Рёв и топанье возобновились, Хотак позволил народу излить удивление, пока солдаты не подогнали пленных и не разделили их на две группы по пять человек в каждой, приказав пасть на колени. На одном из них блестел знак командующего, на другом были рваные одежды патриарха, на третьем — высокого советника, на остальных — солдатские килты. Тела пленников носили следы побоев, а в довершение унижений им ещё и велели уткнуться головами в Песок.
Хотак спустился к пленным с помоста, затем поднял руку, призывая к тишине.
— Все прошлые десятилетия, — презрительно фыркнул он, — тени окутывали трон! Взяточничество и подкуп — вот как вы шли к власти! Со времён Полика Продажного не опускались так низко! Грязь заливает наши улицы! Наше правосудие и закон бессильны и осмеяны! Вы всего лишь одни из немногих виновных, но придёт тот час, когда каждый ответит за свои преступления так же, как и вы!
Хотак подскочил к одной из скорчившихся перед ним фигур и обрушил сияющее лезвие секиры на шею жертвы. Обезглавленное тело дёрнулось и рухнуло вперёд, кровь выплеснулась под ноги императора.
Де-Дрока двинулся к следующему обречённому.
Секира взлетала раз за разом, пока десять трупов не застыли на залитой кровью Арене.
Когда Хотак высоко поднял над головой обагрённую секиру, пот тёк по его меху и возбуждённому лицу:
— При Чоте и других до него тот, кто выбирал Имперский Поединок, хотел стать новым императором — Гнилая привычка, на деле в течение четырёх десятилетий лишь продлевавшая грязное правление борова Чота и отбрасывавшая всю нашу расу в дремучее варварство! — Хотак фыркнул в праведной ярости. — Никогда этого не повторится! Я объявляю здесь и сейчас, что Имперских Поединков больше не существует! Ни один император не будет больше править путём предательства и лжи! Трону должна вернуться попранная честь, и с вашей помощью это произойдёт быстро!
Толпа снова радостно взревела, ещё не совсем понимая, что именно услышала. Лишь немногие поняли: Хотак заявил, что будет править столько, сколько захочет. Право выбирать императора было отобрано у них навсегда.
— А теперь я объявляю ежегодное трёхдневное празднество, но не в честь моей коронации, а в честь дня возрождения империи! В честь грядущего Века Минотавров!
Слова Хотака подхватили тут и там и прокричали ещё много раз. Бывший командующий вернулся на помост и взял за руку леди Неферу, после чего они медленно направились к выходу.
Трубы ревели не переставая, дождь из лент пошёл гуще, они падали повсюду, весело украшая безголовые трупы и переливаясь в пузырящейся крови.
Мариция поглядела на брата:
— Бастиан? Какого…
— Тише! — прошипел он. — Просто иди вперёд, словно всё идёт, как и задумано.
Арднор и Лотан тоже были застигнуты врасплох, но быстро сориентировались. Процессия растянулась, а между тем император шагал в глубины Арены, увлекая остальных ниже уровня трибун. Они проходили мимо древних стен, покрытых шрамами времени, и пустых клеток, в которых когда-то содержались удивительные боевые звери. Повсюду виднелись старые и свежие пятна засохшей крови.
Четвёрка стражей отсалютовала и распахнула тяжёлые створки дверей перед самим императором. Хотак весело махнул им секирой, с которой ещё капала кровь. Народ со всех сторон выкликал его имя.
Неподалёку под охраной ожидали колесницы, запряжённые эбонитово-чёрными скакунами; на этот раз император с супругой под приветственные кличи взошли вместе на одну из них, остальным подвели коней.
Солдаты начали очищать проход, процессия тронулась, сначала медленно, а затем все быстрей, направляясь ко дворцу. Рога и трубы продолжали реветь.
Когда Колот и Мариция стегнули коней, устремляясь за отцом, Бастиан посмотрел на Арднора. На лице старшего сына Хотака застыла маска положенной радости, но выражение его глаз заставило Бастиана крепче стиснуть поводья. Они были безумны и налиты кровью. Однако, несмотря на жуткую ярость, кипящую в нём, Арднор поехал следом за колесницей императора как ни в чём не бывало.
Бастиан сам задавался вопросом: почему отец прервал церемонию и не объявил старшего сына наследником, как было запланировано?
Рыцари Нераки не имели шансов спастись. Перед тем как первые патрули вторжения добрались до скал и холмов южного Керна, драконьи всадники уже прочесали побережье и не обнаружили никакого присутствия людоедов в этой области. Дикари сбежали перед мощью и доблестью Рыцарства. Вернее, в это должны были поверить рыцари. План лидера людоедов состоял в том, чтобы позволить патрулям из Нераки свободно следовать своим маршрутом и доложить, что путь чист, а затем дождаться подхода основных рыцарских сил в засаде. Для ловушки было подготовлено прекрасное место на дороге, где к ней со всех сторон подступали высокие скалы.
Но людоеды никогда не отличались терпеливостью, и когда первый из конных воинов отряда разведчиков оказался на расстоянии броска копья, дикари выскочили со всех сторон, обрушивая камни на людей внизу.
— Держать строй! Всем держать строй! — заревел командир отряда.
Люди стойко встретили нападавших, мгновенно убив первого из них. Выученные боевые кони вставали на дыбы и проламывали грудные клетки людоедов, но атакующих было слишком много. Рыцари дрались отчаянно, но, окружённые доброй сотней людоедов, не имели шансов победить.
Одного за другим их стягивали с коней на землю и убивали. Тяжёлые дубины крушили и мяли броню шлемов, сильные руки душили и ломали шеи. Командир отряда смог убить двух противников, прежде чем копьё проткнуло его насквозь, подняв в воздух, словно марионетку.
Два оставшихся разведчика в горячке боя сумели развернуть коней и броситься наутёк, но далеко уйти им не удалось. Сперва огромные валуны преградили им дорогу, а следующие, метко брошенные с вершины, сбили наземь. Клыкастые воины подлетели к ошеломлённым рыцарям и обрушили на них дубины, поставив точку в существовании обоих. Один из людоедов поднял окровавленный шлем и водрузил его на собственное копьё. Со всех сторон доносились радостные вопли победителей.
Наблюдавший недавнюю резню в скалах, стройный худощавый людоед в зелёном плаще и одежде, более подобающей эльфу, сердито отплёвывался от пыли, поднятой битвой.
Аромат крови и победные крики пьянили его, но он держал себя в руках. Зная, как много ещё предстоит сделать, он предоставил радоваться и верещать другим. Армия, которую можно было истребить целиком, теперь предупреждена исчезновением разведки, и вторжение рыцарей в Керн продолжится. Но, несмотря на сей прискорбный факт, людоед усмехался.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
