Слова Пaтpиapxa Гермогена
изменнику — интервенционисту Михайле Салтыкову.
Пусть ненавидят. Жизнь моя полна.В Стране Больших Сердец я рождена.Ее враги — мои враги всегда,Ее беда — моя беда.
Вчера предатель подходил к окну,Продавший Бога, душу и страну,Ту самую страну, в которой он,Как милый сын, когда-то был рожден.
Нашептывал он черный ряд угроз,Но на его предательский вопрос,О самом главном, о таком больном —О сумрачном Отечестве моем,
Надменно я ответила ему:(К несчастью или к счастью своему?)«Враги Отечества — мои враги всегда,И Русская беда — моя беда!»
И продал он мои слова врагам.Сочтемся с ним потом, не здесь, а там,В той закаленной бурями стране,Где он умрет, где жить придется мне!
23 июля 1935 г.
ГОЛГОФА ПАТРИОТА
Приходят люди, пугают «букой»,Шепчут, делают «страшные» глаза…Отравляют жизнь трусливой скукой…И выгнать этих людей нельзя…
Я только крепче сжимаю зубыИ стараюсь руками не коснуться их.Говорю с ними спокойно и грубо,И они злятся от слов моих.
Злятся оттого, что они неправы,Оттого, что не могут стойкими быть.И стараются страхом, как отравой,Крепость души моей сокрушить.
Близкие мои на меня воссталиВ эти, и без того тяжелые, дни…От тревоги за меня они устали,И «спокойно пожить» хотят они.
И я ухожу от злых разговоровК иконам, к знаменам, к портретам Вождей!А ночью во сне приходит СуворовИ учит меня не бояться людей.
Он учит меня не кланяться пуле,Отражать атаки со всех сторон.Он учит меня стоять в караулеНа страже державных Русских знамен!
28 февраля 1935 г.
КРЫЛОМ ОБ РЕШЕТКУ?
После горя такого не нужно душе тишины.Убежать от себя, чтоб не думать об этом ночами…Чем заранее знать, что тебя обвинят без вины,Лучше чувствовать смерть каждый день, каждый час за плечами.
Вихрем сделать бы жизнь! Или просто в горячем боюВдруг, раскинувши руки, упасть… И расстаться навекиС этой жизнью чудесной, которую страстно люблю;Чтоб расстаться с мечтой о живом и родном человеке.
Если жить суждено, то попробуем попростуТолько б яркость души не растратить с жить, пустыми в пустую.Но кому же поверить и прошлое как позабыть?Где найти эту жизнь, словно утро и детство, простую?
Вновь не верить себе и себя самого проверять?А не верить другим — это всех неприкаянных участь…Вновь чужие слова безнадежно — мертво повторять?Ждать чудес от людей, неустанно сомненьями мучась?
А к великой Стране, где нашелся бы сердцу простор, —Ни единой тропы… Даже узенькой тропки над бездной!И немыслимо вынести этот последний позор:Доживать, догнивать, так бессмысленно и бесполезно…
И, жалея себя, сил своих бесполезный расцветВ этом городе злом, с неизбывной тоскою о чуде, —Вдруг кого-то спросить: «неужели же выхода нетТы скажи, где они, настоящее русские люди?
Где такие слова, от которых растаял бы лед?Где такие слова, от которых бы стало теплее?»Хорошо бы узнать, что тебя кто-то любит и ждет,Хорошо бы понять, что тебя кто-то близкий жалеет…
А возможно ли это без Родины и без угла?И в России немыслимо это, там люди чужие…Ничего то, душа, ты сегодня решить не могла,И тобой не разгадана эта загадка —Р О С С И Я!
1935 г.
ОТВЕТ НА ВСЕ
«Враги России — коммунисты и интервенты, а не «советские» и не эмигранты.
Спасти России могут только Русские».
Комитет Действия РФО.
Мне дороги и те и эти…Ничьим не буду палачом.Ни перед кем на этом светеНе виновата я ни в чем.
Мне кто-то сильный и крылатыйДал право мучиться и петь.И песнями я так богата,Что все могу перетерпеть:
И злобу красной чрезвычайкиИ подлость «ниппонских» зверей!Нет места нынче белой чайкеУ берегов родных морей…
Опасность — это та стихия,В которой дух мой расцветал.Во мне твой звонкий сплав, Россия,И революции металл!
От красных я не жду пощады,От «белых» — радости не жду.Моей душе Россию надо!Она зовет. И я иду…
И, в Бога веруя по-детски,Как жизнь, я Родину люблю!На «эмигрантов» и «советских» —Родных и русских не делю.
Родные мне и те и эти.Ничьим не буду палачом.Ни перед кем на этом светеНе виновата я ни в чем…
1935 г.
БЕССТРАШНЫЕ ЛЮДИ
Посвящаю людям разных убеждений, но в час опасности
для России оказавшимся прежде всего Русскими:
А. Н. Покровскому, Д. Н. Долматову и Н. Н. Горчакову.
(Аресты Русских в Маньчжуго в 1935 г.)
Нынче я, волнуясь и тоскуя,Запрещаю сердцу говорить,Потому что надо жизнь плохуюПерестроить и перекроить.
Только разум жесткий и холодныйВсе пути пройденные сочтет.Враг чужой и враг неблагородныйВ нас любовь к России не убьет!
День за днем к чудесной нашей цели:К Родине, к победе и мечте.Каждый час у злобы на прицеле —В бедности, в работе, в простоте.
Обыск. Арест. Все обыкновенно.Так же, как у красных в те года…В Харбине в те дни нас незабвенноПороднила русская беда.
На допрос японский злобный «кто ты?»Их ответы: (что найдешь ясней?)«Не чужой страны мы патриоты,Патриоты Родины СВОЕЙ!»
Их ответ (не красных и не белых)Русских героических людей:«Мы не станем помогать разделуНЕДЕЛИМОЙ Родины своей».
Рождаются тьмой и тревогой они,Бесстрашные люди в трусливые дни.Когда забиваются в норы кроты.Когда часовые бросают посты,
Когда побежденный врагом офицерВ плену победившим сдает револьвер, —Тогда нашу гордость спасают они,Бесстрашные люди в трусливые дни!
Приходят они, чтоб узлы развязать,Упрямое, смелое слово сказать;Слова у них прежние, гордые есть:«Достоинство, долг, самолюбие, честь!»
А дума их краше и песен и слов:«За верность России на гибель готов»…Мужчины и воины! Их именаВ историю подвигов впишет страна!
И о том, что есть такие людиС русской неподкупною душой,Женщина взволнованная будетГоворить потом Стране большой:
«От Камчатки и до ПетроградаО героях слушай, молодежь!..Как они, любить Россию надо,Для которой ты сейчас растешь»,
Женщина, удерживая слезы,Скажет, вспомнив бывшее давно:«Верным быть России… под угрозой…Это, ведь, не каждому дано».
Пусть потом больной и старой буду(Всякому болезнь и смерть грозят),Но об этих людях на забуду,Потому что их забытьНельзя!
18 января 1936 г.
С ЭШАФОТА (В японской тюрьме)
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
