расстреливающего из автомата половину мирных жителей российской деревни, нужно и можно снимать без устали. Это наша гордость! Пусть все узнают героя в лицо. А тыловым крысам на экране не место.
Михаил Ильич не скрывал, что делал «Обыкновенный фашизм» под влиянием Эйзенштейна, его немых фильмов «Октябрь» и «Броненосец „Потемкин“». Принципиальная разница заключалась в том, что Сергей Михайлович инсценировал исторические события. Ромм же подбирал соответствующий документальный материал, в основном хронику. Но ставил фильм, пользуясь приемами художественного кинематографа. Постепенно картина складывалась целиком.
М. Ромм и монтажер В. Кулагина во время работы над фильмом «Обыкновенный фашизм»
1964
[ГЦМК КП-1950/2]
Иногда сомневался. Создавал маленькие фокус-группы. Обращался к людям, чье мнение вызывало доверие. Хотелось проверить собственные ощущения. Услышать хулу, а не похвалу. Отзывы были и устные, и письменные. Польза огромная — Ромм обязательно прислушивался. После показа второй серии «Обыкновенного фашизма» 2 июля 1965 года известный публицист Эрнст Генри откликнулся многостраничным посланием с десятком замечаний:
Главная слабость на этой стадии, на мой взгляд — естественно, разрозненность или разрыхленность структуры, неслитность материала. Сырье еще не преобразовано в единое динамическое целое, как в 1-й серии. Переходы от одного к другому во 2-й серии еще не столь же органичны и последовательны… Глазу зрителя приходится самому перескакивать, вместо того, чтобы его направляли, не отпуская ни на минуту, ни на кадр. Во 2-й серии (в частности, в первой части) пока, кажется, больше комментариев, но меньше единой самоочевидной цели действий. Не сомневаюсь, что при дальнейшем отборе и шлифовке это устранится.
Завершается реестр Эрнста Генри словами:
Опять подымаю бунт против избиения абстракционистских младенцев. М. И., поверьте, это сразу ослабит фланг картины, откроет мишень, чтобы на картину напасть, а картина эта должна быть политически и морально неприступна![64]
В процессе съемок Михаил Ильич не раз убеждался в гениальности Эйзенштейна. Сергей Михайлович много лет назад говорил и писал о разнообразных кинематографических приемах, которые раньше было трудно освоить, сейчас же благодаря техническому прогрессу удалось. В частности, дело касалось «монтажа аттракционов». Так Эйзенштейн называл прием гиперболизации в отдельных эпизодах, позволяющий им вырваться из общего ряда мизансцен, привлечь к себе особое внимание зрителей. Эта теория помогла Ромму в работе над «Обыкновенным фашизмом». Режиссер разбил весь сценарий на 120 тем: крупные планы орущих «зиг хайль», крупные планы задумчивых, выступления Гитлера, Геббельса, парады на площадях, стадион, бегущая толпа, военный быт, Гинденбург, гитлерюгенд… По каждой теме подбирались самые впечатляющие материалы. Чередуя эпизоды высокой степени накала с менее напряженными, спокойными, постановщик добивался желаемого эффекта для всего фильма — не оставить зрителей равнодушными.
По утверждениям специалистов, существуют разные виды фашизма. Они отличаются один от другого идеологическими основаниями, имеют географическую специфику: немецкий фашизм, итальянский, греческий, испанский… У каждого свои оттенки, полутона.
Ромм не ставил перед собой задачу исследовать различия между этими видами. Скорее, вольно или невольно ему хотелось подчеркнуть их общность. Ведь общего у них гораздо больше. Ближе к нашим дням итальянец Умберто Эко в своем знаменитом эссе «Вечный фашизм», написанном в 1995 году как доклад на международном симпозиуме, посвященном юбилею освобождения Европы, классифицировал это гнусное явление по многим признакам. Писатель сформулировал его родовые черты (опора на консерватизм, неприятие просвещения, культ иррационального, эксплуатация ксенофобии, идея избранности, культ количества в ущерб качеству и т. д., всего 14 признаков). Однако в первую очередь фашизм для него является синонимом тоталитаризма.
Сквозная тема всего фильма — дети. Они рождаются чистыми, ласковыми, любознательными, со здоровыми инстинктами. Откуда же появляются взрослые вурдалаки? Где тот рубеж, когда люди превращаются в животных? А ведь превращались. Доказательств долго искать не приходилось.
В поисках материалов для фильма Ромм просматривал массу документов. Самое тяжелое впечатление произвели аккуратные пакетики с фотографиями, обнаруженные у погибших или пленных эсэсовцев. Каждый держал там снимки родных и близких: очаровательных детишек, нарядных жен, улыбающихся родителей. А рядом с ними лежали более свежие фотографии, на которых этот отец, муж и сын запечатлен с отрубленными головами в руках или на фоне виселицы с висящими там жертвами.
Премьера фильма состоялась 4 марта 1966 года в одном из крупнейших московских кинотеатров «Ударник».
Афиша фильма «Обыкновенный фашизм»
1965
[Из открытых источников]
Нельзя сказать, что все, восторженно ахнув, приняли публицистическую картину с распростертыми объятиями. Трудности возникали и на подготовительном периоде, и после окончания работы. Усмотрев в фильме критику советского строя, главный партийный идеолог Суслов распорядился изъять «Обыкновенный фашизм» из проката и при встрече задал режиссеру риторический вопрос: «Михаил Ильич, почему вы нас так не любите?» Неизвестно, что ответил ему деликатный Ромм.
Поскольку здесь рассказывается о документальном фильме, мне захотелось сопроводить эту главу не своим мнением, а отзывами зрителей, взятыми в данном случае из Интернета. Их невероятно много. Как правило, они написаны по горячим следам. Это заставляет лишний раз вспомнить о том, что первое впечатление — самое сильное. Следует учесть, что не все авторы уверенно владеют пером, не все оперируют искусствоведческими терминами, редактировать же их рука не поднимается. Зато всем им присуще одно драгоценное качество — искренность. У каждого есть страстное желание поделиться своими впечатлениями об увиденном. Совокупность подобных отзывов придает объемность зрительскому мнению о фильме. Наверное, Ромму такая подборка пришлась бы по душе, ведь он дорожил откликами публики:
Не помню, кто сказал, что история повторяется потому, что мы не можем усвоить ее уроки. Этот фильм помогает их усвоить, оказывая сильнейшее эмоциональное воздействие на зрителя.
Я его запомнил на всю жизнь. Когда упоминают нацизм, я вспоминаю кадры из фильма «Обыкновенный фашизм».
Михаил Качан[65]
Вне всякого сомнения, фильмы, подобные «Обыкновенному фашизму», снимать было абсолютно необходимо. Смотрю уже не в первый раз, и каждый раз — хорошее напоминание. Такие фильмы — прекрасный пример кропотливой работы над формированием правильных представлений о мире, политике, войне и человеке. Да, сделанные не без недостатков, но спасибо и за это.
К сожалению, страдая множеством замеченных мной минусов, картина также отчасти может быть названа и антисоветской, ибо взрослый гражданин СССР не мог не замечать в ней выпуклых аналогий с окружающей его повседневной действительностью.
Сергей Коноплев (ks95)
Может показаться смешным пение причудливых фигурок в конце фильма, если бы не авторский комментарий: вот это могло бы остаться от человечества (да и от Третьего рейха
