чёртовой матери Правительственный дворец вместе с самим правительством. И не забывай, – Инга бросила на Вианта серьёзный взгляд, – «Другая реальность» сама заинтересована, чтобы мы, как игроки, добрались-таки до точки выхода. Будь иначе, то ещё на той военной базе мы так бы и не успели пробраться на грузовой самолёт.
– Правильно рассуждаешь, напарница, – задумчиво произнёс Виант, – но ты забыла об одном очень важном обстоятельстве.
Виант покосился на Ингу, но встречного вопроса так и не дождался.
– Время, любовь моя, время, – со вздохом пояснил Виант. – Сейчас утро одиннадцатого сентября. У нас максимум двое суток до рокового тринадцатого числа. Можно, конечно, потратить их на поиск уязвимости в периметре охраны. Тут я с тобой согласен: хоть один крысиный вход в бункер под Правительственным дворцом, но быть должен. Но это риск, большой риск. Мы можем тупо не успеть.
– И что ты предлагаешь? – на этот раз Инга не сумела сдержать встречный вопрос.
– У нас два базовых варианта, – Виант растопырил два пальца на левой передней лапе. – Мы можем либо забиться поглубже под землю, да хоть в том же метро Вейтина, и там переждать ядерный удар по столице. Либо вообще убраться из города как можно дальше.
– Я выбираю первый вариант! – тут же вклинилась Инга.
– Нет, не годится, – Виант упрямо качнул головой. – «Другая реальность» хоть и является компьютерной игрой, но в ней нет запасных жизней и возможности перезагрузиться, чтобы вновь попробовать пережить тринадцатое сентября.
Хорошо, если ПВО и ПРО столицы выдержат натиск федералов. Тогда мы и в самом деле сумеем тем или иным образом добраться до точки выхода. А если нет? Ведь у ядерной бомбы или ракеты, кроме ударной волны, имеются ещё два очень неприятных поражающих фактора – проникающее излучение и радиоактивное заражение местности. Будет очень печально, если мы сумеем-таки выбраться в реальность, но всё равно сдохнем от лучевой болезни. Что, между прочим, и произошло с одним из добровольцев.
В ответ Инга недовольно насупилась, но крыть нечем. Пусть Виант стал первым, кто сумел рассказать о Ксинэе и «Другой реальности» в целом, но он не был первым, кто оказался в слишком реальной компьютерной игре и даже первым, кто сумел выбраться из «малахитовой капсулы». Предшественник Вианта сумел выбраться в реальность, но тут же впал в кому и вскоре умер от убойной дозы радиации. Очень похоже на то, что он понадеялся на игровую условность «Другой реальности». Но из «малахитовой капсулы» вместе с ним вышла и лучевая болезнь в крайне тяжёлой форме. Инге прекрасно известна печальная судьба одного из добровольцев. Вот почему она так недовольно насупилась.
– Инга, не злись, – примирительно произнёс Виант. – Меня, вообще-то, тоже не радует перспектива застрять в «Другой реальности» на долгие месяцы. Но нам всё равно придётся убраться из Вейтина как можно дальше и переждать в каком-нибудь безопасном месте самую горячую фазу ядерной войны.
Как физик, ты прекрасно знаешь, что уровень радиации быстро падает. Как знать, может уже через неделю мы сможем вернуться в Вейтин и вновь попытаться добраться до точки выхода. Ну, ладно, – Виант поднял перед собой передние лапы, – через две недели. И тогда у врачей в реальности будет гораздо больше шансов вырвать нас из лап лучевой болезни.
Инга в глубокой задумчивости заскребла коготками по бетонному полу. Виант мысленно воздал хвалу богам «Другой реальности». Как хорошо, что напарница в первую очередь учёный, а не фотомодель или актриса. И, как учёный, Инга привыкла в первую очередь полагаться на факты и расчёты, а не на эмоции и сиюминутные желания и страхи.
– Хорошо, – Инга кивнула. – Допустим, мы выберем второй вариант. Но ты сам должен прекрасно понимать, что за два дня на своих четырёх мы физически не сможем выбраться далеко за пределы Вейтина. Не говоря уже о том, чтобы убраться от него хотя бы на десяток километров.
– А вот это и есть ещё одна очень важная причина убраться из города прямо сегодня вечером, – произнёс Виант. – Пока у нас имеется возможность воспользоваться транспортом людей.
– Да, но где мы его найдём? – спросила Инга. – Железная дорога радиусов уже не работает. Общественного транспорта тоже нет. Не забывай, что личный транспорт либо уже убрался из города вместе с владельцами, либо безнадёжно застрял в пробках на выездах.
– Это всё так, – Виант не стал спорить. – Но правительство сумело организовать эвакуацию жителей столицы. Мы уже сами видели автобусы с людьми. Да и во Дворце нам удалось подслушать, что пункты эвакуации налажены. Найдём один такой, так попробуем забраться на какой-нибудь транспорт. На худой конец, залезем в чей-нибудь чемодан.
– Но-о-о… – начала было Инга.
– В лагере для эвакуированных, – Виант перебил напарницу, – у нас всяко будет больше шансов не только переждать самую горячую фазу ядерной войны, но и найти еду с водой.
– Если только мы сами не станем едой, – буркнула Инга.
– К чему скрывать, – Виант невольно улыбнулся, – возможен и такой вариант.
На что так едко намекнула Инга, понять несложно. В истории Земли полно случаев, когда голод заставлял людей обратить внимание на мышей и крыс. Нет никакой гарантии, что правительство сумеет наладить снабжение лагеря для эвакуированных продовольствием. Но этот риск всё равно придётся принять.
– Ладно, будем считать, что договорились, – Инга перевернулась на левый бок. – Как стемнеет, попытаемся удрать из города. Тем более один из пунктов эвакуации должен быть возле крепости Вотс. Это как раз недалеко от сюда.
– Откуда ты знаешь? – Виант удивился.
– Всё там же, во Дворце подслушала, – ответила Инга.
Ну да, взгляд упёрся в плиты над головой, среди разговоров чиновников и в самом деле промелькнул пункт эвакуации возле крепости Вотс. Тем лучше, одной проблемой меньше.
Так или иначе, не мытьём, так катаньем, важный вопрос удалось решить. Ну или они пришли к единому мнению. Виант закрыл глаза. Как бы не хотелось прямо сейчас пуститься в путь, но сперва им нужно как следует выспаться, а потом опять как следует подкрепиться. Иначе их шансы добраться до транспорта людей, пробраться в какой-нибудь автобус или грузовик, будут равны нулю. Да и в лагере для эвакуированных ещё предстоит найти еду, воду или хотя бы место для отдыха. Что тоже будет весьма и
