— Так это тот младший брат, о котором вы мне говорили? И добавил, обратившись к нему:
— Да будет с тобой милость Божья, сын мой.
Потом он быстро покинул зал, ибо сердце его было взволновано при виде брата. Он удалился во внутреннее помещение и там плакал. После того он омыл лицо, взял себя в руки, вернулся и приказал:
— Накройте на стол!
Ему принесли египетскую еду, а братьям другую — ибо египтяне не могут есть вместе с евреями. Их пища для египтян мерзостна.
И так они оказались перед ним: первородный по своему первородству, младший по своему возрасту.
Иосиф же посылал им все новые и новые кушанья, также из числа тех, что подавали ему. Вениамину же досталось впятеро больше, чем другим. И пили они, и, разгорячившись от доброго вина, прославляли египетского царедворца на своем языке.
1. Центральное место в этом эпизоде занимает пир, который свел братьев в одном помещении, но оставил их ещё чуждыми друг другу и сидящими за разными столами. По вине братьев Иосиф перестал быть евреем, приняв обычаи чуждой им страны. И даже вино, которое наливалось из одного кувшина, только разгорячило их, но не разрушило разделявшую их преграду.
Развязка
Когда все были сыты и хмельны, вызвал Иосиф дворецкого и сказал ему: "Наполни мешки этих людей хлебом, сколько они смогут унести. И положи серебро каждого их них в отверстие его мешка. А в мешок младшего положи вместе с его серебром чашу мою серебряную.
Наутро братья и их ослы были отпущены.
Когда же братья вышли из города, Иосиф послал им вдогонку воинов, чтобы учинить обыск.
Удивились братья, при виде воинов, объявивших, что у их господина пропала дорогая серебряная чаша, и никто, кроме них, не мог её взять.
— Мы — честные люди! — возмущенно проговорил Рувим. — Никогда наша рука не поднималась на чужое. Можете нас обыскать. Если пропажа найдется, мы все станем рабами господина, а похитителя выдадим на казнь.
И совсем растерялись братья, когда чаша была извлечена из вещей Вениамина и воины схватили его, чтобы вернуть в Египет. Не решаясь оставить брата, они все пришли к Иосифу и, упав ниц, стали умолять даровать Вениамину жизнь. Но царедворец настаивал на том, чтобы виновный понес наказание. Тогда Иуда предложил себя в залог с тем, чтобы вернули Вениамина, ибо его смерти не вынесет престарелый отец.
Иосиф, с трудом сдерживая рыдания, приказал слугам и воинам удалиться и, оставшись с братьями наедине, открылся им:
— Я — Иосиф, брат ваш. Услышав это, братья настолько испугались, что онемели и не могли слова вымолвить. Иосиф пожалел их.
— Не терзайтесь, что продали меня сюда, — успокаивал он их. — Бог Авраама и Исаака не допустил бы моей погибели, зная, что вам будет угрожать голод. Остается ещё пять лет из числа тех семи, когда земля не будет родить. Идите к нашему отцу и передайте ему, чтобы он немедленно пришел и поселился в земле Гошэн [1], близ меня со всем, что имеет.
Фараон же распорядился, чтобы выделил Иосиф братьям колесницы для жен и детей их и дал пищу на дорогу. И дал им Иосиф колесницы, и путевой запас, и по перемене одежды каждому. Вениамину же — пять перемен одежд и в придачу триста сребреников. А отцу он отправил десять ослов, навьюченных лучшим из того, что производилось в Египте, и ещё десять ослиц, навьюченных зерном, хлебом и другими припасами.
1. Гошэн (Гесем) — земля в Нижнем Египте, на пути в страну Ханаан. Она примыкала к западному, Пелузийскому рукаву Нила.
В Египет
И отправился Иаков со всем, что ему принадлежало, в Египет. Пришел он в Бер-Шебу и принес там жертву Богу отца своего Исаака. И явился Бог Иакову в ночном видении, и сказал:
— Иаков! Иаков!
— Вот я! — отозвался Иаков. После этого он услышал:
— Я — Бог, Бог твоего отца. Не бойся идти в Египет. Я хочу сделать тебя там великим народом. Я поведу тебя в Египет и выведу тебя оттуда. Когда настанет время, Иосиф закроет твои глаза.
После этого Иаков покинул Бер-Шебу. Подняли сыновья Иакова отца своего, детей и жен на колесницы, посланные фараоном.
И взяли они скот свой и имущество свое, которое приобрели в стране Ханаан, и пришли в Египет. Всех душ, пришедших в Египет вместе с Иаковом, было шестьдесят шесть, Иосиф запряг свою колесницу и выехал навстречу отцу своему в Гошэн, и увидел его, и обнял его, и долго плакал, не отпуская.
Мешая слова со слезами, сказал он:
— Наконец мы вместе. Иаков же ответил:
— Увидев тебя, сын мой, я могу умереть.
— Теперь я пойду к фараону, — сказал Иосиф. — Объясню я ему, что отец мой и братья мои пришли ко мне вместе со своим скотом и всем, что у них есть.
Прием у фараона [1]
И принял фараон пятерых сыновей Иакова, которых выбрал для этого Иосиф, позволив им лицезреть себя во всем своем величии и великолепии. Иосиф стоял рядом со сверкающим золотом и драгоценными камнями троном, так что, склоняясь перед фараоном, братья склонялись и перед ним.
Когда посетители, ошеломленные царской роскошью, обрели слух и зрение, фараон милостиво вступил с ними в беседу, поинтересовавшись, чем они занимались у себя на родине.
— Мы — скотоводы [2], - ответили братья в один голос. — Мы и наши предки. Мы явились, чтобы поселиться в стране твоей, ибо нам, рабам твоим, негде пасти стада. В земле Ханаанской голод и бескормица.
Выслушав это, фараон повернулся к Иосифу:
— Вот видишь, явились отец твой и братья твои к тебе. Расстилается перед тобою вся земля Египетская [3]. Посели же отца и братьев на лучшем месте. Пусть они обитают в земле Гошэн. И, если ты найдешь, что между ними имеются способные люди, поставь их смотрителями над моими стадами.
После этих слов братья, низко кланяясь фараону, удалились, и Иосиф впустил своего отца и подвел его к трону.
— Сколько лет жизни твоей? — спросил фараон у старца.
— Лет моих странствия сто тридцать! — ответил Иаков. — Коротки они и суровы. Не достигли они лет жизни моего отца в днях его странствия.
После этого Иаков благословил фараона и покинул его. Иосиф же дал отцу своему, и братьям своим, и домочадцам собственное владение в Египетской земле, в лучшей части страны, как повелел фараон. Находились они на его содержании, получая хлеб по потребности.
1. Поселение семьи Иосифа в Египте должно было получить санкцию фараона, и тот согласился принять родню царедворца. Чтобы не ставить отца, не повинного в его бедствиях, наравне с братьями, продавшими его в рабство, Иосиф устроил отцу отдельную аудиенцию фараона. Иаков может не кланяться фараону и как человек почтенного возраста благословляет его. Интересен ответ Иакова на вопрос фараона о возрасте. Старец не просто называет число прожитых им лет, но говорит о жизни более суровой и краткой, чем у патриархов первого и второго поколений. В этом ответе сказывается вполне определенная концепция постепенного ухудшения жизни, которая в греческой мифологии отразилась в мифе о четырех возрастах человечества. Авраам — это золотой век, Исаак — серебряный, Иаков — бронзовый. Читатель и слушатель подготавливаются к тому, что худшее впереди.
2. На самом деле Иаков и его сыновья были пастухами овец, но Иосиф предупредил братьев, что пастухи овец для египтян мерзость. Поэтому братья назвали себя скотоводами. Также и в греческом мире имелось технологическое различие между пастухами, пасшими скот (быков и коров) и овец.
3. Перед нами формула, впервые появившаяся в рассказе о Лоте, когда перед ним открывается вся "иорданская земля" (Быт., 13: 10). Также и филистимлянин Авимелех в обращении к Аврааму: "Вот земля моя перед тобой" (Быт., 20: 13).
Иосиф и земельная реформа в Египте [1]
Между тем у египтян кончился хлеб. Голод усиливался. Разорена была земля Египетская, оскудела также и земля Ханаанская, кормившаяся египетским хлебом. Иосиф же собрал в уплату за хлеб из царских амбаров все серебро, какое имелось у подданных фараона, и внес его во дворец. И хотя в царских амбарах хлеб ещё не иссяк, народу было не на что его покупать.
Египтяне явились к Иосифу, чтобы сказать:
— Дай нам хлеб! Не умирать же нам от того, что у нас вышло серебро?!
— Вы будете жить, — сказал Иосиф, — если приведете ваш скот.
И привели египтяне своих лошадей [2], стада мелкого и крупного скота, а также ослов. За это открыл им Иосиф закрома на целый год.
По наступлении нового года явились египтяне к Иосифу и вновь попросили у него хлеба, объяснив, что у них не осталось ни серебра, ни скота, чтобы за него расплатиться.
— Не погибать же нам перед твоими глазами! — закончили они свой рассказ. — Возьми нас и земли наши за хлеб. Дай нам семян, чтобы вовсе не захирела земля Египетская.
И выкупил Иосиф всю землю, находившуюся во владении отдельных лиц, для фараона. С этого времени фараон стал обладателем всей земли в Египте. Но ему не принадлежали земли храмов, потому что жрецам за молитвы богам выдавались участки на кормление, которые запрещалось продавать.
