В кадках росли цветы с широкими лепестками, среди них попадались и слезы Эдгли. Остре помещал цветы там, где ему хотелось. Срезать и уносить их, украшать ими комнаты и дома было излишеством. Но можно ли считать излишеством то, что их высаживают в центре города, где ими все любуются?
Она отвернулась, но ее биохрома продолжала ощущать красоту. Изобилие жизни вокруг отдавалось резонансом в груди Вивенны.
«Неудивительно, что они предпочитают жить так близко друг к другу, – подумала она, заметив, что цветы расположены по оттенкам и бледнеют по направлению к центру клумб. А если вы живете так скученно, то единственный способ любоваться природой – это взять ее к себе».
– Помогите! Пожар!
Вивенна резко развернулась, как и большинство людей на улице. Загорелось здание, рядом с которым стояли Тонк Фа и Парлин. Вивенна не стала глазеть на пожар, а повернулась к центру сада. Большинство находившихся там людей застыли, глядя на поднимающиеся в воздух клубы дыма.
Первый отвлекающий маневр.
Люди бросились на помощь, перебегая улицу и заставляя экипажи резко тормозить. В этот момент Чурбан шагнул вперед, двигаясь вместе с толпой, и ударил дубиной по ноге запряженной лошади. Вивенна не слышала, как сломалась кость, но видела, как животное упало, заржав от боли и перевернув экипаж, с крыши которого свалился сундук.
Экипаж принадлежал некоему Нанрове, верховному жрецу Наблюдателя Спокойствия. Информаторы Дента сообщили, что в экипаже будут перевозить ценности. Но даже если бы их там не оказалось, попавший в беду верховный жрец привлек бы всеобщее внимание. Сундук ударился о землю, разумеется, разбился, и из него посыпались золотые монеты.
Второй отвлекающий маневр.
Вивенна краем глаза заметила Золотце, стоявшую с другой стороны экипажа. Поймав ее взгляд, та кивнула. Пора уходить. Пока люди устремлялись либо к золоту, либо на пожар, Вивенна шла прочь. Дент должен вломиться в одну из лавок с бандой воров. Товары достанутся ворам. Вивенна просто хотела быть уверенной в том, что эти товары исчезнут.
По дороге к ней присоединились Золотце и Парлин. Вивенна изумилась тому, как отчаянно колотится ее сердце. Ведь почти ничего не произошло, никакой реальной опасности, никакой угрозы ей самой. Лишь пара «случайностей».
В этом и состоял план.
* * *
Прошло уже несколько часов, но Дент и Тонк Фа до сих пор не вернулись домой. Вивенна тихо сидела на новом стуле, сложив руки на коленях. Новая мебель была зеленой. Похоже, в Т’Телире не продавали коричневого.
– Который час? – негромко поинтересовалась Вивенна.
– Не знаю, – огрызнулась Золотце, которая стояла у окна и смотрела на улицу.
«Терпение, – сказала себе Вивенна. – Не ее вина, что она так резка. У нее же похитили дыхание».
– Разве им уже не пора вернуться? – спокойно спросила она.
Золотце пожала плечами:
– Может быть. Зависит от того, решили они переждать в убежище, пока все уляжется, или нет.
– Понимаю. Как по-твоему, сколько нам еще ждать?
– Сколько понадобится, – рявкнула Золотце. – Послушай, я тебе спасибо скажу, если ты не будешь со мной разговаривать.
Она снова отвернулась к окну.
Вивенна проглотила обиду, напомнив себе: «Терпение! Поставь себя на ее место. Так учат Пять Видений».
Она встала, тихо подошла к Золотцу и нерешительно положила руку ей на плечо. Золотце аж подскочила – само собой, лишенной дыхания было сложнее заметить, как кто-то приближается.
– Все в порядке, – сказала Вивенна. – Я понимаю.
– Понимаешь? – переспросила Золотце. – Понимаешь что?
– Они забрали твое дыхание. Они не имели права так ужасно поступить с тобой.
Она улыбнулась и пошла к лестнице.
Золотце расхохоталась, Вивенна остановилась и оглянулась.
– Ты думаешь, что понимаешь меня? – спросила наемница. – Да? Ты меня жалеешь, потому что я тусклая?
– Твои родители не должны были этого делать.
– Мои родители служили королю-богу, – бросила Золотце. – Мое дыхание досталось именно ему. Тебе не понять, насколько это великая честь.
Вивенна несколько секунд переваривала услышанное.
– Ты веришь в Радужные Тона?
– Конечно, верю. Я ведь халландренка.
– Но остальные...
– Тонк Фа из Пан-Каля, – пояснила Золотце. – И одним только Цветам ведомо откуда Дент. Но я из самого Т’Телира.
– Как ты можешь поклоняться так называемым богам? – спросила Вивенна. – После того, что они с тобой сделали?
– Что со мной сделали? Я же сказала, что я отдала дыхание по своей воле.
– Ты была ребенком!
– Мне было одиннадцать, и родители предоставили мне выбор. Я приняла верное решение. Мой отец занимался красками, но поскользнулся, упал и повредил спину. Он не мог работать, а у меня было пять братьев и сестер. Знаешь, каково это – смотреть, как твои братья и сестры голодают? За многие годы до этого мои родители продали свои дыхания и получили достаточно денег, чтобы начать дело. Я продала свое, и мы получили столько денег, что жили на них почти год!
– Душа бесценна, – сказала Вивенна. – Ты…
– Прекрати меня осуждать! – взорвалась Золотце. – Пусть тебя заберут Фантомы Калада! Я гордилась продажей дыхания. И до сих пор горжусь! В короле-боге живет часть меня. Благодаря мне он продолжает жить. Я – часть этого королевства, немногим выпадает такая честь.
Наемница покачала головой и отвернулась.
– Вот почему вы, идрисцы, нас раздражаете. Вы такие заносчивые, так уверены в своей правоте. Если б ваш бог попросил у тебя дыхание или дыхание твоего ребенка, что бы ты сделала? Вы отдаете детей в монахи, посвящая их жизнь служению, да? И считаете это доказательством веры. А при виде нашего служения богам вы кривите губы и кричите о богохульстве.
Вивенна открыла рот, но не смогла ничего сказать. Посвящать детей в монахи – это совсем другое…
– Мы приносим жертвы нашим богам, – продолжала Золотце, глядя в окно. – Но это не значит, что нами пользуются. На мою семью снизошла благодать за то, что мы сделали. Нам не только дали достаточно денег на еду, но и отец поправился, а через несколько лет смог снова открыть красильную мастерскую. Мои братья до сих пор в ней работают. Тебе не надо верить в мои чудеса. Можешь назвать их случайностями или совпадениями, если хочешь. Но не вздумай жалеть меня из-за моей веры. И не считай, что ты лучше просто потому, что веришь в другое.
Вивенна закрыла рот, спорить было бессмысленно. Золотце не нуждалась в ее сочувствии. Так что Вивенна вернулась к лестнице и поднялась наверх.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
