class="p1">– Я же говорил, – ухмыльнулся парень, но я был уверен, что он даже примерно не представляет собственную уникальность.
– Шен, а кто вообще был тот мужик? Ты что-то сделал с его дочкой? Это ведь она была, та самая идеальная жена? – спросил Шрам.
– Да, это была она. Как я и говорил, амулет был ни при чем, они специально на меня охотились. Они из Цай Хонг Ши, как и я, мужчину зовут Мин Чинь, но я ничего не делал с Лули, наоборот, это она меня чуть ли не за руку тащила к себе домой.
– Минь Чинь, – задумчиво потер подбородок Шрам, – Мин Чинь. Знакомое имя. А как он выглядел?
– Невысокий, худой, лицо знатного человека, да и одежда не бедная. Очень властный человек, от его взгляда аж мурашки по телу идут.
– Точно! – сказал Шрам. – Я вспомнил. Мин Чинь. Так звали магического министра в Цай Хонг Ши. Я пару лет поработал в охране Белого района и несколько раз сталкивался с ним. Про него ходят очень нехорошие слухи среди охраны. Бывало, что к нему и мэру на прием приводили человека, а обратно никто не возвращался. Как ты умудрился перейти ему дорогу?
– У меня есть пара вариантов, но я бы не хотел их обсуждать. Мне интереснее, почему он не погнался за Теданем? Так сильно испугался его дара?
Шрам покачал головой:
– Нет, не поэтому. Ты же знаешь, что в столице запрещено открыто использовать магию? Разрешено только в определенных местах либо через амулеты или массивы. За этим строго следят, и при больших всплесках, не знаю, магии, Ки или чего они там отслеживают, сразу выезжает отряд специальных бойцов, обученных сражаться с магами любой силы. Туда берут только выпускников из Академии боевых искусств. Как он тебя спеленал? Колдовал что-нибудь?
– Не уверен, вроде бы нет. Я после чая отключился.
– Видимо, Мин Чинь заранее подготовился к твоему приходу. А вот нашего героического Теданя он не ожидал и с перепугу запустил в него заклинанием. В Цай Хонг Ши ему не нужно было сдерживаться, вот он по привычке и намагичил. После этого ему нужно было либо удирать до приезда отряда, либо готовиться к объяснениям. Хотя он все же целый министр. Думаю, особых проблем у него не будет. Поэтому завтра вам с Теданем бы лучше поступить в эту Академию.
– А почему в столице нельзя использовать магию? – неожиданно спросил Тедань. И я задумался, а правда, почему? Джин Фу говорил, что этот указ был издан, чтобы низкоталанные люди не тратили свою Ки просто так, но сейчас это уже звучало не так убедительно.
– Вы же знаете, в стране, да и в мире в целом, существует огромное количество разных школ и сект. Какие-то из них мирные, как секта Чистых, но есть и другие, которые разными способами пытаются достичь абсолютной силы. Где-то принято убивать людей и есть их сердца, чтобы улучшить свой талант, где-то, я слышал, вживляют в тело кристаллы, где-то придумали какие-то специальные практики для усиления тела. И иногда среди них действительно появляются маги невероятной величины, которые хотят заявить о себе на весь мир. И куда они первым делом идут? Сразу после пары-тройки сожженных деревень и какого-нибудь мелкого городка они приходят захватить императорский дворец. Сам я не застал этого, но, говорят, лет пятьдесят назад одному магу это и вправду чуть не удалось. Его едва-едва смогли остановить, но погибло много людей, как магов, так и бойцов. Тогда ведь еще не было Академии боевых искусств, и с магами умели сражаться только маги.
После этого и был принят закон о запрете магии в Киньяне, чтобы вылавливать этих смутьянов задолго до начала сражения, при первом же магическом выплеске. А потом и Ма Ийнгпей появился. Он, кстати, тоже пришел из какой-то дикой секты.
* * *
Ночь мы провели в другом сыхэюане и рано утром отправились к новой Академии. Был известен только день приема, но не время, поэтому мы решили не рисковать и прийти пораньше, да еще Шрам сильно переживал насчет вчерашнего случая. Он был уверен, что Мин Чинь не даст нам уйти безнаказанно.
– Ты не знаешь, что это за человек, – твердил учитель по дороге к Академии. – Он не привык проигрывать. Вам лучше держаться подальше от стражников и поближе ко входу. И зачем ты только проболтался про поступление в новую Академию? Сказал бы, что собираешься уйти из Киньяна, пусть бы он искал тебя у ворот.
– Если он несколько раз сталкивал меня со своей дочерью, значит, за мной следили его люди. А, значит, он знает, где я живу. Не думаю, что мои слова что-то бы изменили.
Площадь перед Академией была бесконечной. Сама Академия была вынесена за пределы города, и Кун Веймин не поскупился на ее постройку. Ограда была сделана из красного кирпича, поднималась на десять метров вверх, прерываясь башенками, и захватывала огромное пространство. Думаю, что территория Академии была не меньше Черного района, а то и больше.
Несмотря на раннее время, на площади уже было много народа, но если к Академии боевых искусств в основном шли суровые воины среднего возраста, то сюда стянулись люди всех возрастов, сословий и профессий. Я видел в толпе и детей-простолюдинов, и стариков в роскошных одеждах, и мужчин в форме чиновника. Никто не знал требования Кун Веймина, не знал, в какой форме будут проходить экзамены. Никто даже не знал, чему тут будут учить.
Многие пришли сюда только из-за имени самого ректора, ведь обучение в этой Академии поможет сблизиться с представителем знатной семьи, родственником императора!
Се Ши в этой толпе не показался бы экстравагантным, так как здесь было множество паланкинов, лежащих на плечах мускулистых носильщиков, некоторые поступающие сидели на резных стульях под гигантскими зонтиками, и их обмахивали опахалами слуги. А в центре площади и вовсе стоял шатер, возле которого суетилось не меньше двадцати человек.
Солнце неторопливо поднималось к зениту, становилось все жарче и многолюднее. Мы стояли и истекали потом, а Шрам постоянно озирался, отслеживая стражников.
– Когда уже начнут прием? Вас точно схватят, если эти академики не поторопятся. А еще этот идиот отказался прикрыть синюю шевелюру. Ты же как приманка торчишь!
– Если я закрою волосы, значит, я стыжусь себя. Как после этого я смогу называться человеком, избранным Небесами? – гордо заявил Тедань.
– Вот поэтому ты и идиот.
Внезапно толпа всколыхнулась, и все взгляды устремились на ворота Академии. Там, на стене, появилась фигурка женщины в красном платье. Она взмахнула
