Бруно подчеркнуто неторопливо допил настойку и обернулся к детективу:
— Поймал-таки меня, волчара? Поздравляю, жизнь удалась. Принеси на повешенье букет: мне здешняя герань по нраву.
Детектив, чьи резкие черты, острые уши и пепельная с проседью шевелюра в самом деле наводили на мысли о волке, не сказал ни слова.
— Вас не повесят, при условии, что вы кое на что взглянете, — тихо и пугающе вежливо ответил за него человек в серой форме без знаков отличия.
Часом позже с головы Энди сняли мешок. Бруно презрительно фыркнул, оглядываясь:
— Конспираторы хреновы! Нужен взломщик? Так прямо и скажите!
Ни сейфов, ни бронированных шкафов, ни даже шкатулок поблизости не оказалось — только странный стеклянный куб, детектив, да несколько человек в серой форме.
Детектив шагнул к Бруно и положил руку ему на плечо.
— Отвали, волчара! Мне прошлого раза хватило! — тот стряхнул руку, продолжая озираться. Детектив снова сжал плечо Энди.
— Аккуратнее, пожалуйста, — поморщился человек в сером. — Это деликатный процесс. Взгляните сюда, — обратился он к Бруно, указывая на дурацкий пустой аквариум.
Отборная брань, последовавшая за этим, заставила вздрогнуть даже тварь, на которую уставился Энди Бруно.
* * *
Молодой человек поправил перед зеркалом галстук. Галстук был просто великолепен: под стать костюму — модный, элегантный, но не вызывающий. Каждая складочка костюма отглажена, каждая пуговица сияла. Если и существовало в мире воплощение аккуратности и респектабельности, оно сейчас смотрело на себя в зеркало. В дополнение к этому у молодого человека была респектабельная работа и очаровательная, добрая, юная невеста. Невеста, разумеется, тоже любила аккуратность во всем.
По безупречно чистой лестнице респектабельного особняка молодой человек поднялся на чердак — настолько чистый и опрятный, что дал бы форы многим гостиным. Аккуратно и надежно, как все, что он делал, юноша закрепил на балке веревку. Точным движением, ни сбив ни на йоту галстук, накинул на шею петлю. Аккуратно оттолкнул табурет.
Пока слуги снимали тело хозяина, юная невеста рыдала на полу чердака, совсем не аккуратно размазывая слезы кулачком со смятой запиской.
В записке была одна фраза: "Теперь ты в безопасности, любовь моя".
* * *
Бо-Неудачник, покачиваясь и спотыкаясь, брел домой из харчевни. Или, по крайней мере, приблизительно в направлении дома, но совершенно точно — прочь от заведения, где ему раз и навсегда отказались наливать в кредит. В ближайших планах Бо значилось сорвать злость на жене, посуде и мебели. А если повезет, то и падчерице — вдруг да получится изловить мелкую дрянь.
Встреча с падчерицей состоялась гораздо раньше, чем он ожидал. Люди в сером, похожие на жандармов, но менее разговорчивые, запихнули его в фургон без окон. В фургоне, весело болтая ногами, сидела на скамье Грета. Бо ринулся к ней, получил от странного жандарма хлесткую пощечину и плюхнулся на пол, тупо мотая головой. Грета показала отчиму язык, противно хихикнув:
- Это тебе за мои кошмары!
- Вы уверены, что они — та самая пара? — спросил один из людей в серой форме. Другой кивнул. Девочка тем временем исхитрилась подобраться к отчиму и метко пнула его по колену. Странный жандарм сгреб ее за шкирку и усадил на место. Ободренная тем, что выходка не закончилась побоями, Грета дернула ближайшего незнакомца за рукав:
- Если задумали делать со мной что-то нехорошее, я хочу сто ауреусов и новое платье!
Человек наградил ее долгим пристальным взглядом. Девочка заглянула ему в глаза и вдруг поняла, что совсем не хочет ни денег, ни платья, а только оказаться как можно дальше от этих пугающих типов. Бо шумно икнул и сблевал на пол фургона.
— И вот от этих зависит исход операции? — брезгливо пробормотал человек в сером. — Я почти хочу, чтобы они не выжили.
Грета заплакала.
* * *
Почтенная чета фермеров из южного кантона Лютеции казалась сошедшей с рекламы рафинада: рабочие комбинезоны, сапоги до колена, соломенные шляпы украшены, разумеется, свеклой. Единственное отличие от глянцевого плаката — грубые натруженные руки с не слишком чистыми ногтями. Муж и жена удивительно походили друг на друга: не одеждой — тем идущим от сердца сходством, которое появляется спустя долгие годы счастливой совместной жизни.
— Мы все понимаем, сударь, — кивнул старик.
— Надо, значит — надо, — поддержала его супруга.
— Когда это в первый раз случилось, я сказал Юфеми: неспроста это, жена. Сущее такие способности просто так не раздает. Вот, стало быть, оно и пригодилось.
— Истинная правда, — эхом откликнулась Юфеми.
Человек в серой форме вздохнул. Если бы только все остальные были так же сознательны.
* * *
— Сколько у нас на сегодняшний день пар с двуединым даром?
— Пять.
— Этого недостаточно.
— Срочное сообщение из Лазурного княжества, Ваше Сиятельство!
— Трусливый сопляк покончил с собой.
— Значит, только четыре.
— Проклятье!..
Глава 7. Этой войны не было. Часть 1
У домашнего ареста, под который мы попали, нашлось множество плюсов.
Несколько плюсов.
Один точно нашелся: после совместных размышлений мы с Зи решили, что это прекрасно, когда тебя везут на работу в карете. Да, нужно выскакивать заранее, еще до моста, чтобы не привлекать внимание, но все равно это удобно.
"Экономия же, Аль! Потом потратимся на себя, ага?"
Один из поводов восхищаться подругой: она прекрасно умеет поддержать в трудную минуту. Говоря на чистоту, домашний арест меня раздражал, зато мысль о том, что Зи рядом, служила утешением. Сильные мира сего разъяснили нам кое-что о борьбе с так называемыми эльфами, и это знание не обрадовало. По иронии Сущего в пяти крупнейших странах Содружества нашлись пять пар с двуединым даром. В одной из них люди не выдержали свалившейся на них ответственности. Остались четыре пары, две из которых соединили вражда и ненависть.
Контакт с пресловутыми эльфожуками сам по себе дается тяжело, а если при этом ты вынужден находиться рядом с тем, кто тебе отвратителен… Невозможно представить. И с такой поддержкой люди планируют победить эльфов? Окажись я более верующей, ныла бы без перерыва: "За что, Сущее? В чем твой план?"
Слава богам, я не очень в них верую. Так что — прочь нытье на абстрактные темы.
У конкретных людей насчет нас были не менее странные планы. Сказать, что при виде Гортензии у госпожи Майе вытянулось лицо — не сказать ничего. Хорошо, что начальница в тот момент не курила: я от нее не в восторге, но смерти пока не желаю. Почему канцлер решил, что мы даже в замке должны постоянно быть рядом, для нас оставалось загадкой. Девушки в отделе загадками не заморачивались, Марго высказалась за всех:
— Вот счастье-то! А мы боялись: наймут вторую Люути.
Еще недавно я бы не просто поддержала ее — поаплодировала, теперь же не знала, что сказать, и стоит ли говорить вообще. Правда о Люути ушла вместе с Люути. Судно "Гнутая ель" возвратилось в Бергюз, сердитая ведьма и ее спутники начали новую жизнь где-то в Серых Землях, о чем прислали всего две строчки. Надеюсь, они нашли теплый дом: в тех краях суровые зимы, а Джим, как-никак, — лиственный…
— Барышня Ронда, будьте любезны: вернитесь с небес на работу!
Оказывается, принеся начальнице готовые документы, я благополучно ушла в свои мысли, пока выдавали очередное задание.
"С чего это девушки переглядываются, а на меня смотрят с таким состраданием, что только стены не плачут? Ах, ну да… Криминальные хроники."
История "Взрыв в подвале" попала в газеты. Правды о случившемся там было ровно столько, сколько позволил канцлер, а еще упоминался храбрый констебль, погибший при исполнении. Наверное, я — изрядный циник, но сострадание коллег мне казалось абсолютно фальшивым — в отличие от любопытства. Девицы смогли терпеть с расспросами лишь до обеда. В кафетерии за места рядом со мной разгорелась нешуточная потасовка.
