— Наши научные исследования и работы в области изучения методов ведения бактериологической войны высшее военное командование удостоило высокой оценки, — начал генерал Исии. — Действительно, сделано нами немало. Однако события, происходящие в Европе, требуют от нас, чтобы мы работали еще интенсивнее. Не исключено, что в ближайшем будущем бактериологическое оружие будет пущено в ход против наших ближайших соседей.
Офицеры и научные работники, собравшиеся в кабинете своего шефа, с вниманием и почтением прислушивались к словам генерала.
— Но перед использованием оружия в военных действиях, — говорил между тем их патрон, бывший рядовой врач, а ныне, генерал, облеченный властью, — мы должны опробовать нашу боевую бактериологическую мощь на китайцах. Наша доблестная армия, возглавляемая Его Императорским Величеством, держит под своим контролем уже чуть ли не половину китайских земель, однако китайцы все еще сопротивляются. Генеральный штаб благосклонно отнесся к моему проекту применить бактериологическое оружие против китайцев. Экспедиция в Нинбо принесла, как вы помните, хорошие результаты. Теперь согласно плану, одобренному в Токио, мы должны организовать новую экспедицию — уже в Центральный Китай...
Через несколько недель экспедиция отправилась в путь. На этот раз возглавлял ее полковник Оота. Целью экспедиции, как подчеркивалось в приказе главнокомандующего Квантунской армией, было посеять панику в тылу китайских войск, дислоцирующихся в районе города Чангте.
В экспедиции приняло участие около ста человек, в том числе тридцать специалистов-бактериологов. Так же, как и при налете на Нинбо, зараженных чумою блох разбрасывали с самолетов. Однако на этот раз с большей высоты.
Результаты операции, как докладывал позже полковник Оота, были удовлетворительными. Японцам удалось вызвать локальную эпидемию чумы и на несколько месяцев дезорганизовать работу железнодорожного транспорта. Китайцы вынуждены были временно закрыть линию, пролегающую в районе эпидемии. В рапорте Ооты не упоминалось ни единым словом о том, что жертвами чумы пало свыше 2000 человек. В основном это были мирные жители — беззащитные, не имевшие никакого отношения к военным действиям.
21 мая 1942 года, то есть по прошествии менее чем года, генерал Исии, возвратившись из Токио, собрал на закрытое совещание всех руководителей отделов и объявил:
— Перед нами стоит новая задача. Согласно приказу генерального штаба нашему подразделению надлежит опять снарядить большую экспедицию. Регион — вновь Центральный Китай. Цель — бактериологические атаки на позиции китайцев. Атаки должны предприниматься поблизости от железнодорожных линий на пути предполагаемого стратегического отступления наших войск. На этот раз мы пустим в дело не только бактерии чумы. В ход пойдут возбудители холеры, брюшного тифа, паратифа и сибирской язвы. В данной операции будет нам помогать подразделение № 1644, дислоцирующееся в Нанкине. Прошу вас подготовить свои соображения...
Месяц спустя из Харбина в Нанкин отправилась группа численностью в двести человек. С собою они везли смертоносный багаж — 25 килограммов зачумленных блох и 130 килограммов бактерий паратифа и сибирской язвы.
По прибытии в Нанкин посланцы доктора Исии разместились на территории местной «фабрики смерти» — в военном городке подразделения № 1644, занимавшегося, так же как и подразделение № 731, разработкой методов ведения бактериологической войны. Территория эта, несмотря на старания японцев окружить все плотной завесой секретности, была известна китайскому населению как место, где проводятся зверские эксперименты на людях.
Здесь состав харбинской группы пополнился «местными» специалистами. Их стараниями багаж «экспедиции» увеличился дополнительными емкостями с бактериями холеры, тифа, чумы и газовой гангрены.
— Наша задача — терроризировать население в районах Юшана, Кинхуа и Фукина с помощью эпидемий, — инструктировал участников группы генерал Исии. — Будем истреблять китайцев как с воздуха, сбрасывая зачумленных блох с самолетов, так и на земле, заражая водные источники бактериями холеры и тифа. Самолеты будут стартовать из Нанкина. Заражение воды поручается диверсионным группам.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
На следующий день на летном поле военного аэродрома в Нанкине приземлился транспортный самолет. Солдаты принялись выгружать из него ящики с надписью, напыленной краской с помощью трафарета: «Водоснабжение». Солдатам, перегружавшим ящики с самолета на автомашины с прицепами, не было понятно, зачем в Нанкин доставлять воду из Харбина, однако свои недоуменные вопросы они предпочитали держать при себе, зная, что чрезмерная любознательность до добра не доводит.
В ящиках покоились плоские бутылки с горлышками, покрытыми толстым слоем сургуча и парафина. Сквозь стекло можно было разглядеть некую коричневую субстанцию, прилипшую ко дну и к стенкам. На бутылках были наклейки: «Опасно! Соблюдать меры строжайшей осторожности» — и цифры внизу, несшие в себе зашифрованное обозначение вида бактерий.
Ящики с надписью «Водоснабжение» были перевезены в одну из лабораторий подразделения № 1644, где люди в белых халатах, с лицами, закрытыми защитными масками, приступили к сортировке таинственных бутылок. Некоторые бутылки не трогали, иные же распечатывали, а их содержимое переливалось в металлические фляги — точно такие же, какие входили в амуницию японской пехоты. Затем все поступившие в лабораторию бутылки снова были отправлены на военный аэродром, где их погрузили в самолет, направляющийся в район предполагаемой операции.
Приземлился самолет на полевом аэродроме в окрестностях Кинхуа. Здесь его встретила группа военных и бактериологов. Груз перенесли в большую палатку, и специалисты принялись за дело, которое состояло в том, чтобы разложить бутылки и фляги по ранцам и чемоданам. Чемоданы получили диверсанты, переодетые в гражданское, а тем, кому предстояло сеять заразу, оставаясь в военной форме, были выданы ранцы.
— Не буду вам повторять, сколь ответственно задание, которое вам надлежит выполнить, — напутствовал диверсантов их начальник — офицер в звании лейтенанта. — Надеюсь, вода, которой вы угостите китайцев, не придется им по вкусу. Помните только: если кто-нибудь застанет вас во время проведения акции, расстрела вам не миновать. Действуйте преимущественно по ночам. Не должно остаться ни малейшего следа вашей работы. Бутылки нужно разбивать так, чтобы на землю не упал даже крохотный осколок. Все должно исчезнуть в воде. Заражайте каждый источник, который встретится вам по пути. Основное внимание уделяйте колодцам, но нельзя пропускать и пруды, реки и озера. Если не будет возможности бросить в воду бутылки, пользуйтесь флягами, причем опорожняйте их так, чтобы со стороны показалось, будто вы выливаете остатки старой воды, дабы заменить ее свежей. Фляг нигде не оставлять и ни в коем случае не терять. Каждого, кто вернется без фляги, ждет встреча с военным трибуналом.
И диверсионные группы отправились на задание.
Между тем японские войска, выполняя приказ командования, в спешном порядке отступили на север. Разные были на этот счет мнения. Кое-кто утверждал, что японцы не выдержали натиска китайских войск, другие же считали это всего лишь стратегическим маневром, необходимым для подготовки к новому наступлению...
Доподлинную же правду знали только в высших сферах японского генералитета. И она была таковой:
Диверсанты, распространившие миллиарды бактерий, действовали, выполняя секретный план, целью которого являлась дезорганизация вражеского тыла. Расчет велся на то, что, когда подойдут китайские войска, им придется приложить неимоверные усилия для ликвидации очагов заболеваний. Наступление китайцев, таким образом, должно было приостановиться само собой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Расчет этот оправдался, что привело к новому повышению акций генерала Исии. Командование Квантунской армии, генеральный штаб и министерство войны окончательно уверовали в бактериологическое оружие — эффективное, дешевое и простое в обращении.
