Прошло несколько дней… Сначала гномы жили и радовались, что удалось сбежать от этой чрезмерно прожорливой напасти. Всё шло вроде бы хорошо, тихо и спокойно. Но через неделю началось какое-то столпотворение. Коровы замычали, козы замекали, ребятня раскашлялась и ударилась в плач. Гномы недоуменно толпились вокруг жалующихся детей и животных: что за напасть?
Молоко у коров и коз скисалось прямо в вымени, затвердевая и причиняя им невыносимую боль. У детей – жар, глаза слезятся, горлышки хрипят. А вместо воздуха – какая-то жёлтая мгла, как будто это Жёлтый Туман выполз из ущелья Проглота и настиг гномов, решив отомстить за все обиды: кому же понравится, когда его размелют в порошок и смоют в ущелье. Но раньше-то ведь ничего подобного не случалось! Гномы наконец сообразили, что весь этот сыр-бор, скорее всего, свалился с неба вместе со злой колдуньей. Оказывается, не так-то просто от нее избавиться… И им ничего не оставалось делать, как идти на поклон к ведьме и просить прекратить всё это безобразие.
И вот спустя всего каких-то две недели они нехотя поплелись назад к поселку сдаваться на милость победителя, неся на руках детишек и ведя за собой животных, которым каждый шаг причинял страдания.
Карена встретила гномов на удивление благосклонно.
– На упрямы воду возят! – засмеялась она. – На первый раз прощаю. Но, зная вашу гномью хитрость и упрямство, поклянитесь, что впредь будете служить мне если не на совесть, то хотя бы на… страх!
Куда бедным гномам было деваться? Пришлось принести Клятву.
Карена прошептала несколько заклинаний. Жёлтый Туман стал оседать. Глаза гномов перестали слезиться, кашель пропал. Коровы и козы, радостно задрав хвосты, припустили по домам. Пора было угостить детишек свежим парным молоком.
Таким вот оказалось начало правления Карены, но этим всё не кончилось. Чтобы её прокормить и приодеть, понадобились пастбища для скота. Нужен был замок под стать великанше. Началась новая «веселая» жизнь. Теперь гномы сами крутили колеса мельниц, чтобы поскорее освободить котловину Таурии от камней и воды. Благодаря упорному труду гномов, щедро оплачиваемому наказаниями, на придумки которых Карена оказалась большая мастерица, в котловине вскоре вырос и огромный замок.
Гномов, обслуживающих Карену, она обязала носить только серые одежды. Их так и звали – серые гномы. Обширные подвалы замка были забиты варёной, копчёной, солёной провизией, запасы которой непрерывно пополнялись. В очаге огромной кухни в любое время дня и ночи весело и ненасытно клокотало пламя, поглощая топливо почти с такой же быстротой, как великанша – пищу. Будешь тут ненасытным, когда нужно обогреть такую громадину каменного дворца! Кроме того, в его обязанность входило ещё и греть воду для бассейна. Карена любила поплескаться-понежиться там по утрам. Чтобы наполнить это громадное корыто, при замке находилась целая армия гномов-водолеев. Вода обновлялась каждый день. Карена не любила по два раза входить в одну и ту же воду!
У работящих гномов, которые не могли и минутки посидеть без дела, хозяйство всегда находилось в идеальном порядке. Они могли с успехом прокормить не одну такую великаншу. Их обижало совсем другое. Карена была вредной, вспыльчивой, злой и злопамятной женщиной. Они могли бы, конечно, разбежаться кто куда. Карене ни за что не суметь бы их найти! Гномы были величайшими мастерами маскировки. Накинув свои серые плащи, они умели так искусно сливаться с землей, камнями и небом, что даже с высоты гномьего роста было трудно разглядеть, кто и где спрятался. Что уж говорить о великанше! Но гномы дали клятву верности. Кроме того, Карена была колдуньей. Многие темные и злые силы охотно откликались на её зов. Она наизусть знала множество заклинаний, а если что-то не знала или забывала, к её услугам была Волшебная книга, в которой, казалось, было собрано всё зло мира. Колдунья смогла приручить даже ковёр, на котором частенько облетала из конца в конец свои владения. Поэтому гномы из поколения в поколение покорно вращали колеса Каменной и Водяной мельниц.
На Каменной мельнице жернова, приводимые в движение огромным колесом, перемалывали в пыль камни, которые нужно было откалывать от Кальдерных гор, окружающих Таурию. За счёт этого мало-помалу, из года в год, из тысячелетия в тысячелетие расширялись владения Карены. Из-под жерновов по системе желобов пыль непрерывным потоком поступала в расположенный по соседству каньон.
На Водяной мельнице тоже было огромное колесо, которое крутили опять-таки гномы. На колесе располагалось множество ведёрочек, которые зачёрпывали воду. Вода подавалась к тому же самому каньону, куда сбрасывалась жёлтая пыль, и уносила её вниз по ущелью Проглоту. Это место считалось самым ужасным во всей Таурии. Соединяясь вместе, пыль и вода превращались в Жёлтый Туман, который теперь постоянно висел над каньоном, трансформируясь под действием ветра в причудливые формы каких-то неземных многолапых, многоголовых чудовищ. Они боролись, переплетались, пожирали друг друга и вновь возникали, непрерывно подкармливаемые всё новыми и новыми порциями воды и пыли. Никто не знал, как глубоко ущелье, насколько далеко оно простирается. Всякий, кто осмеливался подобраться поближе к Жёлтому Туману, погибал от удушья. Та же участь ожидала и тех, кто оказался неугоден или провинился перед колдуньей и за это сбрасывался в пропасть. Непослушных детей пугали: «Вот Проглот придёт и тебя заберёт!»
Изо дня в день каждое утро две армии гномов направлялись к мельницам, забирались внутрь и, переступая со ступеньки на ступеньку, крутили колеса. Эти гномы и жили отдельными поселениями.
Гномы, которые обслуживали Каменную мельницу, именовались тау. В подчинении Водяной мельницы были реки. Из этих названий складывалось наименование и всего племени гномов: тау и реки – вместе тауреки!
Карена всячески поддерживала такое разделение. Специальным повелением колдуньи даже цвета одежды у тау и реков были различными. Тау носили жёлтые цвета, реки – синие.
Каждый род имел своего старейшину. Тау возглавлял пышнобородый Кастао, реками же управлял длиннобородый Антрено. Они не враждовали между собой, хоть Карене и хотелось этого. Пусть лучше ненавидят друг друга, чем свою повелительницу!
Тау и реки ходили друг к другу в гости, устраивали общие праздники, девушки и юноши могли переходить из одного рода в другой. При этом они просто меняли цвета одежды и переселялись из деревни в деревню.
Гномы, которые обслуживали Карену, не образовывали отдельного рода, а просто переодевались по утрам, если были приходящими слугами, или жили при замке, навещая своих родственников по выходным и праздникам.
До поры до времени все было тихо-спокойно. Но однажды гномы все-таки решились объявить Карене войну.
Война
Поздний вечер. В обоих поселках погасли огни, стихла вечерняя суета в замке, всегда сопутствующая ужину. Мрачные громады обеих мельниц окутал ночной сумрак. Даже Жёлтый Туман съежился и спал, опустившись в Проглот. Только в одном из узеньких окошек Каменной мельницы можно было заметить красноватый мерцающий отблеск. Если кто-нибудь осмелился бы в это время прийти на мельницу и отважился заглянуть в окошко, то обнаружил бы, что у небольшого костра, разведенного прямо на каменном полу, на охапках травы полулежали три человека. Один из них был одет в синие одежды рода реков. Это был не кто иной, как сам Антрено. Второй гном, весь в сером, пришел из замка. Его звали охотник Аркадо. Третьим же тауреком был старейшина рода тау Кастао.
Обсуждался ни больше ни меньше, как план восстания против Карены. Завтра никто из тауреков не должен был выйти на работу. Колеса впервые за многие-многие столетия должны были остаться неподвижными. Они хоть своим надоедливым скрипучим голосом постоянно выпрашивали всё новые и новые порции камней и воды, но не должны были умереть с голода и без этого. Другое дело, что для колдуньи был припасен такой же подарок. Проснувшись поутру, она не найдёт в замке ни одного человека из прислуги. Вода для утреннего купания не будет налита в каменный бассейн, огонь в очаге для приготовления пищи и обогрева каменного замка так и не будет зажжён. С завтрашнего утра гордые тауреки объявляют войну Карене.
Утром Карена проснулась от холода, который умудрился забраться даже под её пуховое одеяло. Она потянулась, зевнула, поежилась и наконец встала. Потом, вместо зарядки хорошенько попрыгав на пружинной сетке кровати, как на батуте, колдунья изо всех сил оттолкнулась обеими ногами и рыбкой сиганула в бассейн, который находился тут же, в спальне.
– Шмяк! – раздался такой шлепок, как будто лопнул большой воздушный шар. Это Карена со всего размаха упала на каменное дно бассейна. Оказывается, там не было воды!
Ох, как жестоко она просчиталась, доверившись многолетней привычке и спросонья не посмотрев туда, куда прыгает!
