Кашкин
Некоторое время мы совсем не обращали внимания на происходящее вокруг. Я по причине временного помутнения сознания, а чертовушка доказывала мне, что не является монстром. Что-то верещал вконец сбрендивший Пахан, стали подниматься остатки верных нукеров, которые не сбежали при появлении зверюки, а потеряли сознание.
Вновь появилось чудовище, но на сей раз чертовушка была рядом со мной.
- Видишь? Вот Чучундрик, а вот я - Лялечка. - Она повернулась к монстру и тоном строгой воспитательницы разрешила. - Можешь немножко погулять тут, поиграться. Только, смотри в рот никого не бери - кака. И в ручки тоже. Испачкаешься. И ножками не топчи, вляпаешься. - Затем вновь обратилась ко мне. - Пусть развеется тут чуть-чуть. А то ему скучно там одному. И что же мы с Паханом будем делать?
Я уже практически полностью пришел в себя. Как ни странно, но само появление чудовища меня не испугало, разве что только в самый первый момент. А, вот, мысль о том, что монстр - это Лялечка, привела в панический ужас, чуть не лишивший меня рассудка. Теперь же, убедившись, что это не так, я успокоился и наконец-то огляделся.
С Паханом произошла разительная перемена. Из глаз пропало безумство, которое сменили ужас, удивление, усталость.
- Ты пока с дядечкой разбирайся, а я Чучундрика подальше отведу. А то от его вида у генсека память работать лучше начинает. Видишь, про гороскоп вспомнил. А вдруг у него из памяти всплывет, что он в прошлой жизни курицей был и начнет что-нибудь откладывать? А заодно и дядек нехороших, которые убежать не успели, а сразу попадали допугивать будем.
Я неторопливо подошел к генсеку. Передо мной сидел Кашкин, потерянный и разбитый.
- Андрей? - Взгляд приобрел некую осмысленность, бывший замполит признал своего соседа по лестничной клетке. - А я, вот, тут правлю...
- Вижу. - Желание раздавить эту гниду голыми руками пропало напрочь. И не только голыми. Кругом валялось достаточно брошенного оружия. Жалости к нему я не испытывал, ни грамма. Надо было что-то делать, но я не знал что.
Вдруг он резко встрепенулся, наверное, от внезапной догадки.
- А как ты-то в этом мире очутился?
- Да уж не на такси приехал. Переместили. И, между прочим, из-за тебя.
- Кто?!
- Догадайся. - Я не стал вдаваться в подробности своих взаимоотношений с дьяволом.
- Неужто, сам..., - слова застряли в глотке, и я не услышал, кого имел в виду Кашкин.
Но, тем не менее, разочаровывать я его не стал и утвердительно кивнул головой. Пахан бухнулся на колени и принялся попеременно то квадратиться, то креститься, возведя очи к воображаемому небу и беззвучно шевеля губами.
Вот, оказывается, за чьего посланца он меня принял. Пусть. Самозванцем я себя не считал ни в коей мере. Самозванец, это когда сам называется. А если с кем-то путают - ничего страшного. Лишь бы польза от этого была. Да и устранение Пахана - дело богоугодное. Так что Кашкин не так уж и далек от истины, как это может показаться на первый взгляд, хотя сам Господь к моему появлению в этом мире не имеет никакого отношения.
Бессловесная молитва длилась пару минут, затем Пахан медленно поднялся с колен и вновь обратил свой взор на меня.
- Что теперь со мной будет?
- Ничего хорошего. Не мне решать. На все воля божья. - Я произнес последнюю фразу специально для того, чтобы сосед еще больше окреп в своем убеждении насчет моего могущественного спонсора. - Я здесь для того, чтобы помочь тебе устранить то, что ты тут напортачил.
- А почему же в течение стольких лет мне все позволялось, почему меня не остановили в самом начале?
- Пути Господни неисповедимы, - я сначала решил отделаться еще одной расхожей фразой, но, подумав мгновение, добавил, - там надеялись, что ты одумаешься, раскаешься.
- А видишь, что получилось. Я-то уже сам поверил, что являюсь... богом..., - последнее слово он выдохнул едва уловимым шепотом.
- Ну, ты загнул.
- А что? Тысячу лет я не старею, не меняюсь...
- Это из-за разноскоростного течения времени в мирах. Так что не обольщайся. Любой человек из нашего мира будет здесь таким же долгожителем. И не только человек. Даже насекомые, которым у нас отмеряно существовать всего несколько часов, тут проживут столетия. Не ломай над этим голову. Лучше думай как лучше исправить то, что ты здесь набедокурил.
- Я не понимаю, что требуется исправлять? На мой взгляд все нормально, отлажено, все под контролем...
- А те, кто меня прислали, придерживаются иного мнения. И не будем больше препираться. Я здесь не для этого. Поможешь, облегчишь свою участь, а нет, так и не надо, сам управлюсь.
- Я помогу, - Пахан тут же испуганно пошел на попятную, - что требуется сделать?
- Развалить твою подконтрольную и отлаженную систему.
- Без меня она сама развалится, - не без сожаления вздохнул Кашкин, твердая рука здесь нужна. А так лет сто еще по инерции пожгут друг друга, повоюют и угомонятся.
- Вот этого-то и нельзя допустить. Когда узнают, что святой престол вакантен, думаешь, не найдется претендентов занять его?
- За этим, как раз, дело не станет. Плох тот папик, который не мечтает стать Паханом.
- Надо сделать так, чтобы в кратчайший срок все узнали, что отныне все будет по-другому. Никаких костров, никаких папиков. Разошлешь во все уголки послания, в которых сообщишь, что отрекаешься от всего, потому как заблуждался. Можешь сослаться на голос божий, наставивший тебя на путь истинный.
- Разве служение Господу - заблуждение?!
- Богу не служить надо, а верить в него. А ты вообще служил не богу, а дьяволу. Иначе меня бы здесь не было. Сообщишь, что покидаешь этот мир, услышав эти слова, Пахан вжал голову в плечи, - что приемника не оставляешь, потому что Паханат расформировывается, и всякий желающий занять твое место еретик. Не мне тебя учить, как народу в голову вбить правильные мысли. Так, начнешь писать послания, или на твою помощь рассчитывать не стоит?
Я постарался, чтобы мой последний вопрос прозвучал твердо и уверенно, показывая, что легко обойдусь и без содействия Пахана, и его сотрудничество больше всего нужно ему самому. Получилось. Кашкин поспешно согласился:
- Что ты, что ты, я же обещал помогать. Все будет исполнено наилучшим образом. И никаких посланий не потребуется. Дело в том, что как раз в эти дни я намечал провести внеочередной всемирный съезд, на котором хотел..., Пахан на секунду замялся, потом виновато и едва слышно выдохнул, - объявить себя богом...
Да, запросики у Кашкина еще те, куда там старухе со своим корытом. Что удумал? Мало ему было мирового господства. Интересно, как отреагировал бы настоящий Господь, не покинь он этот мир, если бы узнал о конкуренте?
- Так что, известить всех не составит большого труда, - более смело продолжил Пахан, когда удостоверился, что ничего с ним не произошло после произнесения роковых слов, - а о повестке я никогда заблаговременно не сообщаю, значит все решат, что именно ради этого я и собрал их.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
