Эпилог
— Затягивай сильнее! — кричу я, не на шутку начиная переживать, а по размеру ли мне вообще это свадебное платье. — Ты на бирку хоть смотрел в магазине?
— Я не смотрю на ценники, ты же знаешь, — хмыкнул Антон, не успев толком нацепить бабочку на рубашку под черным смокингом. — И не буду я сильнее затягивать!
— Да почему, господи. Малышке от этого хуже не будет! — пытаться переубедить Антона было таким же полезным занятием, как кидать горох в стену, — глупая затея.
Я была уже на пятом месяце беременности нашей дочкой. Хоть и большого живота не было, он всё равно немного выпирал из-под плотной ткани белого платья. Но это лишь полбеды.
С тех пор, как Антон узнал о второй беременности, ему будто снесло крышу. Он банально не разрешал мне брать любые сумки, а ещё уходить одной далеко от дома, есть экстремальную еду, хотя для него даже стандартная китайская лапша с перцем считалась чуть ли ни ядом в чистом виде. Любимый отвозил меня везде лично, сопровождал на всех встречах. Мне даже пришлось уволить нашего водителя, ведь он остался без работы. Конечно, это было очень приятно, но иногда его забота переходила все границы
— Я сказал: достаточно, — пригрозил он мне пальцем, пусть и прекрасно знал, что я с легкостью могла его откусить. — Софии Антоновне не очень-то и удобно сидеть под этим твоим корсетом.
— Вообще-то Вере, — я шутливо толкнула его в бок. — Мы об этом уже разговаривали.
Мой будущий муж осел на пол, стоя на коленях у моих ног, и нежно поцеловал живот прямо в центр, поглаживая со стороны:
— София, доча, скажи маме, чтобы не называла тебя какой-то Верой. Мы ведь с тобой уже все решили!
Сзади из комнаты выбежал слегка сонный Кирюша. Как бы мы ни пытались его поднять на нашу собственную свадьбу, где он должен был раскидывать лепестки белых роз, вчерашние мультики оказались достаточно соблазнительными для маленького хитрюги. Он подбежал к папе со спины, обнимая со спины.
— Мой герой уже проснулся? — Антон защекотал сына, отчего комната залилась искренним детским смехом. Легкое движение где-то внутри меня отдалось приятным импульсом по всему телу. Малышка пиналась, а я была готова разрыдаться прямо там от счастья.
— Пока вы тут с ума сходите, малышка внутри бунтует, — усмехнулась я, растягиваясь в блаженной улыбке.
— М-мам, нам сколо выходить на улицу? — Кирюша с трудом выговаривал некоторые буквы, но я уже позаботилась и нашла логопеда.
— Скоро, сынок. Если успеешь одеться сам, я дам тебе шоколадку, — при едином упоминании он ускольнул из комнаты, а я рассмеялась. — Только смотри, чтоб без помощи папы!
—Холосо! — раздалось из соседней комнаты.
С момента того, как Антон сделал мне предложение, прошел год. Мой бизнес процветал, и с каждым новым днем активы росли со стабильной скоростью. Мы даже стали с ним бизнес-партнерами. Иногда я работала слишком много, и Антон практически заставил меня найти ассистента до тех пор, пока я не рожу абсолютно здоровую дочь.
У мужа в бизнесе без происшествий: несколько новых филиалов, мировые сотрудничества. Мы купили большой загородный дом и наконец уехали из суетливой Москвы в отдельное гнездишко. Со Светой вопрос решился так же быстро, ведь у них с Антоном не было ничего общего, кроме каких-то давних воспоминаний. Они развелись тихо и мирно, а после собрала вещи и укатила с Глебом на черное море, где-то около Болгарии.
После доходчивого разговора с Антоном Глеб перестал возникать на горизонте и наконец оставил нас в покое.
Генетический тест я так и не провела: одного взгляда на Кирилла было достаточно, чтобы безошибочно определить, кто его отец. Такие же уши, глаза, форма носа. Казалось, я родила его маленькую копию.
Терапия у психотерапевта, которую еще несколько месяцев назад начал Антон, подошла к концу. Некоторые моменты дя него остались затруднительными, но я поддерживала, убеждая в том, что абсолютно все поправимо. Он... начал сиять, сумел полюбить, и когда смотрел на меня с сыном, я видела это во всей красе. Антон расцветал на глазах, с каждым днем становясь более понимающим, более... родным.
— Милая, до приезда гостей и начала церемонии осталось полчаса.
— Это ужасная новость, Антон, ты же знаешь, — обреченно промычала я, рыская по дому в поисках чулок и диадеммы. — А ты вместо злорадства лучше бы нашел пиджак!
— Я не злорадствую, просто не паникую. И тебе не дам.
Сборы проходили весело, хоть и волнительно, в семейном кругу. Предстоящая свадьба на открытом воздухе в Подмосковье, посреди леса, рядом с огромным озером и прекрасно оборудованным залом, под голубое небо, с небольшим количеством гостей. — мечта, о которой я только и я могла говорить Антону. А он уже воплотил ее в жизнь.
Только самые близкие, кому мы доверяли наше счастье. В день свадьбы все собрались, чтобы поздравить нас с таким важным днем. Все были одеты в белые наряды, я в длинное платье и белые босоножки. На улице было солнечно, а погода шептала нам о том, что наша свадьба будет прекрасна.
— Ты сегодня самый красивый, — нежно, мягко поцеловала его в щеку, поправляя бабочку. — Самый лучший.
— А ты не только сегодня, Загорская. Ты великолепна всегда.
— Уже Загребина, дурак, — я с шуткой ударила его, на что он театрально отвернулся.
Мы с мужем стояли напротив друг друга, держа за руки наших родителей, и ждали, пока нас обвенчают. Позади нас стояли наши друзья и родные. Заиграл вальс. Мы повернулись спиной к друг другу, и вышли в центр зала, где уже стоял священник, готовый приступить к обряду. Я закрыла глаза, приготовившись к тому, что сейчас начнется. Открыв их, я увидела мужа, который смотрел на меня с такой нежностью, что мое сердце бешено забилось, а во рту пересохло.
— Подумать только, — шептала ему на ухо, пока он бесстыдно клал руку на мое бедро. — Скажи, что это не сон.
— А если сон? — ухмылнулся муж, зажимая ягодицу так незаметно от посторонних глаз.
— Если сон, то я не хочу просыпаться.
