– Но с деньгами проблемы… Сейчас в «Орионе» дела обстоят хуже, чем пару месяцев назад, когда я тебя приглашала… Тогда обещанная сумма казалось вполне реальной, и к осени намечалось сезонное оживление… Но фирма только поглощает деньги, и я ничего не могу с этим поделать… Наверное, действительно взялась не за свое дело.
Граев молчал. Или он разучился разбираться в людях, или Катя никак не должна была вести разговор к заявлению, что рассчитаться с ним не сможет.
– «Орион» придется продать… – Голос ее дрогнул, Кате было больно признаться в своем поражении. – Раньше это было невозможно, у меня была доверенность на ведение дел, составленная Михаилом на случай каких-либо неожиданностей, – но некоторых действий она не допускала. Теперь я могу официально вступить в права наследства… На ликвидацию дела нужно какое-то время… и скорее недели, чем дни. Но теперь, когда решение принято, я могу распродать кое-что из оргтехники, складские остатки… А ты, Павел, заканчивай дела и готовься к отъезду. Через неделю все будет готово.
Она помолчала и добавила с горечью:
– А какая была фирма при Михаиле… До сих пор не пойму, зачем он скачал со счета деньги… Какой-то проект, до конца не выполненный? Теперь и не узнаешь… Но «Орион» так от той потери и не оправился… Ну, как тебе мой план?
– Хреновый план, – сказал Граев намеренно грубо, надеясь, что злость подавит ее пораженческие настроения. – Сплошной декаданс. Капитуляция. И базируется на абсолютно неверных предпосылках. Во-первых, наконец появился след. Я говорю это не чтобы отрапортовать – после твоего предложения лжеоптимистические рапорты не имеют никакого смысла. Последние три дня всплыло много нового. В том числе грубые ошибки прокурорских. И факты наконец стали увязываться в цепочку. Бросать сейчас – завалить дело. Сейчас надо работать день и ночь… Во-вторых – появились некоторые соображения по тем исчезнувшим деньгам. Конкретно говорить рано, я не спец в финансах, но завтра у меня будет разговор с одним деятелем из ОБЭПа. Для этого нужны будут кое-какие документы по «Ориону». Я утром напомню – распорядись, пожалуйста, чтобы сняли копии. Возможно, прояснится заодно и насчет нынешних трудностей фирмы… В любом случае с продажей спешить не надо. И третье, самое главное: не привык я брать деньги за незаконченную работу. А ну как залечат эти швейцарские коновалы? Не очнусь у них от наркоза? Так ведь душа покоя не найдет, буду к тебе по ночам являться и шуршать призрачными баксами. Долг пытаться отдать.
Она не улыбнулась неуклюжей шутке. Видно было, что ей хочется спросить, что же такое он раскопал, но давно и навсегда они договорились: технические детали – дело Граева, Кате он докладывает о результатах.
– Хорошо, пусть будет по-твоему. Но… Теперь уже можно говорить о конкретных сроках?
– Можно. Есть подозрение, что тут сплелись несколько самостоятельных загадок – каждая со своей отгадкой. А мы пытались втиснуть один икс во все уравнения. Первый результат должен быть послезавтра. Последний – самое позднее через неделю.
Граев не кривил душой и не выдавал желаемое за действительное – после полутора месяцев в безвоздушном пространстве пустых предположений и неподтвержденных догадок факты всплывали один за другим. А дела Граев всегда раскручивал быстро, не зря майор Мельничук считал его везунчиком и баловнем фортуны – хотя фортуна тут была ни при чем.
– Пусть будет по-твоему… – повторила она ту же фразу. И посмотрела на Граева взглядом, заставившим заподозрить в этих словах второй смысл. – Кстати, я не говорила тебе… Может, это как-то поможет… Я подписала опознание, но… Михаила я узнала не сразу… даже подумала – не он. Черты лица, каждая в отдельности – его, а все вместе… странное какое-то впечатление. И волосы исчезли… Мне сказали, что дактилоскопическая карта совпадает. Да и на теле родинки характерные – он, конечно, он. И все-таки… Павел, у него никогда не было старых, давно заживших пулевых отметин! Уж я бы знала! Не бывал он в горячих точках, он и в армии толком не служил – два месяца сборов после института… Это может тебе помочь?
– Может, – сказал Граев, но сам подумал, что помочь это может лишь теориям Марина.
Он закусил губу и решил еще раз поговорить с доктором, попытаться выковырять рациональное зерно из его фантазий…
Поднялся с жалобно пискнувшего диванчика.
– Я пойду? Машина ждет…
Она тоже поднялась и сделала шаг к нему, улыбнулась и сказала другим тоном:
– Ну-у-у, Павел… Какая же я хозяйка, если отпущу тебя, не напоив хотя бы кофе?
И неожиданно сказала, подняв руку и коснувшись его жестких волос:
– Тебе, наверное, часто говорили, что ты похож на зверя? В Михаиле тоже было что-то такое…
– Не боишься, что укушу? – спросил Граев.
Через полчаса он спускался по лестнице и размышлял о причине, заставившей проигнорировать довольно ясные намеки: Саша? То, что Катя его нанимательница? Еще что-то? Но долго думать об этом не пришлось. Едва Граев сел в машину – судьба, как ехидный экзаменатор, подкинула ему новую задачку.
Глашатаем судьбы оказался Миша, шофер и тезка покойного Колыванова.
– Ничего квартирка, а? Красота… – В голосе Миши звучало восхищение с ноткой зависти. Недаром та тетка так уперлась всеми четырьмя копытами, уезжать не хотела…
– Какая тетка? – мгновенно насторожился Граев.
– Ну, была тут одна мымра, когда коммуналку расселяли. Не хочу, говорит, никуда переезжать, тут родители мои умерли, и дед с бабкой, и я умру тут же… Ну, Потапов, который до Воронина был, взял ее в оборот – мигом умирать тут раздумала, поехала в однокомнатную как миленькая… Да и то сказать, эти бабки, он ж как племя особое, им не жизнь без коммунальных скандалов, да и вообще в компа…
Миша осекся на полуслове и отшатнулся – взгляд резко повернувшегося к нему Граева был страшен.
– Почему. Мне. Это. Никто. Не сказал. – Падающими в напряженной тишине словами Граева можно было мостить улицу, как булыжниками.
– Ну, так ведь это… – забормотал испуганный Миша, – давно же было, чуть не три года назад, да и не встречался с ней никогда шеф лично, все Потапов делал… Да и кто она такая против хозяина была? Шваль подзаборная, лаборантка вшивая, пробирки за доцентами-кандидатами подмывала…
Граев скрипнул зубами:
– В какой лаборатории? Какого профиля?
– Да откуда мне-то знать? Краем уха от Потапова слышал…
После короткого раздумья Граев скомандовал:
– Доедешь до ближайшего хозяйственного магазина. Купишь штыковую лопату. Хорошую – тебе же ею и работать.
Увидел, как округлились глаза и поползла вниз челюсть Миши, досадливо поморщился. Сказал как можно мягче:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
