Рисунки виновных в совершении изнасилований, обследованных по методике ассоциативного рисуночного теста (АРТ), также свидетельствуют о напряженности в их сексуальной сфере, о стремлении подчеркнуть свои мужские половые функции, мощь и сила которых явно преувеличена. В рисунках очень много деталей, условно символизирующих женские и мужские первичные половые признаки и обычно не встречающих в таком количестве у других категорий преступников. Все это свидетельствует о том, что область межполовых отношений является у совершивших изнасилования описываемого типа конфликтной, аффективно окрашенной, а восприятие отношений между мужчиной и женщиной ограничивается половыми функциями. Социально-психологический аспект отношений, роли, взаимодействия как бы оторваны от чисто сексуальных отношений. Именно этим, на наш взгляд, можно объяснить поведение лица, совершившего изнасилование, если он живет вместе с женой, боится ее и полностью подчиняется ей. Жена характеризует его как мягкого, доброжелательного, исполнительного человека. В то же время он, допустим, совершает изнасилование незнакомой ему женщины, жестоко избив ее и унизив. Для таких лиц характерно, что о своей жене они отзываются положительно или во всяком случае нейтрально, а о женщинах вообще – крайне негативно.
Здесь, очевидно, происходит следующее. Такая личность бессознательно выбирает себе жену в качестве прообраза своей матери. Ей он подчиняется, зависит от нее, боится. В таком поведении реализуется его социально-психологическая установка на отношение к женщинам в целом.
Жена выступает для него в роли матери, поэтому по отношению к ней невозможны насилие, жестокость и доминирование. В то же время протест против своей пассивной роли, агрессия, попытки взять верх реализуются в его противоправном поведении по отношению к женщинам. В рассматриваемом случаях мы имеем дело с аффективными установками действенного содержания, подчиненно-агрессивными по отношению к женщинам. Подобные установки не характерны для всех, совершивших изнасилование, мы наблюдали их примерно у половины осужденных за половые преступления.
Рассмотрим результаты интерпретации данных по ММИЛ совершивших изнасилования. С помощью такой методики у них зафиксирован примитивизм в отношениях, снижение возможности сочувствия, сопереживания, сострадания и стремления понять другого. Их психологический портрет свидетельствует также о том, что для них личностно значимыми являются только физические действия и поступки. Эмоциональный, а тем более этический аспект во внимание, как правило, не принимается. Можно сказать, что они не способны осознать мотивы собственных действий и поэтому не могут правильно оценить действия других. Мужчины данной категории в психологической литературе, в том числе посвященной интерпретации результатов использования ММИЛ, описываются следующими определениями: грубый, ординарный, самодовольный, торопливый, насмешливый, шумный, ленивый, опрометчивый, равнодушный.
Поэтому можно предположить, что характерной чертой насильников вообще является наличие специфических трудностей в сексуальной приспособляемости и явных гетероагрессивных тенденциях. Очевидно, эти черты связаны в первую очередь с попыткой примитивного доминирования в отношениях с женщинами, отсутствием настроя на эмоциональный контекст, упрощенным толкованием характера отношений между мужчиной и женщиной.
Наше наблюдение за конкретными преступниками, осужденными за изнасилование, показывает, что для большинства из них не существует проблемы персонифицированного выбора женщины даже в качестве сексуального партнера, не говоря уже о ней как носительнице иных ролей, в том числе социальных. Отдельная женщина воспринимается ими как женщина вообще. Поэтому зачастую даже такие признаки, как возраст и внешность, не имеют существенного значения для насильника. Этим в значительной мере объясняются, например, случаи нападения в темноте на совершенно незнакомых женщин, внешность которых преступник даже не успел рассмотреть.
Такое восприятие женщин, низведение их до уровня всего лишь объекта сексуальной «эксплуатации», отсутствие эмпатии по отношению к жертвам, нередко своеобразная месть могут быть поняты, если учитывать жизненный путь сексуальных преступников, и в особенности условия их ранней социализации в родительской семье. Беседы с осужденными за изнасилования показывают, что большинство их них не имело надлежащих эмоциональных контактов с матерями. Последние доминировали, жестко руководили своими детьми, а еще чаще эмоционально отвергали их.
Для осужденных за изнасилования характерны такие рассказы об отношениях с матерями: «Мать меня никогда не ласкала, я чувствовал, что бабушка любила меня намного больше, чем она»; «Я был послушным, но тем не менее мать меня часто незаслуженно наказывала, била, не покупала подарки. Подарки делали брату»; «Доверительных отношений с мамой у меня не было, сестру любили больше»; «Мать очень строго следила за мной, ничего не прощала» и т. д.
Подобное отношение не могло не вызвать эмоционального отчуждения от матери, которое закреплялось в личности, постепенно приобретая характер общей установки на женщин. Последние субъективно стали восприниматься как чуждые, враждебные, доминирующие, несущие в себе разрушительную и унижающую силу создания. Мы полагаем, что именно в этом заключается изначальная причина негативного отношения к женщине в целом, которое носит, как правило, бессознательный характер.
Подводя итоги общей характеристике личности насильника, можно выделить следующие психологические качества, присущие большинству из них:
– импульсивность, нарушение прогнозирования последствий своих поступков, неприятие социальных норм и требований, высокий уровень тревожности, ригидность и аффективность в сочетании с плохой приспособляемостью, отчуждением, дезадаптированностью;
– бессознательное ощущение своей ущербности, недостаточности во взаимоотношениях с женщинами, неуверенность в себе;
– снижение возможности сопереживания, слабое самосознание, нарушение сексуальной приспособляемости и отсутствие персонификации в выборе сексуального партнера;
– стремление к утверждению себя во взаимоотношениях с женщинами, восприятие их как потенциально агрессивных, подавляющих, стремящихся к доминированию.
В преступных действиях насильников так называемого «охотящегося» типа отношения с матерью наиболее рельефно проецируется на всех остальных женщин.[20]
К представителям этого типа относятся лица, которые совершают преступные сексуальные действия в отношении незнакомых женщин. Они нападают внезапно (на улице, в подъезде, сквере и т. д.), очень часто сзади, стараясь силой сразу преодолеть сопротивление потерпевшей. Обычно такие преступники заранее поджидают жертву или выжидают подходящую ситуацию, в которой можно было бы осуществить насилие. Их поведение можно сравнить с действиями охотника, поджидающего или выслеживающего свою добычу и ищущего подходящий момент для нападения. Агрессивные действия в целях изнасилования обычно включают избиение, иногда жестокое, активные попытки физическим путем мгновенно сломить сопротивление женщины.
«Охотники» редко отбирают у потерпевших ценности или деньги. Вину в совершенном преступлении они обычно признают, так как не могут, в отличие от других категорий осужденных за изнасилование, сослаться на то, что жертва не оказывала сопротивления и добровольно вступила в половой контакт с ними. Это, очевидно, связано с тем, что они нападают на ранее незнакомых женщин и, более того, преступлению не предшествует какой бы то ни было контакт с потерпевшей.
Для характеристики личности «охотников» ключевыми являются два момента: нападение в целях изнасилования направлено только на незнакомых женщин; внезапность применения физического насилия (преступник как будто избегает любой иной формы контакта, даже возможности столкнуться взглядом с потерпевшей).
Несколько необычным с точки зрения содержания и тяжести совершенного преступления оказывается и характеристика субъекта преступления. Большинство обследованных имеют семью: жену, детей. Своих детей они любят или в худшем случае безразличны к ним. К жене в основном относятся положительно или нейтрально. В то же время в отношении других женщин испытывают отрицательные эмоции, отзываются о них пренебрежительно, считают безнравственными, способными на любую подлость. Вообще, как уже отмечалось, негативный взгляд на женщин характерен для всех насильников, а не только для «охотников». После взятия под стражу за изнасилование и даже после отбытия наказания их отношение к женщинам если и изменяется, то только в худшую сторону, поскольку они начинают видеть в них причину лишения свободы.
