Коррупция в Стране восходящего солнца — не меньше, чем у нас. Воруют все. Только существуют определенные размеры «податей», выше которых никто не имеет права подниматься. Для каждой социальной касты — цифры свои.
В России же нет даже таких воровских законов. Берут сколько угодно. Никому нет до этого дела.
Если бы банковский список попал ко мне полгода назад, я был бы уверен, что мои герои возьмут новый стиральный порошок и отстирают пятна на белых генеральских мундирах.
Сегодня же, после того как президент поснимал с должностей «группу писателей», одним стиральным порошком, думаю, здесь не обойтись.
Тайна вкладов гарантирована
Но вернемся к «РАТО-банку».
Со счетами всех этих физических лиц работала одна-единственная операционистка. Попасть к ней можно было только с санкции банковского руководства.
Понятно, секретность соблюдалась не меньшая, чем на атомных объектах. Всех сотрудников, имевших доступ к счетам высокопоставленных клиентов, строго предупреждали: ни одна живая душа, даже мужья и жены, не должны знать, с кем вы соприкасаетесь.
Отношение к сановникам было особое. Во-первых, повторюсь, процент значительно выше, чем у обычных вкладчиков.
Во-вторых, им даже не требовалось посещать банк. В случае необходимости клерки сами приходили к ним в кабинеты, заполняли соответствующие бумаги.
В-третьих, их надежно защищали от всевидящего ока налоговых служб. Как рассказывали мне бывшие сотрудники «РАТО», царственные клиенты (вероятно, по совету опытных людей) никогда не вносили на свои счета более десяти тысяч долларов. Соответственно, банк не посылал информацию в налоговую службу. Все оставалось в тайне.
Впрочем, и сановники платили «РАТО» сполна.
У меня в руках две платежки. Первая датирована 31 марта 1995 года. НТЦ ФАПСИ (одно из подразделений правительственной связи) переводит в «РАТО-банк» на счет некоего дружественного АОЗТ 97 миллиардов 285 миллионов 858 тысяч 636 рублей 27 копеек.
Вторая — от 3 апреля. То же самое АОЗТ направляет в НТЦ ФАПСИ вышеназванную сумму с точностью до 27 копеек (копейки особенно меня умиляют).
Те, кто хоть раз сталкивался с банковской системой, знают: за три дня совершить две операции физически невозможно. Зачем же в таком случае нужно было тасовать миллиарды?
Очень просто. Допустим, банк хочет что-то купить. От него требуют наглядно доказать платежеспособность. Тогда клиент «РАТО» Старовойтов (и по совместительству гендиректор ФАПСИ) перекидывает банку солидную сумму. Банк демонстрирует наличность, заключает сделку и возвращает деньги в бюджет.
Впрочем, допускаю, что эту аферу мог совершить и не сам Старовойтов, а его ближайший помощник — начальник Финуправления ФАПСИ генерал Монастырецкий.
Монастырецкий тоже имел самое непосредственное отношение к «РАТО». После его ареста из депозитария банка был изъят саквояж генерала с наличной валютой — долларами и марками — на общую сумму 1,5 миллиарда рублей.
Думаю, нет смысла повторяться и по новой рассказывать, как ФАПСИ подпитывало «РАТО-банк» бюджетными деньгами. Я уже неоднократно писал об этом.
Дело в том, что банк медленно, но верно катился в пропасть. Следовало во что бы то ни стало удержать его на плаву. Как-никак родные люди. (Кроме старовойтовских счетов и саквояжа Монастырецкого объединяло их ещё и то, что «РАТО» был уполномоченным банком ФАПСИ. Да и у сына Старовойтова, Дмитрия Александровича, здесь тоже лежали приличные деньги.)
Но все усилия оказались тщетными. В мае 1997-го Центробанк отобрал у «РАТО» лицензию. Входивший некогда в сотню крупнейших банков страны лопнул.
При этом «РАТО-банк» остался должен разным структурам немало. 11,5 миллиарда — «Роснефти». 320 миллиардов — Сбербанку, «Онэксиму» и банку «МФК».
А что же наши царственные клиенты? Они тоже оказались у разбитого корыта? Сомневаюсь.
Своим появлением уже знакомый нам документ — сводная ведомость по суммарным остаткам очень физических лиц — обязан только одному. Когда стало понятно, что начало конца пришло, руководство банка решило посмотреть, сколько сановных сбережений находится в «РАТО». Тогда-то «секретная» операционистка и распечатала из компьютера этот список.
По нашей информации, с абсолютным большинством высоких вкладчиков банк сумел рассчитаться. Если не деньгами, то чем-то иным (недвижимостью и пр.). Знаю я и о том, как один из вкладчиков выдергивал из «РАТО» через разные каналы по 30 тысяч долларов. И успешно.
Несмотря на крах, банкиры понимали, что людей подобного уровня обижать себе дороже.
Не случайно председатель правления Потапов держал взрывоопасный список в своем сейфе. Вероятно, время от времени его перечитывал.
Кстати, о списке. В правоохранительные органы он попал после обыска в потаповском кабинете. Обыск проходил в рамках уголовного дела генерала ФАПСИ Монастырецкого. Напомню: Монастырецкому инкриминировали то, что он присвоил из бюджета не менее 20 миллионов марок и более 3,3 миллиарда рублей.
В мае 96-го генерал был арестован и отправлен в «Матросскую Тишину». Осенью 97-го его выпустили под подписку о невыезде. Теперь мне понятна причина такой мягкосердечности .
Незадолго до освобождения Монастырецкого уголовное дело было передано новому следователю. Некоему Погорелову. Погорелов же в прошлом работал в Государственном таможенном комитете. А председатель ГТК Круглов, как мы знаем, имел в «РАТО» 69 тысяч 748 долларов (плюс 58 тысяч 522 доллара на счету супруги).
Круг замкнулся.
Сановники, которые держат деньги в одном банке (а сколько таких банков в России? Страшно представить), ничем не отличаются от членов знаменитых английских клубов по интересам. Интересы у них действительно общие.
А если повнимательнее посмотреть на род занятий завсегдатаев этого клуба, видно, что здесь представлены нужные люди самого разного спектра. Министры и чиновники федерального значения, «шишки» из столичного правительства, генералы спецслужб.
Они могут все. Все в их власти.
И если то, о чем вы сейчас прочитали, не называется коррупцией, значит, я вообще не понимаю, что означает это слово…
Откровенно говоря, я ждал, что герои моей публикации начнут опровергать очевидное, но никто на это не решился. Они предпочли сделать вид, что ничего не случилось: собака лает — караван идет.
Исключение составил один только «вкладчик». Некто Гурин из правительства Москвы. Он даже прислал в редакцию письмо, где черным по белому, на официальном бланке, с подписью и печатью было начертано:
«В опубликованной у вас статье написано, что я ложил деньги в банк, а я не ложил». Именно так: ложил…
Я давно заметил: обществу свойственно идеализировать своих вождей. Не в части их бессребреничества — нет, в этом-то как раз сомнений ни у кого нет. Но нам почему-то кажется, что люди, сидящие на Олимпе, какие-то особенные. Государственные.
(Когда Ельцин не вышел на встречу с ирландским премьером, все кричали: «Это особый политический трюк!» Оказалось, он просто перепил.)
Это абсолютное заблуждение. В них не только нет ничего сверхъестественного. В большинстве своем это серые, малообразованные и не очень умные люди — ниже среднего уровня…
Еще до того как стать министром юстиции, порнозвездой и вкладчиком «РАТО-банка», Валентин Алексеевич Ковалев был вице-спикером Госдумы — от фракции КПРФ. И вот он впервые поехал в официальную командировку за рубеж — главой думской делегации: в Сеул.
Надо заметить, что до избрания депутатом Ковалев был скромным полковником милиции с соответствующим для этого звания менталитетом и от почестей, оказанных ему корейцами, несколько ошалел.
Поселили его в люксе, в лучшем отеле города — кажется, в «Хилтоне». Бесплатный мини-бар, спутниковое телевидение, ванна-джакузи. Перед дверью в номер — белые банные тапочки.
С этими тапочками-то и приключился конфуз. Если с джакузи и мини-баром вице-спикер ещё кое-как разобрался, то с банными тапочками опростоволосился, потому что никогда раньше с подобными принадлежностями туалета ему не приходилось иметь дела. Вероятнее всего, он решил, что тапочки эти — подарок отеля. Знак особого уважения и признания. Не долго думая он натянул их и отправился гулять по городу.
