Зубная Фея моргнула и закусила губу. В небе над головой снова прошел раскат аплодисментов.
— Кажется, дождь начинается! — воскликнула кроха, и тут хлынуло. Круглые цирковые метки посыпались настоящим ливнем. Она едва успела залететь под столик.
Белые картонные кругляши с изображением красной спирали сыпались со всех сторон, сталкиваясь и издавая шуршание. Постепенно все пространство кругом начало зарастать холмами, наваленными из цирковых меток.
Зубная Фея глядела на них и думала. Все ее мысли были о странных словах этого… кого?.. она уже не помнила. Да и сами слова постепенно стерлись из памяти.
Кажется, ей говорили что-то о «Карамболе» и о снах, а еще об уколах. Зубная Фея поежилась — она не любила уколы. С недавнего времени у нее они ассоциировались с холодными пальцами, пронзительным взглядом черных глаз и запахом кофе с корицей… Уколы…
Она подняла руку и занесла ее за голову, пальцы коснулись затылка и поползли ниже. Она уже почти-почти нащупала что-то на шее, когда…
— Эй! — прозвучало откуда-то сверху. — Что это ты там делаешь, милая?
— Прячусь от дождя, — ответила Зубная Фея, опустив руку.
Пара холмов из цирковых меток разъехались в стороны, отодвинутые чьими-то руками, и под стол забралась голова рыжей клоунессы.
— Дождь закончился, вылезай, милая!
Голова уползла обратно, и Зубная Фея, взмыв в воздух, вылетела из-под стола.
Тетушка Бетти в нетерпении притопывала ногой.
— Твой выход, милая. Пора показать нашим дорогим зрителям гвоздь программы.
Зубная Фея засмеялась.
— Я никак не могу дождаться!
Тетушка Бетти наделила ее подозрительным взглядом.
— Тебя ведь не сбили с толку слова этого ворчуна? — спросила она.
— Какого ворчуна? — непонимающе глянула на нее Зубная Фея.
— Вот и замечательно! — хмыкнула клоунесса. — Скорее, милая, все уже заждались!
Она ткнула рукой в сторону головы клоуна, и Зубная Фея ринулась вперед, рассыпая за собой серебристую пыльцу. Кроха не оборачивалась, и поэтому не увидела, как исказилось лицо Тетушки Бетти, как показались заточенные клыки, а глаза клоунессы налились кровью.
Тетушка Бетти алчно потерла руки и пошагала следом за своей последней артисткой.
Зубная Фея подлетела к разверстому рту клоунской головы и замерла рядом с ним. В проеме клубилась тьма.
— Мой номер! — застрекотала маленькая циркачка. — Я так долго репетировала! Мой номер поразит их! У меня все получится! Здесь не бывает невозможного!
Перекувыркнувшись в воздухе, Зубная Фея подавила в себе волнение и ринулась прямо в громадный клоунский рот. Чернота поглотила ее. А затем губы сомкнулись, проход закрылся, а челюсти заходили ходуном, жуя и пережевывая.
* * *
— Алле-оп! — взвизгнул толстый рыжий клоун.
Зубная Фея падала из-под купола цирка, стремительно приближаясь к засыпанному телами циркачей манежу…
В какой-то момент, прямо посреди своего номера, она взлетела на мостки, спрятала крылья в кофр-ранец, а затем, не снимая с губ улыбки, просто сиганула вниз.
Падение сопровождала барабанная дробь, звучащая из развешанных по залу раструбов.
Бетти Грю глядел на мстительницу в маске, не моргая. Он до сих пор не мог поверить в то, что его шоу увенчалось выступлением той, от одного имени которой вся грязь из-под ногтей этого города начинает трястись в страхе. Той, которую полиция объявила вне закона. Той, которая то и дело появляется на передовице «Сплетни».
И вот она — здесь! Исполняет все, что он ей велел. С момента своего появления на манеже Зубная Фея демонстрировала чудеса ловкости и грации: она пикировала и кувыркалась в воздухе, выписывала различные фигуры и маневры пилотажа, проносилась над рядами кресел и взмывала под самый купол.
Это было восхитительно! Великолепно!
Бетти Грю жалел лишь о том, что не догадался распродать билеты на представление. Ох, каков вышел бы вечер! Ни одного пустого места не осталось бы — и партер, и ложи были бы забиты как преступниками различных мастей, так и полицейскими из Дома-с-синей-крышей. Публика отложила бы на время свары — еще бы, ведь все они одинаково ненавидят Зубную Фею!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ох… ох… ох…
Никто не остался бы равнодушным, глядя на то, как она здесь дергается, как она делает все, что ей велено! Послушно! Беспрекословно! Великолепная марионетка в его пальцах!.. Смертельно опасная и беспомощная одновременно…
Футах в десяти от манежа, когда уже казалось, что Зубная Фея непременно разобьется, она рванула рычаги манипуляторов, и вырвавшиеся из кофр-ранца механические крылья подхватили ее. Мстительница в маске взмыла вверх. Трюк удался!..
…Трюк удался! Кроха-фея, жужжа, летала в кромешной темноте над залом, и с ее стрекозьих крылышек вниз сыпалась серебристая светящаяся пыльца. Сотни потрясенно расширенных глаз следили за каждым ее движением. Крошечная фигурка Феи отражалась в поблескивающих линзах биноклей. Она ощущала восторг, который испытывали зрители, — прежде они не видели ничего подобного! Они знали, что все это взаправду, что тут нет никакого фокуса или обмана. Здесь была она — настоящая! Фея прямиком из сказок!
Облетев зрительский зал, кроха-фея замерла в воздухе над манежем и хлопнула в ладоши. В тот же миг плавно опускавшаяся на людей пыльца заколыхалась. Серебристые волны, парящие в воздухе, превратились в сотни, тысячи стрекоз, и те ринулись к своей хозяйке. Всего за миг она исчезла в колышущемся сверкающем облаке. А потом стая принялась вырисовывать под куполом фигуры, собираясь вместе, клубясь и меняя очертания — становясь то громадным слоном, то пароходам, исторгающим клубы дыма из труб, то осьминогом, изгибающим щупальца…
Бетти Грю восторженно зааплодировал, на миг позабыв, что это именно он придумал весь номер.
Спохватившись, он зажег длинную негасимую спичку и, высоко подняв ее над головой, ринулся по барьеру цирковой арены, поджигая установленные на нем кольца. Когда-то через них прыгали дрессированные блохи Мариетты Лакур, но сегодня эти кольца предназначены для другого укрощенного зверя.
Вскоре все двенадцать колец по периметру манежа загорелись.
— Дамы и господа! — заголосил клоун. — Наш номер продолжается! Сможет ли Зубная Фея пролететь через все кольца, не опалив перышки, или поджарится, как дохлая утка? Сейчас мы это узнаем!
Зубная Фея толкнула манипуляторы и ринулась вперед. Бетти Грю едва успел отскочить в сторону. За мгновение до столкновения с первым кольцом мстительница спрятала крылья и пролетела сквозь огонь.
— Ах! — забывшись от восторга, выдохнул клоун.
На мгновение раскрыв крылья и так же стремительно их закрыв, Зубная Фея пролетела сквозь второе кольцо. Все то же повторилось и с остальными. Но вот последнее…
…Последнее колечко было у́же остальных, но кроха-фея с легкостью в него залезла — конечно, ведь она была ростом всего лишь с пальчик. Выставив перед собой руки, малышка толкнула невидимую пленку и легонько качнулась — в тот же миг из кольца вырвался мыльный пузырь. Крошечная циркачка сидела внутри. Из прочих колец начали также вылетать мыльные пузыри, и вскоре ими наполнился весь зал.
Тетушка Бетти пропела в большое резиновое ухо, которое она держала перед собой на ниточке:
— Аплодисменты нашей великолепной Зубной Фее!
— Аплодисменты нашей великолепной Зубной Фее! — пророкотал Бетти Грю, прыгая по манежу и лихорадочно хлопая в ладоши. — Даже я на миг решил, что ей не удастся пролететь в последнее кольцо! Но Зубная Фея умеет удивлять! А теперь… Дамы и господа! Вас ждет финальный трюк! То, чего еще никто в Габене не видел! То, чего в этом городе ждали все без исключения! Смертельно! Опасный! Номер!
Зубная Фея приземлилась в центре манежа и, спрятав крылья, положила ладонь на рукоятку пистолета-«москита», покоящегося в кобуре на бедре.
— Дамы и господа, только этой ночью! Только на манеже нашего цирка! Зубная Фея совершит убийство!
