«кто ждет возвращения мифического Леннона – человека глубокого, блестящего ума и разящего остроумия, – будут жестоко разочарованы». Понд заключал, что «самое худшее в
Double Fantasy – альбом делает Джона и Йоко похожими на пару состарившихся и потерявших себя хиппи» (345).
В The Washington Post Ричард Харрингтон высказывался в том же духе и утверждал, что «$8.98 за вялый взгляд на семейный альбом с вырезками – это чересчур». Он описывал (Just Like) Starting Over, как «вызывающую чувство неловкости имитацию влияния 1950-х и 1960-х». Харрингтон списал работу Джона со счетов, как страдающую от «общей недостаточности сути, текстовой прямоты и неразличимых мелодий». Что касается Йоко, ее «дребезжание под бóльшим контролем, чем десять лет назад, но голос по-прежнему неинтересен». Терри Лоусон проявил больше милосердия в Journal Herald (Дэйтон, Огайо), написав, что «вокально Леннон никогда еще не звучал так хорошо, а необычный стиль пения Оно использован здесь с максимальным преимуществом». Признавая, что многие «сосредоточат критику Double Fantasy на простоте тона, отказе воспользоваться настоящими шансами, на затмевающем все ощущением осторожности», Лоусон в пику скептикам заключил: «Мне для счастья хватит побарахтаться в фантазии». Тем временем многие зубры еще только готовили рецензии – это и Том Карсон (Rolling Stone), и Стивен Холден (The New York Times), и Джори Стоукс (The Village Voice) (346).
Британская пресса контрастировала своей безжалостностью с американской. За годы, прошедшие со времени последнего альбома Джона, страну захлестнуло решительное, часто не гнушающееся насилием панковское движение и его все более жесткое столкновение с привилегированными и вроде бы уже менее актуальными столпами индустрии. Видимо, анонимный критик альбома в Melody Maker именно под воздействием схожих взглядов написал, что «от всего этого определенно разит нетребовательной стерильностью. Богомерзкая скукотища!» Чарльз Шаар Мюррей продолжил разнос в New Musical Express от 22 ноября: «На обложке Леннон и Оно слились в страстном объятии. Альбом празднует их взаимную преданность друг другу и сыну Шону до практически полного исключения любых других забот и переживаний. У Леннонов все чудненько, а остальное не имеет значения, поэтому вообще все чудненько. Как это прекрасно, ребята! Все прыгают от радости послушать о таком счастье». Зато Мюррей комплиментарно оценил записи Йоко, написав, что «ее музыка звучит намного современнее и значительно интереснее, чем у Леннона». В своих выводах Мюррей признается, что с нетерпением ждет «сольного альбома Йоко Оно», при этом желая, «чтобы Леннон захлопнул свою большую и счастливую пасть до тех пор, когда он сможет сказать что-нибудь хотя бы отдаленно значимое для тех из нас, кто не женат на Йоко Оно» (347).
Со своего наблюдательного поста в «Дакоте» Джон и Йоко внимательнейшим образом следили за отзывами и благодаря помощникам, которые занимались вырезками, получали всё едва ли не сразу после публикации. Йоко, посвятившая столько энергии, чтобы помочь мужу вновь заняться музыкой, была по понятным причинам расстроена. Также ее огорчало, что (Just Like) Starting Over явно сваливался в чартах, несмотря на то, что постоянно звучал в эфире радиостанций. Позже она рассказывала: «Я пошла к Джону, он сидел в уютном кресле и читал газеты.
– Джон, прости. Сингл поднялся только на восьмое место.
– И не сдвинется?
– Нет.
Он задумался на секунду, глядя на меня. Потом сказал:
– Ладно. У нас есть семья» (348).
Рецензии продолжали поступать, и Джона подбадривали позитивные замечания жены. При этом они оба, до выхода альбома успешно оркестровавшие СМИ, вполне насладились неотступным вниманием прессы – даже при всей известности Леннона, так бывало нечасто.
В выходные состоялось своего рода «возвращение» звездной пары в программу «В субботу вечером в прямом эфире»: Леннона играл приглашенный гость Малькольм Макдауэлл, а Дэнни Диллон – Йоко Оно. В сценке актер Чарльз Рокет берет у «пары» интервью и расспрашивает их о новом альбоме. Макдауэлл и Диллон сидят в декорациях «суперкухни», и «Джон» рассказывает о своем житье-бытье в качестве домохозяина: «Йоко просто с ума сходит от моего какао». Когда речь заходит о Double Fantasy, «Джон»-Макдауэлл говорит, что «это, в основном, песни о любви и несколько полезных советов о правильном использовании духовки», и в этот момент становится ясно, что в духовке сгорел пирог[144] (349).
Леннонам понравился юмористический взгляд на их жизнь, но сам момент, должно быть, показался сюрреалистичным, когда они смотрели программу на другом конце города в своей квартире номер 72.
В том же месяце Джон и Йоко (уже настоящие) готовились к новым интервью. В начале декабря в расписании значились несколько радиоэфиров. Двадцать шестого ноября состоялась рекламная съемка в Центральном парке с фотографом Этаном Расселом, который делал последнюю фотосессию The Beatles в парке Титтенхерст в августе 1969 года, и Доном Ленцером, кинооператором и режиссером. К тому моменту Джон отбросил свою собственную идею, где он предстал бы монстром, летающим над парком. Ничего такого. Ленноны чинно разгуливали по тропинкам среди деревьев, и Джон, указывая в сторону города, говорил: «Эй, Йоко, почему бы тебе не купить вон то здание? Ты могла бы использовать одну комнату для своих мехов, а во всех остальных держать кошек». Рассел вспоминал потом добродушный юмор Джона в тот прозрачный осенний день. Во время перерыва Джон рассмеялся и сказал: «Это мне напоминает Rubber Soul[145], вот только лицо у меня грустное» (350).
Вечером снималась и другая сцена, на сей раз в галерее «Спероне» в Сохо, на Грин-стрит. Вместе с фотографом Алланом Танненбаумом Джон и Йоко пришли на съемочную площадку, которая была полностью выдержана в белом цвете. Декорации при этом были спартанскими: фальшивая лестница, стремянка и кровать. Сначала для съемок, которые вели Ленцер, Рассел и Танненбаум, Джон и Йоко облачились в кимоно, обычную для них дневную одежду; затем Ленноны разделись и изображали соитие под страстные звуки Kiss Kiss Kiss. В 23:00 съемка закончилась, пара быстро сфотографировались со всеми, раздала автографы и уехала.
Празднование Дня благодарения всегда включало для Леннонов просмотр традиционного парада на Централ Парк-вест. Также они раздавали торты, печенье и прочие вкусности подросткам из Центра для несовершеннолетних правонарушителей «Споффорд» в Бронксе. И конечно же как у них было заведено, Джон и Йоко выступили с ежегодным посланием миру: «В День благодарения мы думаем о вас. Мы желаем вам счастливой жизни».
А на следующий день, 28 ноября, Джон уже клялся говорить правду и ничего, кроме правды, на судебном заседании по иску Apple Corps к создателям шоу «Битломания». И уже было известно, что на основе шоу собираются снять фильм[146]. Но в последние несколько лет директор Apple
