только для того, чтобы утешить сестру.
— Как жаль, что эти слова мы прочитали только сейчас, — сказала я, — прости, что была так жестока к тебе.
Сказала, чувствуя привкус слез.
— Нет, это ты прости меня, что не была рядом, когда ты так сильно во мне нуждалась.
После этих слов, я думаю, мы обе почувствовали лёгкость, словно мама и папа снова с нами. Они смотрели на нас и знали, что мы исполнили их последнюю волю.
— Фабия бы никогда не смогла найти клад, — сказала Маргарет. Она взяла меня за руку. — Ведь она никогда не понимала, что именно является настоящим сокровищем для наших родителей.
Я вспомнила разрушенный фонтан, снесенную дверь и половицы, разрезанные картины и испорченные зеркала. Какая глупость была думать, что это являлось ценностью для наших родителей.
Нет. Фабия была несчастной, если не понимала простых истин.
Я кинула взгляд на задумчивого Адриана и почувствовала тепло, радуясь, что он рядом. Что скоро выпишут Пэгги, а Маргарет уже наверняка мечтает, как снесет все последние платья с новых лавок. Именно это тепло внутри делало меня счастливой. Да, пожалуй, нам с Маргарет повезло намного больше, чем Фабии. Ведь мы понимали, что на самом деле является настоящим сокровищем в жизни каждого человека.
В то время как Фабия всю жизнь прожила с холодом и пустотой в сердце. Ведь заполнить эту брешь не сможет ни один клад.
В спальню родителей вошел Марк, он был бледным и уставшим. После вчерашней ночи я могла только жалеть жандарма. Ведь Адриан был весьма к нему несправедлив. Когда он скривился от вида гостя, я пообещала себе, что поговорю с Адрианом об этом. Марк не виноват, что Фабия оказалась настолько хитрой.
— Я думал, все жандармы покинули дом, — сказал Адриан, сощурившись.
— Думаю, Марк может остаться на правах друга, — не согласилась я. — Возможно, он пожелает отвара.
— Нет, я здесь по работе, — Марк выглядел виноватым. Однозначно разговор об обидах нужно было провести как можно скорее. И даже обратиться к Элизабет, думаю, она так же проведет разговор и со своим супругом.
— Что-то еще? — недовольно спросил Адриан.
— Мы нашли магические следы на твоем доме, — сказал Марк. — И эти следы не принадлежат ни Фабии, ни Льюису.
35
Адриан
Магия, ее частицы сложно стереть полностью, даже если ты сильный маг. Особенно сложно, если ты пытаешься стереть их второй раз с того же листа. Так или иначе, если сильно тереть по листу, на нем может остаться дырка.
После заключения Фабии Марк принес мне весьма интересные новости.
Он сказал то, о чем я догадывался. Моих родителей убили. И пожар в поместье учинил именно тот, кто по итогу сжег его дотла.
— Сложно, если нет следов, — сказал Марк, — но, если есть хоть один, стражи чувствуют магию, как ищейки. Ее следы становятся видны везде. Это как волна, стоит ее поймать, и на нужной частоте уже станет невозможным отключиться.
— Кто он? — спросил я, заглядывая в глаза стражу.
— Тот, кто напал на Элеонору, — еще больше удивил меня Марк, — мы сравнили частицы магии, это был один и тот же маг.
— Он хотел убить меня, чтобы навредить Адриану… — сказала Элеонора, она с испугом посмотрела на меня. И я знал, что боится она не за себя.
— Это все земли, — твердо сказал я, посмотрев на Марка. Я был уверен, что знаю причину. — Это сделал тот, кто получил влияние над землями моих родителей.
— Но откуда у него была уверенность, что именно он получит часть земель? — тут же спросил Марк.
— Возможно, был приближенным, — пожал плечами я, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. — В то время король был молод, и у него было много приближенных. К сожалению, земель для его друзей не хватало. Но вот если бы кто-то потерял свои, очередь бы сдвинулась. Достаточно было лишь знать свое место в этой очереди…
Торнис устало вздохнул.
— Если идти по этому следу, то можно подозревать дюжину лордов, — задумчиво произнес Марк, и я кивнул. Увы, но владения моих родителей разделили слишком много людей, чтобы легко определить среди них преступника. — Слишком долго, после случая с Фабией он может и сбежать.
— Но он ведь как-то узнал, что я уехала с вечера, — сказала Элеонора, она посмотрела на меня с надеждой, словно искала ответы.
— Он был рядом, — хмыкнул я и сжал кулаки. — Всегда был рядом.
— Можно попытаться узнать, кто еще уехал со званого вечера, — предложил Марк. — Но, если людей было много, гости могли и не заметить пропажи одного…
И пока Марк с Элеонорой терялись в догадках, я вдруг вспомнил одну интересную деталь. Мой дом сгорел так вовремя. Именно в тот день, когда я получил письмо с ответами об интересующих меня личностях.
Я думал, что сожгла дом Фабия, но, как оказалось, ошибался. Тогда кому моя пропавшая кухарка могла доложить о наведенных справках? Кому Аделаида рассказала о том, насколько я близок?
Неожиданно список подозреваемых сузился всего до одного человека. Того, кто действительно все это время был на виду.
А я ведь чувствовал подвох. Поэтому навел справки, и чутье меня не подвело.
— Какой стихией он владеет? — спросил я Марка с ухмылкой, страж был озадачен моей реакцией, как и Элеонора.
— Воздух, — ответил Марк.
И я ухмыльнулся еще сильнее, убеждаясь в своих догадках.
— Адриан… — успела произнести Элеонора, прежде чем я ее перебил.
— Помнишь шляпку Маргарет? — спросил я невесту и, прежде чем она успела додумать, добавил: — Ту самую, что подбросило в воздух возле лавки.
И она все осознала, замерла, обдумывая слова. В ее глазах появились огонь и злость. Да, моя невеста все поняла.
— Шляпка? — с удивлением спросил Марк.
— Да, — кивнул я. — Кажется, она пострадала при пожаре. Но ее еще могут восстановить сильные бытовые маги.
— Если оно того стоит, я привлеку к этому лучших бытовых магов, — с уверенностью сказал Марк.
— Стоит, — подтвердил я, посмотрев на Элеонору, она выглядела такой взволнованной и снова кусала щеку. Но я знал, что она так расстроена в последний раз. Больше я не допущу подобного.
— Эта
