выживаемы на Земле. Они требуют прикрытия и защиты. Христианство открыло ворота Восьмому Лицу в мир земного человека и поставило людей Восьмого Лица на высоту и под защиту.
Христианство ценит людей Восьмого Лица, но и пользует их в конфессиональных целях. Личнодуховная жизнь совести предстает в рамках христианской общедуховности, и редко когда иначе.
* * *
Христианин тот, кто не только верит во Христа-Спасителя, но чей внутренний мир причастен внутреннему миру Иисуса Христа и, более того, причастен жизнепрохождению и смерти Христа.
Во многих религиях, кроме учения основателя религии, есть уроки жизни, которые он преподал своим последователям, есть установки религиозной и мирской жизни, ее законы, идущие от жизни Учителя. Стремление христианина стать причастным Христу уникально. Христианин причастен не только и не столько к Его учению (оно все дано через его жизнь), а к событиям, встречам и эпизодам, даже самым малейшим, Его земной жизни, к Его страданиям и вдохновениям, Его борьбе, любви и жалости. Христианин весь погружен в историю земного жизнепрохождения Иисуса (то есть, во всё то, что составляет Произведение Жизни Иисуса). Без этого нет Христианства. Идеал христианина – переживать Христа и его жизнь, как переживаешь себя и свою жизнь. Быть причастным Ему – быть заодно с ним во всех смыслах (в том числе и в таинствах, и в культе), ввести Христа внутрь себя (Царство Божие внутрь есть), исполниться от Него Его благодатью. Прежде всего, благодатью эденского Света Жизненности.
Само спасение человека определено через причастность Христу.
Чтобы узнать в Христе Восьмое Лицо, надо самому быть человеком Восьмого Лица.
В отдельно взятой земной жизни человеку не дано восходить к Восьмому Лицу. Но он может становиться все более и более причастным Ему. Через такую причастность Восьмое Лицо вводится в Структуру человека наряду с Первым Лицом (его коренным Я) в качестве действующего в ней Лица.
К Восьмому Лицу человечество может приобщиться только через целенаправленное религиозное стремление приобщения, через культивируемую причастность к внутреннему миру воплощенного Восьмого Лица.
Высший род приобщения к Восьмому Лицу – сторгия невест Христовых с Христом, зарождаемая в женских монастырях.
Четвертое Лицо и его серафические инстанции вводятся в Структуру человека через Путь восхождения. Восьмое Лицо и его серафические инстанции вводятся в Структуру через Богоявление и сколь возможно полное причастие к нему человека. Полнота причастия в Христианстве возведена на уровень религиозного жизнедействия человека.
Покаяние – либо акт рождения своей совести, либо возведение своей совести на следующую ступень, в высший ранг. Покаяние – совместный акт Восьмого Лица и эденского Света Жизненности в человеке. Восьмое Лицо – отец всякой своей совести человеческой – требует роста к себе и, следовательно, покаяния. Культ покаяния в Христианстве (исповедь и отпущение грехов) воспринимается как акт спасения.
Для проявления Восьмого Лица необходимо утихомирить авторское Я. Поэтому в Христианстве так ценимо смирение и кротость, добываемые утишением Самости и аскетическим воздействием на психическую сферу человеческой жизни. Человеческое зло подавляет Восьмое Лицо в человеке, тогда как зло внешней жизни, зло болезней тела и природных бедствий, напротив, привлекает его.
Одно из основных орудий утишения Самости – внушение и самовнушение, действия филические. Таково, например, приведение себя в состояние слезной умиленности. Но это не рабочее духовное состояние.
* * *
Впечатление такое, что кроме самых исключительных случаев, человеческая душа не в состоянии равновелико вмещать от Четвертого Лица и от Восьмого Лица*). Даже душою обращаться к этим двум Божественным Лицам человек мало способен.
*) Лев Толстой принял установку Христианства на Восьмое Лицо и пытался совместить ее с установкой своей личнодуховной жизни на Четвертое Лицо. Оказалось, что для этого необходимо разрушить конфессиональную Веру…
Люди Восьмого Лица часто – женщины, для которых Путь восхождения, как правило, заказан. Людьми Восьмого Лица бывают и мужчины, но чрезвычайно редко путевые мужчины. Духовное сознание истинности и духовная Доброта-Жалость трудно совмещаются в одном человеке. Это разные векторы личнодуховной жизни.
В общедуховной жизни Четвертое Лицо и Восьмое Лицо совмещаются так же трудно, как в отдельном человеке.
Богочеловек Иисус Евангелия – воплощенное Восьмое Лицо. Начало Четвертого Лица, хотя, конечно, и предполагается в Евангелии, выражено слабо; сказано только, что Иисус отказывался говорить о том, что люди не могут вместить в себя.
Нельзя сказать, что Христианство охотно допускает рост духовного сознания истинности. Четвертое Лицо и Свет эденского Разума меркнет в Евангелии перед Восьмым Лицом и Светом эденской Жизненности. Проблема затененности Четвертого Лица в Христианстве очевидна. Поиск своей истины, рост духовного сознания истинности, из-за угрозы превратиться в ересь, подозрителен для христианского Вероисповедания и замещается литургической мистикой. Христианство – Вера, а стремление к «своей истине» – гордыня, род порока.
Иудаизм более других религий обращен к Четвертому Лицу. Четвертое Лицо – в Общей душе евреев и самой их религиозности. Хахаим – люди Четвертого Лица. Евреи исполняют свою миссию тем, что разносят Четвертое Лицо по всему человечеству. Но Восьмое Лицо в Иудаизме затенено не менее Четвертого Лица в Христианстве.
* * *
Введение Восьмого Лица через воплощение и Богоявление произошло со специальными целями и не может быть не предусмотрено в Замысле Бога на человека.
Нравственно судить человека может, вообще говоря, любое филиоэденское существо, несущее Свет эденской Жизненности (в том числе и существо третьего этажа), но человек слышит голос своего судьи не всегда, а только при определенной слышимости, особой яркости этого Света, достаточной в том или ином человеке в тот или иной его момент.
Воплощение Восьмого Лица имело целью не столько усиление свободного нравственного чувства в человеке, – это дело личнодуховной жизни каждого человека, – сколько усиление яркости свечения базового эденского Света, Света эденской Жизненности и наполнение им системы человек – посмертный плод. Для этого на место пафоса сакральной телесной чистоты Восьмое Лицо поставило сакральный идеал духовной чистоты внутреннего мира человека, без которой нет восхождения и своей совести, и своей истины.
Богоявление Восьмого Лица произвело превращения во внутреннем мире человека. Пусть немногие одухотворены Восьмым Лицом, Его Добротой и Жалостью, но само одухотворение Восьмым Лицом приобрело, благодаря Христианству, Божественный статус, а значит, и статус наивысшей ценности внутреннего мира человека, стремящийся, если и не образовать внутренний мир человека, то стать в основание его.
Эденского Света Разума нет на третьем этаже, и потому своя истина не может выразиться в чувстве и сознании одностадийного человека и, значит, распространиться среди людей, какие они есть. Четвертое Лицо способно само выражаться только в серафическом человечестве, которое как особое единство пока что не существует в действительности.
Восьмое Лицо способно само выражаться во всем человечестве через доступную как таковому человеку доброту-жалость эденского Света Жизненности.
Боговоплощение Восьмого Лица запустило процесс, в задачу которого входит раскрыть каналы благодати эденской Жизненности
