* *
Сняв перчатки для фехтования, Лика прохаживалась вдоль стойки с рапирами. Она успела сменить платье на удобные штаны и тунику и с нетерпением посматривала на дверь зала.
Странно, Раян никогда не опаздывал. Когда она, запыхавшись, влетела внутрь, часы на административном корпусе пробили половину пятого.
Никого.
В воздухе стоит смесь запаха опилок и пота. Проветрить бы, но окна высоко, примерно в полутора метрах от пола. Вдобавок Лика сомневалась, что сумеет поддеть заржавевший шпингалет.
Наконец скрипнула входная дверь.
Встрепенувшись, Лика поспешила к проходу между трибунами.
— Привет! — поздоровался Дик и протянул ей яблоко. — Хочешь?
Девушка бездумно протянула руку, надкусила спелый плод. Только сейчас она поняла, насколько голодна: в суматохе Лика забыла перекусить, а обед выдался скудным. По академии бродило столько слухов, тут уж не до еды.
— Ты ничего не перепутала?
Дика тоже встревожило отсутствие Раяна.
— Нет, он несколько раз повторил время. Странно!
Они помолчали, прислушиваясь к едва тихим вздохам стропил.
— Может, мне его поискать? — неуверенно предложила Лика.
Она ощущала себя неуютно наедине с Диком. Он будто чего-то ждал. От нервировавшего взгляда у девушки чесалась кожа сразу в нескольких местах.
— Дик… — Лика сделала глубокий вдох. — Твое приглашение…
Нужно объясниться прямо сейчас, пока не поздно. Даже если Раян ее не любит, она не сможет встречаться с Диком. Девушка пробовала — ничего путного из этого не вышло. Он друг, с ним весело, свободно, но не больше. А Дика это явно не устраивало.
— Что — приглашение? — упавшим голосом переспросил Барет.
Его лицевые мышцы напряглись, взгляд переместился на эфесы рапир. Дик задумчиво вытащил одну, взвесил в руке и сделал ложный выпад по направлению к окну. Судя по промелькнувшей на лице болезненной ярости, он только что поразил вполне конкретного воображаемого противника.
— Что у тебя с ним?
Прозвучавший предельно тихо вопрос пороховым разрядом взорвался в голове Лики.
— Ничего, — опустила голову она.
— Врешь!
Голос Дика звенел от с трудом сдерживаемых чувств. Он снова взмахнул рапирой, но на этот раз метил не в воздух — кончик вонзился в доски ограждения.
— Осторожно, сломаешь! — всплеснула руками Лика.
За порчу инвентаря Дика ждало суровое наказание. К счастью, рапира осталась цела.
— То есть ее, — Барет в сердцах засунул оружие обратно в держатель, — тебе жалко, а меня нет?
— Ди-и-ик! — закатила глаза девушка. — Дик, перестань! Ты мелешь чепуху. Между мной и мастером Энсисом действительно ничего нет, мы не любовники.
У нее так и не хватило смелости признаться: «Но я люблю его».
— Тогда почему ты вдруг вспомнила про приглашение? — продолжал хмуриться Дик.
— Ты же слышал, — кляня себя за трусость, выкручивалась Лика, — бал наверняка отменят, вот я и подумала…
Ответ Барета потонул в очередном скрипе двери. Раздались торопливые шаги.
Сердце Лики сжалось от нехорошего предчувствия. Всем корпусом развернувшись ко входу на арену, она сжала кулаки. Только бы не с дурными вестями, только бы не с дурными вестями!
— Доброго вечера, господа и барышни!
Ларс на ходу скинул пальто и размотал шарф. Грудь его вздымалась от частого дыхания, рубашка вспотела.
— Надеюсь, вы уже размялись?
Сделав пару наклонов взад-вперед и вправо-влево, Ларс ступил на посыпанную песком и опилками арену.
— А где мастер Энсис?
Нехорошее предчувствие внутри только окрепло. С ним непременно что-то случилось! Но что? В последний раз Лика мельком видела его из окна, когда Раян вместе с остальными преподавателями спешил на собрание у ректора. Неужели магистра снова арестовали? От этой мысли засосало под ложечкой. Лика зябко повела плечами и с надеждой посмотрела на Ларса. Пусть он развеет ее мрачные думы!
— Мастер Энсис немного занят и попросил меня позаниматься с вами. Не беспокойтесь, завтра он вернется и проведет полноценную утреннюю тренировку.
Беззаботный тон Ромеля казался ширмой для чего-то страшного. Лику не могла провести его улыбка — слишком суетны движения, слишком велико желание убедить в том, что ничего не происходит. Вдобавок он упорно избегал смотреть ей в глаза.
— Я не притронусь к рапире, не произнесу ни одного заклинания, пока вы не скажете правду.
Ларс изумленно посмотрел на Лику. Он не ожидал от нее такой жесткости. Перед ним стояла не студентка-третьекурсница — высоко поднятый подбородок, требовательно сложенные на груди руки, сузившийся зрачок и сталь во взгляде. Однако Ларс ни на йоту не отступил от выбранной легенды:
— Тогда вам останется лишь уповать на прилежание кавалера. Надеюсь, вы, Барет, не поддержите забастовку Скотт?
— Где он?
Выражение лица Лики не изменилось. Она не шевелилась.
— В Тайной канцелярии, — неохотно признался Ларс.
— Не беспокойтесь, — поспешил добавить он, — магистр отправился туда добровольно.
— Добровольно?
Лика хрипло рассмеялась. Она находилась на грани истерики, сама не понимала, почему еще не сорвалась в пропасть.
Ни один человек в Ремии не переступит порог Тайной канцелярии по доброй воле, всех либо вызывали повесткой, либо приводили под конвоем.
— Именно так. Чтобы окончательно развеять сомнения относительно своей вины, учитель согласился пройти проверку.
— «Глоток правды», — в ужасе выдохнул Дик.
Он первым догадался, о чем шла речь.
— «Глоток правды», — эхом повторил за ним Ларс. — Самый опасный, но одновременно самый действенный способ установить истину. Заклинание невозможно обмануть. Питье парализует разум, лишает человека контроля над ним.
— И убивает, — побелевшими губами добавила Лика.
Помертвев, она уставилась в одну точку. Выросшая в семье ученого, девушка волей-неволей слышала обрывки разговоров отца и его коллег. Фигурировал среди них и «Глоток правды». Его разработали около полувека назад в лаборатории столичной Тайной канцелярии и опробовали на приговоренных к магической казни преступниках. Спустя десятилетия один из учеников Дункана защитил по диссертацию по ее усовершенствованной формуле. Лика вспомнила, как он консультировался с ее отцом насчет минимизации побочных реакций, самыми частыми из которых была смерть и сумасшествие. С тех пор минуло лет десять, формулу действительно могли вновь изменить, но от этого «Глоток правды» не стал менее опасным.
— Не всегда. Он опасен для людей без дара, либо обладающих слабым даром. Наиболее язвимы менталисты и стихийники. Темный дар, наоборот, самый крепкий. Учитель и вовсе практически универсал.
— Решено: я иду в Тайную канцелярию! Прямо сейчас.
Игнорируя взывавшего к ее разуму Дика, Лика направилась к выходу, но Ларс перегородил ей дорогу.
— Пустите!
Она изо всех сил ударила его кулаками в грудь. Ромель покачнулся, но выстоял.
— Пустите, или я применю магию! — сверкая глазами, прошипела девушка.
Лика
