50. Чего пригорюнились?!
Асмодей
– На кого вы похожи?! – раздался голос где-то над головой, и я перевел взгляд на стоящего надо мной Геральта. – Какого дьявола вы вообще ее отпустили, если теперь находитесь в таком состоянии?!
Не знал сколько прошло времени с тех пор, как я открыл портал, позволяя девушке, пленившей мою душу, исчезнуть.
Ведь понимал, что творю и намеренно на это шел, а заодно тянул за собой брата.
Я оставил на теле Юли метку, тем самым вверяя ей всего себя. Мне более был недоступен брак, так как ни один бог не заключит мой союз с другой девушкой… Формально я уже был занят.
Но сейчас не это волновало. Перед глазами стоял момент, когда она шагнула в бездну, и я попрощался с ней навсегда.
Сердце разрывалось в клочья, истинная ипостась ревела, желая убивать. В ушах стоял рев Харона. Он продолжал звать иномирянку, впиваясь когтями в ковер, на месте которого секундой назад был портал на неведомые нам земли.
Раздирая мягкий ворс в клочья, разбивая мраморный пол, брат словно обезумевший зверь надеялся докричаться до Юли…
Я понимал его, внутренне ревел, как и он, но не мог показать истинных чувств… Хотя, почему не мог? Я потерял половину своего сердца, лишился души, и впервые в жизни чувствовал, что имею право на слабость.
Мгновение, звон разбитого стекла, и я выпрыгнул в окно, в считанные секунды обращаясь демоном.
Сейчас уже не имело значения, что было между Хароном и Юлей. Если она так желала нас обоих, я бы согласился с этим, позволил ему касаться ее… Только бы девушка осталась с нами… Но уже поздно. Я сам позволил ей уйти. Ведь понимал, что виновен.
Я выдернул эту бунтарку из привычного ей мира, лишил семьи и жизненного равновесия, подверг опасности… О какой любви могла бы идти речь, если бы я запер ее в этом мире, во дворце, словно экзотическую птицу в клетке.
Летел вверх, ощущая, как крылья рассекают воздух, но облегчение так и не приходило. Резкие взмахи на пределе возможного стягивали связки, напрягая мышцы. Впервые я оказался так высоко.
Вот только радости от полета не было. Жизнь вообще потеряла вкус… Хотя нет, не так. Она стала мучительно горькой. Чувствовал, как в груди разрастается огромная дыра, которая никогда не затянется. Она навсегда останется со мной, напоминая о девушке с золотыми волосами и глазами цвета свежей зелени.
Сложив крылья, позволил телу рвануть вниз. Свободное падение продолжалось недолго. Я все набирал скорость, прежде чем тело прошило адской болью в столкновении с землей. Знал, что это меня не убьет, но надеялся, что агония от полученных травм хоть на мгновение заглушит сердечные муки.
Вот только все оказалось безуспешным. Прежде чем понял, что творю, из горла вырвался отчаянный рев. Впервые я позволил себе проявить живые эмоции.
Мне больше не хотелось быть правителем. Я не желал отвечать за народ ценой собственного счастья, но все было предрешено.
Поднявшись с земли и ощущая, как переломанные крылья волочатся по земле, с корнями выдрал небольшое деревце, сбиваясь с дыхания, когда осколок ребра уткнулся в легкое.
Сейчас же я сидел напротив Харона, глуша очередную бутыль эльфийского пойла.
Мы с братом были в одной лодке, внутренне умирая и ища способы хоть немного утопить страдания.
– Гер, Шахар, пошли вон! – отмахнулся я.
– Ну уж нет! – фыркнул трикстер, выхватывая из моих рук бутылку. – Я спрашиваю, какого черта вы позволили ей уйти?!
– Так было правильно! – вдруг выпалил брат, поражая меня таким ответом.
Я был уверен, что Хар возненавидит меня за этот портал. Ведь именно я дал Юле возможность сбежать от нас.
– Черта с два! – рявкнул Шахар. – Что в этом правильного, если вы за несколько часов превратились в живых трупов!
– Пошли к черту! – раскидав по полу ноги, откинулся на диван Харон. – Я не хочу никого видеть!
– Они вообще не слышат! – вздохнул Геральт.
– Утонули в жалости к себе! – поддержал инкуб.
– Да что вам нужно?! – взревел я, морщась от того, как пошевелилось сломанное крыло. – Неужели мы не имеем права на чувства! Хватит! Задрали! Я не хочу никого видеть!
– Ой, истеричка! – хмыкнул Шахар, усмехаясь. – А я думал потеряли пациента. Может расскажете, почему совершили такую глупость?
– Юле тут нет жизни без сестры… Она не могла ее бросить. А мы не имели права просить о таком, – вымученно прошуршал брат, потянувшись за спиртным.
– Ну, хорошо, – перехватив у Харона стакан с эльфийским вином, инкуб опустошил его, протягивая пустую тару другу. – А почему бы не забрать обеих? Жилплощади не хватает или не по карману обеспечение второй девицы? Поживет, подрастет, выдадите ее замуж, ну если ваша хозяйка позволит!
