ты просто собираешься оставить его здесь?
- Да. Компетентные источники доложили мне, что О-Кагачи придет за ним, как только поймет, где он находится.
- Он уничтожит Минамо, - сказала Рико.
Тоши нетерпеливо фыркнул. – Ему лучше поторопиться, если он планирует это сдеать, потому что Хидецугу после себя мало что оставит. – Он повернулся к остальным. – Кто хочет уйти отсюда прежде, чем это произойдет?
* * * * *
Одного за другим, Тоши перетащил принцессу и ее друзей подальше от смертельной ловушки, в которую превратилась Минамо. По просьбе Жемчужного-Уха он перенес их на окраину дикой деревни кицунэ в Восточном Дзюкай.
Они чувствовали облегчение от того, что теперь они были в безопасности, но их облегчение не могло сравниться с его собственным. Последние несколько ходок он провел в ледяном поту, ожидая в любой момент увидеть бестелесные челюсти или золотистые змеиные головы размером в гору. Или еще хуже, его мог заметить Хидецугу, который бы настоял на том, чтобы Тоши присоединился к кровавой мести, которую он исполнял в Минамо. Оно почти стоило того, чтобы увидеть, как Хидецугу расколет Мочи, словно большую синюю сосульку, но Тоши все же воздержался.
Мы все благодарим тебя, очимуша, - поклонилась Жемчужное-Ухо. – Ты совершил большой шаг к завоеванию нашего доверия.
- Но не моего, - отозвался Острое-Ухо. - Я все еще ненавижу тебя.
- Надо было оставить его там, - пробормотал Тоши. Он поклонился Жемчужному-Уху в ответ и сказал, - Благодарю Вас, Леди. Я сильно изменился с тех пор, как встретил Вас, и думаю, что это к лучшему.
Рядом с ним Острое-Ухо издал грубый звук.
Жемчужное-Ухо почтительно проигнорировала своего брата и обратилась к Тоши. – Что ты намерен делать теперь?
- У меня все еще остались неотложные дела.
Жемчужное-Ухо понизила голос. – Мочи?
Тоши кивнул. – Я не верю, что он был столь беспомощен, каким казался. Возможно, мне удалось, сначала, застать его врасплох, но с тем же успехом он мог выжидать, чтобы посмотреть, что я сделаю, чтобы он затем мог этим воспользоваться. – Он усмехнулся. – В любом случае, не думаю, что он ожидал, что я брошу сокровище Даймё ему на колени.
- Вероятно, не ожидал. Разве не опасно было вот так просто оставить диск с ним?
- Может быть, но мне он не нужен, и я не хотел, чтобы он был у Конды. Эта штука притягивает неприятности.
- Как думаешь, что из этого выйдет?
- О, уверен, что кто-нибудь к нему прилипнет. Мир полон глупцов. Со временем О-Кагачи отыщет его, убьет любого, у кого он будет, и все. – Он подмигнул. – Когда и где бы это ни случилось, я собираюсь находиться в другом месте.
Жемчужное-Ухо несколько мгновений наблюдала за ним. – Не желаешь дружеский совет, Тоши?
- Мм?
- Тебе стоит меньше отгораживаться от людей и дерзить. Когда ты говоришь, всегда кажется, что ты что-то задумал.
Очимуша уверенно кивнул. – Я буду работать над этим, Леди. Благодарю Вас.
* * * * *
Спустя несколько часов, Тоши сидел в пещере у потрескивающего костра. Это была его пещера, найденная несколько лет назад и укомплектованная достаточным количеством провизии, чтобы продержаться в ней месяц. Не так давно, он привез сюда Мичико, после того, как спас ее от змеиного народа. Именно здесь он первый раз столкнулся с Мочи. Именно здесь он впервые принял Мёдзин Объятий Ночи.
Тоши был раздет по пояс. Он сидел и помешивал рагу в котелке над огнем. Знаки канджи на его запястьях, руках и лбу были заметны, и неприятно чесались. Тоши все еще был новичком в духовной практике, но он мог узнать ясный знак, когда видел его. Что-то направлялось сюда; кто-то еще не разобрался с ним до конца.
Естественно, давление вокруг понизилось, и тонкая линия черной нитью проползла через середину пещеры на уровне глаз. Нить направилась обратно и вернулась к начальной точке. Она продолжала блуждать взад и вперед, увеличивая скорость, пока не выткала плотную черную пелену поперек пещеры.
Тощие руки раскрылись над полотном и десятки летающих ладоней замерцали вокруг. Чистая белая точка образовалась в центре пелены, расширяясь и превращаясь в белую маску утонченного женского лица.
Мёдзин Объятий Ночи парила перед Тоши, терпеливая, как камень.
- Привет, - сказал он, продолжая помешивать рагу.
Пришло время, мой служитель. Ты готов?
- Готов. Но, сперва… ты твердо уверена, что это необходимо?
Да. Твоя верность изменчива и не тверда. Я бы хотела, чтобы ты упростил свое запутанное положение и прояснил свою преданность мне.
- Я твой покорный слуга.
Слуга, возможно, но вовсе не покорный. Можешь начинать, когда будешь готов.
Тоши оставил ложку в котелке. Все еще не глядя на мёдзин, он потер свое левое запястье. Он взглянул на огонь, сквозь его пламя, и далеко за его пределы. Затем он снял котелок, поставил его на землю и сполз вниз, встав на колени.
Его рука поднялась к канджи на предплечье. Он закрыл глаза и растворился в воздухе. Все еще стоя в той же позе, Тоши протянул левую руку в огонь. Он провернул запястье так, чтобы тыльная сторона ладони была прямо над пламенем. Медленно, очень медленно, Тоши начал проявляться и становиться плотным.
Он натирал татуировку хёдзан на руке особыми маслами и экстрактами несколько часов, тихо произнося слова заклинания. Он был уже достаточно материален, чтобы обжечься об огонь, но пламя ласкало его руку, вместо того, чтобы поглотить ее. Языки костра обтекали его кожу, не касаясь ее.
Тоши перестал проявляться и начал исчезать снова. Он все еще видел свою руку в огне, но пламя беспрепятственно проходило сквозь нее. Тоши подождал, пока один длинный язык пламени не заплясал равномерно сквозь центр его ладони. Он снова принялся повторять заклинание, и с мучительной точностью, медленно вынул руку из огня.
Татуировка хёдзан, словно зацепилась за длинный язык пламени. Тоши облегчил движение, но продолжил отводить руку из костра. Татуировка отделилась от кожи, отшелушившись от запястья, словно засохшая кровь.
Чистый, неотмеченный, и неопаленный, Тоши отвел руку в сторону. В потрескивающем огне, татуировка хёдзан развивалась, словно знамя на флагштоке. Знак загорелся, увял, и взмыл вверх, исчезнув в дыре в потолке, вместе с остальным дымом.
Отлично, мой служитель. Теперь мы можем начать серьезную работу.
Тоши взглянул на широкое черное полотно за белой маской. На нем он увидел видения, вспышки событий, которые происходили на
