секте и был готов к подобному. Клан этого спесивца и щёголя оказывает весьма существенную материальную поддержку секте, так что неудивительно, что патриарх пошёл ему навстречу. К тому же знает, что тот будет биться до конца, баюкая собственные обиды.
— Ну что, шваль безродная? — разминая руки, Джиан спускается к воде.
Один из учеников подносит ему массивный меч. Оружие богато украшено драгоценными камнями, что нисколько не влияет на боевые качества, если, конечно, не считать вероятность нанести противнику душевную травму подобным безвкусием.
Посмотрим, чему ты научился…
— Что молчишь⁈ — оппонент занимает боевую стойку — классическую, принятую в Нефритовой Черепахе. — Язык проглотил, осознав безумие своей жалкой выходки? Ты же понимаешь, что после такого трюка тебе не будет жизни в долине? Да кто ты вообще такой, чтобы поучать нашу секту? Ты, отребье, вылезшее из какого-то медвежьего угла, впервые оторвавшееся от сохи!
Ничему его жизнь не учит. Я мысленно вызываю кастеты и бью ими друг об друга, высекая снопы искр. С шипением их поглощает бурлящая вода.
— Друг мой, ты похоже забыл, кто гонял тебя пинками по всей арене, иначе вёл бы себя скромнее, — фыркаю я. — Первый урок не пошёл впрок? Хорошо, я готов повторить его для тугодумов.
Лицо Джиана бледнеет, через миг уж краснеет так, словно его обожгло кипящим гейзером долины. Он готовится разразиться бранью, но Карнато командует:
— Начали!
Лёгкий Шаг ускоряет меня, разогнав до предела. Позади меня в воде остаётся настоящая борозда. В стороны разбегаются волны. Джиан едва успевает выставить защиту. Я вижу каждый недочёт и каждую уязвимость в его стиле. Он всё такой же неповоротливый и медлительный.
Противник сразу уходит в глухую оборону. Только она у него хлипкая, словно плетёный забор против разъярённого зверя. В этот раз мне даже не приходится выкладываться на полную. Во многом это заслуга проведённых мной индивидуальных тренировок, но также и доказательство того, что Джиан не провёл работу над ошибками.
Он так и не понял, почему проиграл в прошлый раз. Готов поставить полновесный солей против ржавого полриона, тот всё списал на случайность и неудачное стечение обстоятельств. Ведь признать мою силу и закономерность итога ему не позволит гордыня.
Раскрасневшись, словно девица, он с яростным воплем бросается на меня. Поднырнув под взмах меча, наискосок, расчертившего пустоту, я проворно ухожу от бьющей сбоку водной струи и…
Кулак, объятый металлом, врезается в разинутую пасть, а Джиан кувырками летит по воде, подпрыгивая точно плоский камень при игре в «блинчики». Плюхнувшись в конечной точке, практик начинает тонуть, но быстро всплывает.
Плевком он отправляет осколок зуба в воду. Струйки крови бегут по его подбородку, окрашивая алым свирепый оскал. Водное течение уносит юшку, привлекая стайку блестящих рыбин.
— Тварь! ТВАРЬ!! — уже рычит Джиан.
Опять пустая болтовня. За деньги силу не купишь, сколько бы пилюль и руководств тебе не вручили родители. Практику нужна железная воля, и с этим у бедняги большая беда.
Какое качество жизненно необходимо любому адепту? Смирение. Иными словами, умение обуздать собственный норов. Чтобы чему-то научиться, следует в первую очередь признать, что другой человек может тебя чему-то научить. Особенно, если этот человек — твой враг, одержавший победу. Если же оставаться в плену собственных иллюзий, следующий шаг сделать не получится. Так и будешь топтаться на месте.
Я продвинулся дальше на Пути боевого искусства, а мой «товарищ» словно шагнул назад. Его жалкие потуги приводят лишь к одному — раз за разом он теряет контроль над техникой и погружается в воду, покрываясь новыми кровоподтёками и ссадинами.
— Достаточно! — гремит голос Карнато, чьё лицо багровеет.
Видно, что он сильно сдерживается, чтобы не сказать лишнего.
— Вернись на место, Джиан! Пускай другие адепты поставят его на место!
— Н-да, — громко цокает языком Рельмар на другой стороне трибуны. — Как-то обмельчала секта Нефритовой Черепахи, мой добрый друг, — притворно качает головой патриарх, будто всерьёз озабочен состоянием секты соперников. — Вы даже не можете поставить на месте одного зазнавшегося недоросля.
Карнато едва не дымится. Публичное унижение — это последнее, на что он рассчитывал, отправляясь сегодня на турнир.
Я развожу руки в стороны, приглашая жестом следующих соперников. В рядах Нефритовой Черепахи смятение, и уже солидная часть зрителей скандирует моё имя. Много же у Джиана недоброжелателей… Посрамлённый выскочка возвращается на место. К нему, словно няньки и опекуны, моментально слетаются подхалимы всех мастей. Проигравший со злости пинает несколько сидящих рядом учеников.
— Мэйто! — гаркает Рельмар. — Продемонстрируй нашему самоуверенному дилетанту всю силу Лазурного Потока.
— Будет сделано, патриарх! — с готовностью кричат со стороны ближайших рядов.
Ко мне уже спешит мой старый знакомый. Высокий адепт из знатного клана, что унижал ученика, прислуживающего ему на пиру. В отличие от Джиана Мэйто хотя бы одет в практичную одежду. Да, она отличается качеством, что видно невооружённым взглядом, но не такая пёстрая.
Он ступает на воду и быстро скользит к центру арены.
— Ты мог бы стать умелым адептом в секте Лазурного Потока, — кривится собеседник. — Однако выбрал путь жалкой болотной черепахи.
Дождавшись пока трибуны стихнут, он вскидывает изогнутые парные клинки.
— Я ещё в прошлый раз хотел посмотреть, чего ты стоишь, — хмыкает он. — Спасибо, что предоставил мне такую возможность. И в отличие от Джиана я отнесусь к нашему бою серьёзно. Очень уж мне интересно, как преобразится твоё лицо, когда ты будешь умирать, — его оскал становится шире.
— Если драться ты умеешь так же мастерски, как болтать, — мои кулаки покрывают мелкие острые колючки, — то это должно быть интересно.
Выбрасываю руки, посылая снаряды во врага. Молниеносно он взмахивает мечами, отбивая град растительных игл. Не все. Ткань его дорогого ханьфу рвётся в нескольких местах, которые тут же окрашиваются красным.
Мэйто стискивает зубы, и его тело окутывает вода. Рвусь навстречу противнику, избегая водяных хлыстов, но он вкладывает всё больше Ки в свою технику, не желая вступать в ближний бой. Мечами противник плетёт затейливый узор из дальнобойных атак. Это вынуждает меня кружить вокруг него, уклоняясь от техник, в попытке подгадать нужный момент.
Хорошо ощущаю потоки воды под ногами. Несколько водяных щупалец выстреливают снизу, почти достав до меня. Янтарные росчерки, возникнув на долю секунды, бьют с такой скоростью, что его техника испаряется.
— А ты полон сюрпризов! — хохочет Мэйто. — Ничего, батрак, не ты один. Сейчас я покажу тебе родовую технику нашего клана. Смотри внимательно…
Пока он болтает, я выжидаю и, заметив брешь в водных потоках, нападаю. Десятки ударов обрушиваются на аристократа, заставляя его заткнуться. Кастеты со звоном сталкиваются с мечами, и те отлетают
