Лорд Кембридж в немом изумлении лишь покачал головой. Все оставалось по-прежнему. Эти двое, похоже, были так же пылко влюблены друг в друга, как и на Рождество. Однако Розамунда не стала женой графа Гленкирка и ясно дала понять, что в один прекрасный день они расстанутся. Том не мог не тревожиться за кузину, поскольку любил ее всем сердцем. Но эта странная любовь, что вспыхнула между нею и Патриком, достигла такого накала, что страшно было даже подумать о том, к чему приведет их разлука.
Королева соизволила проявить милость, празднуя маленькую победу над своей подругой. Она дала Розамунде полную свободу.
— Возвращайся домой и обними своих малюток, — сказала Маргарита Тюдор. — Твой граф служил нам верой и правдой, и вы достойны быть вместе. Но однажды я снова призову вас к себе. Да пребудет с тобой Господь, дорогая Розамунда!
Розамунда поцеловала королеве руку, сделала реверанс и поспешила удалиться. Вместе с Патриком она отправилась к королю.
Яков Стюарт с любопытством оглядел стоявших перед ним графа и его возлюбленную.
— Уже во второй раз ты являешься ко мне в час нужды, Патрик. Откликнешься ли ты, если я позову тебя снова?
Граф Гленкирк с достоинством кивнул:
— Ты — мой повелитель, Яков Стюарт, и хотя, будучи у тебя на службе, я потерял Жанет, мою горячо любимую дочь, я откликнусь на твой очередной призыв. Не думаю, что дом Стюартов принес много радости дому Лесли из Гленкирка, но я приеду, если ты снова призовешь Меня.
— Но если бы ты не явился на этот раз, Патрик, то не встретился бы и с леди Розамундой Болтон, — напомнил графу король.
— Да, это верно, — согласился Патрик.
— Итак, ты снова вернешься в Гленкирк? — спросил король.
— Нет. Я отправил сыну письмо с просьбой еще какое-то время самостоятельно править замком. А мне захотелось побывать в Англии. Я поеду с Розамундой во Фрайарсгейт.
— Значит, не миновать вам Клевенз-Карна, — лукаво заметил король.
— Мы не собираемся там задерживаться! — сердито ответила Розамунда.
Мужчины расхохотались, а затем крепко обнялись на прощание. Король галантно поцеловал Розамунде ручку, и она сделала глубокий реверанс.
— Ступайте с Богом! — напутствовал Патрика и Розамунду король.
Их уже ждал лорд Кембридж. Втроем они покинули замок и спустились в город, где в Хайгейте Том снимал небольшой домик.
— Это же надо: примчаться сломя голову в Эдинбург и даже не погостить при дворе! — ворчал он себе под нос. — Просто издевательство!
— Тебе же предложили остаться! — невинным голоском заметила Розамунда.
— Остаться без тебя? После стольких месяцев? Ни за что! — отрезал лорд Кембридж. — Ну, вот мы и пришли. — Он вытащил из кармана ключ, отпер дверь и пригласил гостей в дом. — Госпожа Макгрегор! — крикнул он. — Мы пришли!
В проеме длинного сумрачного коридора показалась миниатюрная худая женщина.
— Я не глухая, ваша милость! — ворчливым голосом произнесла она и только после этого сделала реверанс, приветствуя графа и Розамунду.
— Моя кузина желает немедленно принять ванну, — сообщил Том хозяйке.
— Вам придется сделать это на кухне, миледи, — проскрипела неумолимая миссис Макгрегор. — Ванна с горячей водой уже стоит там. Тут у нас некому таскаться с ведрами вверх-вниз по лестнице.
— Мне будет гораздо приятнее мыться прямо на кухне, перед горящим очагом, — примирительно ответила та. — Скоро сюда явятся мои слуги. Дермид справится с любой тяжелой работой, которую вы ему поручите, да и Энни, хотя и в положении, работящая и сильная девушка.
— От помощи я никогда не откажусь, миледи, — сказала миссис Макгрегор и милостиво улыбнулась.
— Энни в положении? — Том искоса глянул на кузину.
— Они с Дермидом поженились еще в марте, — коротко пояснила Розамунда. — Дай нам с Патриком привести себя в порядок, переодеться в чистое и как следует пообедать, и я расскажу тебе по порядку обо всем, что было в Сан-Лоренцо. Ах, как жаль, что ты не смог поехать с нами! Ты был бы просто в восторге. Теплая погода круглый год. Февраль — а город утопает в цветах. Честное слово, это немного похоже на рай на земле!
— Очень рад это слышать, — язвительно заметил Том.
Энни с Дермидом приехали на повозке. Их направили сюда прямо из замка, куда они обратились первым делом, добравшись из Лейта. Розамунда с помощью Энни вымылась в огромной дубовой ванне, а за ней и граф. Закутавшись в теплые халаты, они расположились в просторной комнате, служившей гостиной. Жаркое пламя в камине приятно согревало. Миссис Макгрегор подала обед, состоявший из отварной лососины с острым соусом, молодого зеленого горошка, свежего хлеба и сыра и большого количества темного эля. Отдохнув и наевшись, Патрик и Розамунда с готовностью рассказали Тому о своих приключениях в Сан-Лоренцо. Он ужасно веселился, когда услышал, как венецианский художник Паоло Лоредано умудрился тайком зарисовать их в обнаженном виде. А известие о том, что Ховард служит послом от короля Генриха, вызвало у него живейший интерес.
— Я отлично помню этого самого Ховарда. Скользкий тип, у которого честолюбие в десять раз превышает его жалкие способности. Он тебя узнал? — спросил Том, обращаясь к Розамунде.
— Да, узнал, — ответила она. — Но я воспользовалась тем, что мы никогда не были представлены друг другу, и заявила, что не знаю его. Таким, как он, вечно мерещатся злодейские ловушки и заговоры даже там, где их нет и в помине.
Том согласно кивнул и торопливо добавил:
— Теперь мне не терпится увидеть своими глазами твой портрет, моя милая. Он великолепен? Наверное, просто роскошен?
— Он грандиозен! — с чувством произнес граф Гленкирк. — Маэстро изобразил Розамунду среди родных гор, подсвеченных алым закатом, в облике защитницы Фрайарсгейта. Том, у нас действительно не найдется слов, чтобы передать всю красоту этой картины. Вам придется потерпеть, чтобы судить обо всем самому.
Когда Патрик с Розамундой смогли разделить ложе после нескольких томительных недель, он нежно прижал ее к груди и погладил по пышным золотисто-каштановым волосам. Они только что насладились близостью и теперь отдыхали, лежа в объятиях друг друга.
— Ты уже спишь? — спросил Патрик.
— Почти, — пробормотала в ответ Розамунда.
— Давай поскорее вернемся к тебе во Фрайарсгейт, Розамунда. Я устал от переездов.
— Обязательно, вот только дай мне хотя бы день, чтобы выспаться. Я хочу дать Тому возможность побыть при дворе, — проговорила Розамунда, подавляя зевок. — Я слишком устала, Патрик.
— Да, я готов дать тебе целых два дня, душа моя! — согласился граф и тут же мирно засопел. Розамунда уютно свернулась у него под боком и тоже заснула.
