Читаем без скачивания Чувства - Евгений Сивков

Инна и Гена, образовав студенческую семью, ни разу об этом не пожалели. Гена продолжал усиленно осваивать географические просторы, а вот Инна вновь сменила курс своих увлечений. Она начала писать рассказы, а чуть позже – повести и романы. Сначала для себя, потом посылала в журнал, её охотно печатали. Как только Инна защитила диплом географа, так тут же поступила в литературный институт на высшие курсы. Но и тут произошли перемены. Инна вдруг поняла, что хочет писать сценарии. Тогда она нашла курсы, чтобы параллельно с литинститутом закончить и сценарное дело. Ей попались онлайн-курсы сценарного мастерства, и это стало отличным выходом из сложившейся ситуации. Гена полностью и во всём поддерживал свою жену, не вдаваясь в детали её обучения. Он был счастлив оттого, что Инна ищет себя и постепенно находит. Он же нашёл себя в географии, неожиданно для себя самого влюбившись в эту науку всем своим пылким и искренним сердцем.

Они купили себе собаку – щенка кокер-спаниеля – и назвали его Жерменом. Он стал настоящим любимцем семьи, радуя всех своим игривым нравом. Гена гулял с собакой каждое утро перед работой, а Инна выводила его на прогулку в обед. Вечером они старались гулять вместе, чему неугомонный Жермен радовался изо всех своих собачьих чувств, что выражалось в упоительном разгоне зазевавшихся котов и голубей.

Шло время. Гена часто пропадал на работе. В университете на кафедре, занимаясь своей кандидатской и разрабатывая новые маршруты для путешествий. Два раза в год он срывался с насиженного места, брал с собой студентов и уезжал с ними в самые отдалённые, нетронутые человеком места. Гена очень любил эти практики. Летом он наслаждался такой жизнью целый месяц, зимой же – только неделю, но и этого было достаточно, чтобы сбросить с себя все навалившиеся за полгода проблемы, опасения, сомнения, тревоги и вновь начать всё с чистого листа. Единственное, что омрачало его путешествия, – разлука с Инной. Это действительно явилось проблемой, особенно в первые его выезды. Но вскоре оба привыкли и стали относиться к этому философски. При этом созванивались, если была такая возможность, ежедневно.

Гена много раз звал Инну с собой, но её постоянная учёба не отпускала. Сценарное искусство поглотило её с головой. Девушка целыми вечерами что-то усиленно писала, о чём-то думала. Иногда Гена заставал её за письменным столом и среди ночи, случайно проснувшись, чтобы попить воды. Инна в трусиках и маечке ходила у стола и что-то бормотала, потом садилась за ноутбук и быстро печатала. Эти ночные бдения не раздражали Гену. У каждого человека может быть своя причуда, а у творческого – даже несколько.

Инна незаметно для себя стала самой лучшей ученицей курса у Гоги. Её талант заставил строгого учителя изменить своим правилам и начать общаться с ней, забыв про свою не совсем разборчивую речь – результат травмы. Но Инна всё понимала и готова была часами слушать наставника. Они беседовали по «Скайпу», обсуждая детали её домашних заданий. Пришло время написать сценарий полнометражного фильма – первую серьёзную работу начинающей сценаристки. Инна вся ушла в работу, но в один момент у неё вдруг всё застопорилось. Она никак не могла описать ту часть сценария, где главный герой изменяет своей жене.

Звук «Скайпа» оторвал Инну от раздумий. Она ответила на звонок. В мониторе появилась голова её наставника – Гоги.

– Инна, добрый вечер! Как ваши дела?

– Отлично! В целом! Вот только со сценарием… – голос Инны звучал грустно и немного раздражённо.

– Вижу, я прочитал. Это совсем не то. Искусственно всё, не по-настоящему. До этого момента всё было как по маслу, а тут ступор, – Гога улыбнулся, наблюдая за реакцией Инны. – Но я, кажется, придумал выход.

– Какой? – в голосе прозвучала надежда, которую трудно скрыть.

– Чтобы прочувствовать то, чего с вами никогда не было, надо попробовать это воссоздать! Мы будем с вами переписываться, флиртовать, влюбляться в переписке по «Скайпу» и постепенно выйдем на свидание. Вы сами проживёте это всё, от себя. Постепенно вы поймёте, какими словами передать свои чувства, а не чувства персонажа. А потом мы выдернем из всего этого то, что нам нужно, и поверьте, это будет очень по-настоящему!

Инна согласилась. Удивилась немного, но согласилась. А вскоре и совсем забыла про странность и нетривиальность предложенного решения. Ей стоило некоторого труда абстрагироваться от реальности. Представить себе Гогу как объект её желаний у Инны так и не получилось. Всему своё время, как верно рассудила Инна, и окунулась в виртуальный, эфемерный, несуществующий роман.

Гена не сразу, но стал замечать изменения в поведении Инны. Всё чаще гулять с Жерменом Гена выходил один. Заработавшаяся Инна даже не замечала призывно крутящего хвостом пёсика. Теперь она почти всегда работала допоздна, не ложилась с мужем в одно и то же время, а приходя и устраиваясь под бочком далеко за полночь, тут же засыпала. Сексуальная жизнь из-за этого несколько разладилась. Смертельно уставший Гена засыпал рано, так и не дождавшись супругу, а утром убегал на работу, пока она ещё спала. Инна же, витая в своих мыслях, словно забывала про реальную жизнь. Её история, которую она носила в голове, постепенно вытесняла реалии окружающего мира. Секс у них всё же случался, когда Инна будила Гену своими прикосновениями, ласками, а Гена, изголодавшийся по её теплу, охотно, хоть и первые полминуты сквозь сон, принимал их и даже переходил к активным действиям.

Но вскоре и эти редкие минуты близости утонули в их общей усталости. Гену это тревожило. Непонятное чувство зарождалось глубоко в душе. То чувство, которое он меньше всего хотел ощущать. Но Гена отбрасывал тень сомнения так далеко, что всякий раз искренне забывал о проблемах, лишь только видел Инну. К сожалению, о проблемах Гене постоянно напоминали.

Сергей Валентинович, доцент кафедры, на которой работал Гена, сорокалетний мужчина, высокий, красивый, жил один. С женой он развёлся три года назад и постоянно говорил об этом как о самом счастливом моменте своей жизни. Сергей Валентинович был назначен руководителем Гениной кандидатской. Особым умом он не блистал, но вот опыт за спиной был огромный. Гена это ценил. Сергей Валентинович был словно географическая энциклопедия. Почти на все вопросы он знал ответы, причём за свои сорок лет, что немало удивляло Гену, большинство из этих ответов были получены эмпирическим путём, на собственном, так сказать, опыте. В общем, Сергея Валентиновича Гена уважал и прислушивался к нему по всем вопросам, даже по личным. Несмотря на свой статус разведенца, а скорее именно благодаря ему в любовных делах Сергею Валентиновичу не было равных не только на кафедре, но и на всём факультете. К нему за советом обращались большинство работников, от аспиранта до академика. И всем Сергей Валентинович мог угодить, подсказать, надоумить. Что и говорить, такие профессионалы в сложном мире любви и отношений на вес золота.

Именно Сергей Валентинович на правах руководителя сам заговорил с Геной о его проблемах, позволив себе предположить, что таковые у него имеются. Услышав скупой рассказ о странном поведение Инны, Сергей Валентинович сразу же предположил, что у Инны кто-то есть. Гена даже слушать не стал. В тот день, плюнув на субординацию, он послал своего руководителя куда подальше и ушёл домой раньше времени. Червь сомнения, которого Гена усиленно прятал в самых глубоких уголках души, позволил себе впервые вылезти наружу. Гена сумел его загнать обратно, но вкус горечи он после себя оставил, и теперь не чувствовать его было невозможно. Сергей Валентинович ничуть не обиделся на резкие слова Гены. Наоборот, на другой день он извинился сам, что давеча рубанул с плеча. Но попытки «лечить пациента» не оставил.

Гена каждый день заводился от слов своего руководителя. Как вода капля за каплей точит камень, так и Гену разъедали каждодневные разговоры о женских изменах и коварстве. Однажды Гена не выдержал и попросил сменить тему, ведь всё равно это не правда. Не могут все женщины быть такими плохими, как их описывает доцент. Но это доцент предложил проверить. Вместе они выбрала замужнюю, недавно пришедшую на соседнюю кафедру аспирантку. Каждый день её встречал любимый муж с ребёнком. Именно на ней Сергей Валентинович собирался подтвердить свои слова. Гена не принял этот вызов всерьёз, однако уже через две недели Сергей Валентинович принёс Гене фотографию полуобнаженной аспирантки, спящей в его объятиях. Глядя на это интим-селфи, Гена с трудом удержал рвотный рефлекс. Ему было ужасно противно, но вместе с этим чувством пришло и другое. Теперь червь сомнения уже не возвращался в свою нору.

Гена уезжал на зимнюю практику растерянным и встревоженным. Инна впервые не пришла его проводить. Она осталась дома переписывать главу, которая начала наконец-то получатся. Перед тем как на прощание поцеловать мужа на пороге их квартиры, Инна радостно сообщила, что теперь всё будет хорошо. У неё начало получатся, и когда Гена вернётся, у них вновь всё будет хорошо, она уверена. Это сообщение, вместо того чтобы ободрить Гену, лишь ещё больше омрачило предстоящую поездку. Гена запутался и нервничал. То чувство, которое разрывало его душу, оказалось не на шутку серьёзным и сильным. Гена уехал на практику, и все семь дней мысли его существовали отдельно от тела. Это не спасало от мук ревности.