кто-то пихнул, она выглянула из своих расчетов, перед ней стояла чашка, на блюдце лежал кусок вчерашнего пирога, Влад пододвинул ей сахарницу, а Славка, сидя напротив, глядел на нее задумчиво.
Эля взяла сахарницу, Славка протянул стакан с ложками и вдруг спросил:
– Эльвира Петровна, матушка, ты извини, но не могу, любопытно. Ты с Сережкой-то… того… Спишь? Как он?
Эля, даже не дернувшись, закатила глаза к потолку и промурлыкала:
– С какой целью интересуешься? Отбить хочешь?..
Но, вместо того чтобы одобрительно зафыркать, как это бывало обычно, когда Эля дергала Славку за слишком длинный нос, народ в комнате замер и даже, кажется, перестал дышать. Эля насторожилась и вдруг чуть не выронила ложку.
– Славка, – сказала она ошеломленно, – ты же про Микиного Серегу щас спросил? Про белобрысого?
В Славкиных глазах мелькнул ужас, он быстро поставил стакан с ложками на стол возле Элиного ноута и отодвинулся.
– Ну… Э-э…
– А я предупреждал, – прогудел Влад.
Эля отодвинула стул и встала, сжав ложку, как режущий инструмент. Славка отъехал от стола спиной вперед еще на полметра, видимо, радуясь, что стол между ними.
Эля оценила расстояние, общий расклад, заваленность стола ценной техникой и количество ценных же проводов на полу, решила, что обойдется устным внушением, и аккуратно положила ложку на стол.
– Славик, – сказала она мягко, – я понимаю, что вы в один сортир все ходите, всё уже успели посравнивать и у Сирожиддина, скорее всего, хуй длиннее твоего. Но за него же дадут больше, чем он весит. Что за идеи насчет ебать детей?
– Ну всем же интересно, почему он каждый день с тобой уезжает, – подал голос Петро. – Хотя мы версию про секс рассматривали в основном не всерьез.
Эля вздохнула и села.
Телефон тренькнул.
Личная мессага от Влада: «эля, побойся бога!!! у сережки длиннее, чем весь славка, но зачем же славке об этом принародно говорить? ему же жить дальше!»
– Прикиньте, – сказала Эля, – вот вы такие любите котиков. А у вас дружбан в больнице, а у дружбана в квартире остался дог. Во-от такой дожище. И вы такие: «Мама дорогая, придется нянчиться». Только он еще и говорящий…
«Нет, хрень какая-то», – подумала она про себя. Сирожиддин, конечно, та еще зверюга, но не собачка. Да и вообще надо разрядить обстановку.
Она сильно, широко потянулась и улыбнулась.
– Хотя, Слав, в чем-то ты прав. Ткни в календарь напомнить мне эту идею лет через десять.
Петро хрюкнул. Славка выдохнул и заметно попустился.
– А напомню.
– Забились. Главное, Сереге не говорите, когда приедет, а то еще передумает жениться.
– А он думает? – взволновались вокруг.
– А ты бы не думал на его месте? – промурлыкала Эля.
– Я бы не думал, – твердо сказал Влад, – я бы уже женился!
Короче, проржались и сменили тему.
Вскоре Эля заметила, как Петр что-то втолковывает Сирожиддину, тыкая пальцем в его ноутбук. Потом раз за разом оказывалось, что от конторских пицц отложено в одноразовую тарелку по куску «для младого», а переустанавливать проектор на потолке Сирожиддина позвали «как самого длинного в доступе». Он реально со стремянки доставал до потолка, а уж держать перфоратор Славка его научил в два счета.
– Видишь ли, – грустно говорит предок, – именно поэтому я тебя и не впускаю. Процедура копирования личности очень тяжелая. В чем-то это даже не копирование, а перенос. Большинство просто не переживает.
– Но его нашли возле дома! – говорю я, почти не слыша собственного голоса.
– Я… я удивлен, – говорит предок, и по его голосу кажется, что он не только удивлен, но и очень опечален, – я не думал… что его так надолго хватит. Вообще, я предполагал, что его зарежут шпики сразу на выходе отсюда, за ним же к этому времени постоянно таскался хвост.
– Нет. Он был цел, просто лежал на пороге мертвый.
– Спасибо, Уна, – говорит предок.
Я смотрю на него с недоумением.
– У меня не было этой информации, – поясняет предок. – А… твоя семья… Кого они винили?
– Дед вроде как считал, что отца магически допросили и бросили выпотрошенного, но кто конкретно? Кажется, при мне эту тему не обсуждали никогда.
– И не то чтобы он сильно ошибался, – бурчит предок.
– Но зачем ты это сделал?
Он смотрит на меня и молчит. Замирает. Я уже знаю, что это значит. Когда он перестает двигаться и превращается в статичную картинку, он думает. Иногда это происходит так быстро, что трудно заметить. Но сейчас я замечаю.
– Другого способа спасти и Мост, и вас не было, – говорит предок, – но это все прошлое. И все равно не помогло. Почти не помогло.
«Одно дело, когда у тебя отца убили враги, – думаю я, – а другое, когда он сам убился… Ради, блин, великой цели. Ну что ж, ладно, ладно, я что так, что так его не помню».
– Знаешь, – примирительно говорю я, – не так уж это и интересно. Проехали. Я вообще-то по другому поводу пришла.
Он почти не задерживается с реакцией, так, едва-едва меняется выражение глаз, и вот он весь показывает, как он меня слушает. Но обиделся. Надо было броситься бить его с криком «за папочку!»? Или лечь и зарыдать? Ну, последнее я всегда успею, а бежать в гневе туда, откуда люди выходят выпотрошенными на голову, – ой нет, спасибо.
– Давай лучше о том, куда ты меня отправил, – говорю я, – ты же видел, что там со мной было?
– Конечно, нет, – отвечает он, – я могу только предполагать. Это крайне низкотехнологичная местность. Я сделал тебе контур понимания языка и э-э… уместности, ну а дальше что ты на этой экскурсии встретила – то только твое.
– Экскурсии? – ахаю я.
– Низкотехнологичные общества жестоки, – пожимает предок плечами, – но тебя все там должны были воспринимать как свою, разве не так?
– Да так, – соглашаюсь я, – но…
– Рассказывай. Ты там что-то сделала, изменила реальность. Что именно?
– Сначала был тот парень… И две девушки. Ну как девушки, на вид мои ровесницы, но одна беременная. А другой парень был с той стороны, – начинаю я.
– С той стороны чего?
– Какая-то расселина. Не овраг, глубже. Шириной ярдов тридцать…
– Ты брось эти морские размеры. В метрах сколько?
– А. Ну… метров, наверное, двадцать пять. Много. А с тем парнем на той стороне – я так поняла, он брат этого парня и беременной девушки, – с ним были все остальные. В основном дети. И они все были очень испуганы.
– И?
– И… и у Цы, ну, у беременной, был лук. И там, на той стороне, лук тоже у одной женщины с малышом. И парни надрали лиан, пытались делать переправу, но им длины не хватало, а лианы хотя и крепкие, но вяжутся… так себе.
– И?
– Ну и я показала. Водяной узел, нормально взяло, мы со своей стороны сделали достаточно длинный конец, и тоненький линёк, чтобы к стреле привязать. И как привязать так, чтобы потом все втащить на нужную сторону. А потом я показала, как сделать страховку.
