с сулемой, которая есть ничто иное, как двухлористая ртуть, образует новый, еще более страшный яд – цианистую ртуть.
Сколько мигреней, зубных болей и других недугов покупают женщины за дорогую плату в магазинах парикмахеров и парфюмеров.
Не мешает от времени до времени делать визиты к туалетному столику жены или сестры; и тогда, закрыв один глаз на habeas corpus, ищите, конфискуйте и осуждайте.
А вы все, молодые люди, ухаживающие за красивой женщиной и желающие, может быть, взять ее себе в подруги жизни, не довольствуйтесь восторженным созерцанием ее по вечерам, старайтесь видеть ее и восторгаться ею также днем, даже утром, если это возможно, прежде чем «девичье молоко» и помада Аспазии, и божественная паста Венеры, и помада граций успели создать девственную красоту, которой не существует, Аспазию, которая давно мертва, Венеру, которая чуть ли не позавидовала бы Гарпии, и граций, которые можно купить за целковый в любой косметической лавочке.
Если вы любите женщину, то старайтесь, чтобы ваша любовь была нравственной силой, светом, освещающим темные пункты ума и сердца, путеводителем по лабиринтам жизни.
Предоставьте румяна проститутками, продающих свой разврат в темных аллеях садов или в коридорах театров.
Самую лучшую краску дают красные шарики крови, а это достигается хорошей гигиеной, пребыванием и движением на свежем воздухе, умеренным трудом и разумным пользованьем жизнью.
Глава третья
Продление жизни и здоровья, первый источника наслаждений и счастья, служит предметом самых страстных желаний людей.
Преси
Все мы, собственно говоря, всю жизнь остаемся детьми.
АльфиериИстория, мифология и поэзия волос и бороды. Проклятие Иеремии. Гигиена волос. Первый седой волос и его история. Юлия, дочь Августа. Лысина: укрепляющие средства. Борода и ногти.
Женщина без волос и мужчина без бороды – вот два несчастнейших субъекта между всеми жалующимися на свою судьбу.
Женщина может быть богата, молода и красива; она может обладать Формами Венеры и сокровищами Клеопатры, белейшими зубами, умом Сафо и тем богатством, которое дороже всех других и называется двадцатилетними возрастом; но если у нее нет волос на голове или если их имеется очень мало, то она – одно из самых жалких существ в мире.
Несчастная! Ей приходится вечно скрывать язву, которой она стыдится, и находиться в вечном страхе, чтобы об этом не узнали. С обильными волосами на голове она была бы Венерой, без них она – достойное жалости создание; имей она много волос на голове, она была бы богиней; без них она даже не женщина.
А разве мужчина, который на протяжении нескольких месяцев напрасно осматривает свое лицо в зеркале, силясь открыть первый пух на губах, и тщетно щиплет ногтями щеки, в надежде открыть на них то, чего не находит глазами, разве такой мужчина не чувствует себя несчастнейшим из людей? Несчастный! То, что для него печально, другим кажется смешным; ему приходится стыдиться того, в чем он не повинен, приходится переносить насмешливые улыбки и безжалостные взгляды длинноволосого пола. О, почему он не может отрезать несколько сантиметров волос у Евы, чтобы украсить ими свой гладкий подбородок? Имей он хоть один сантиметр волос на лице, и он был бы может быть счастливым человеком, но без них он несчастный, жалкий человек, быть может, даже совсем не человек!
Какие мы, однако, жалкие существа, если отсутствие нескольких прядей волос на голове женщины может быть достаточно, чтобы лишить ее любви; если отсутствие нескольких сантиметров волос на подбородке мужчины может быть достаточно, чтобы усомниться в его достоинстве, силе, мужественности! Никогда более ничтожной вещи не придавали большего значения и важности; никогда ни в чем не сосредоточивалось столько волшебства и могущества, как в волосе, который отделенный от тела, отбрасывается как никуда негодная дрянь; никогда в человеческой натуре не сказался больший контраст между силой и слабостью, никогда на такой малой поверхности не поместилось столько предрассудков, столько парадоксов; никогда в такой короткий промежуток времени не создалась такая история!
О, загадочный и чудодейственный волос! Сегодня ты украшаешь голову девицы, вызываешь зависть у целого поколения женщин, восторг у толпы обожателей и служишь магнитом для тысяч скрытных, но жгучих поцелуев; завтра же, упав на пол, красивый, светящийся, эластичный, как вчера, ты принадлежишь уже к изгою, к которому никто не захочет прикоснуться. Вчера – лучший алмаз в короне красоты, ты сегодня валяешься в куче навоза.
Волосы человека вполне заслуживают того, чтобы на них остановились довольно подробно, но мы должны ограничиться лишь несколькими гигиеническими и нравственными советами.
Глаза – зеркало души; на губах может сконцентрироваться столько красоты, что она в состоянии убить или спасти человека; на челе может блистать ум, делающий человека Богом; подбородок может выражать безграничную доброту и кротость; тело своими движениями может говорить нам о силе или о любви; но волос, который не говорит, не движется и который даже лишен чувства, может в сто крат увеличить всякую другую красоту и может в своих бесконечных лабиринтах скрывать столько поэзии, какую только человек в состоянии прочувствовать, а поэт создать.
Послушный тысячам капризов фантазии, подчиняясь самым смелым желаниям вкуса, он до бесконечности разнообразит эстетические комбинации черт лица, на котором создает каждый час новые красоты, делая из одного лица сто портретов и из одного вида красоты тысячу. Он – живая материя, послушно подчиняющаяся воле, вкусу, искусству каждого; и кажется, будто вдоль прядей этой материи течет волна теплоты, страсти, даже мысли, течет тихо и беспрерывно, подобно водам вечной реки.
