– Если бы не рунные клинки, порвала бы тварь нас всех, – тихо сказала она, заставив вздрогнуть Сашу.
-Эти ножи мне подарил мой учитель. Их выковали из голубой стали в Огне Светила в недрах Стальных гор, – гладя один из клинков, сказал принц.
-Поистине королевский подарок, прошедший сквозь миры – лукаво произнесла ведунья.
Саша резко повернулся и испытующе посмотрел в весёлые глаза этой крепкой, несмотря на возраст женщины.
-Ты?!…
-Я, конечно, догадывалась, кем ты можешь быть, но, сегодня ночью услышав ваш разговор с Вапри, в моей голове всё стало на свои места, – всё также улыбаясь, говорила ведунья.
-Посуди сам. Ты вышел из Ледяного леса, который находится в глубине острова Норта, а ведь лоримам точно известно, что на нашем острове нет больше людей. Твоё странное оружие, очень хорошее оружие, кстати. Такого оружия я ещё не видела ни у одного даже очень богатого лорима. Нам всем просто повезло, что твой учитель подарил тебе изделие подземников… Они ведь, подземники-то, вечно с у-дур воюют. Там, в горах этой гадости пруд пруди. Вот они и навострились оружие рунное ковать. Только альвы, подземники, эльфы – это для нас не более чем старая сказка…
Да и вот ещё что. Не все знают, да и не во всех летописях это сказано, у-дур только там обитают, где есть Трещина. Трещина между Мирами. Их ещё Стражами Межи называли когда-то, да только запамятовали уже люди. Кому надо – тот помнит, да не треплется. Стражи сии потому и в Ледяном лесу и сидят да не выходят. Хранят Межу – Трещину Миров, чтобы, такие как они, в наш мир не заглядывали.
-Поэтому она меня и почувствовала? А как же другие? – Саша, уже не скрываясь, говорил в тон своей собеседнице.
-Всё просто. Вапри она до человечинки дюже охоча, не то, что её проклятые сестрицы.
-За мной ещё один вошел.
-Вот его они и почувствовали. Только если он до сих пор воду мутит и тарков на городища наши ведёт, значит, дюже сильный Ворог им попался. Только не пойму, что за зверушка за тобой увязалась…
-Это Безликий… Больше некому… – как бы говоря вслух, задумчиво сказал принц.
-Погодь, – по лицу улыбающейся ведуньи, вдруг пробежала тень. Не та ли это гадость, что двести лет назад разрушила древний Меленвиль.
Сашу будто молнией ударило. Чувствуя слабость в ногах, он стал опускаться на землю, не замечая испуганное лицо Наримы и не обращая внимания на боль.
-Двести лет? Ты ничего не перепутала?
-Как же я могу перепутать? Ещё конунг наш Великий Бьярн Железнолобый, дед нынешнего конунга Дорле Рыжебородого не вернулся из-за Хладного моря. Погиб в бою, вместе с дружиной. Один барркан только и вернулся… Вои ещё сказывали, так и в летописях написано, что Тьма теперь правит на землях тех…Наши корабли уж и не ходят в ту сторону… А теперь видишь как получается и до нас беда дошла… Не зря значит пытался наш конунг помочь тамошним королям… – каждое слово ведуньи, словно раскалённый окатыш падающий с шипением на воду, обжигало сердце.
-Двести лет…Двести лет… – твердил он охватив свою голову руками. Его бессмысленный взгляд блуждал по поляне, ничего не выражая. На остановившихся глазах появились непрошеные слёзы отчаяния. Отец…Матушка…Я опоздал, я опоздал на двести лет…Простите меня…Простите…Альдор, как же так?
Растерянная Нарима стояла, опустив руки, не зная, что делать. Она то и дело озиралась ища поддержки вокруг, но не находила её…
Саша в глубине сердца надеялся, несмотря на то, что Альдор когда-то уверил его в том, что его родители не могли выжить в том страшном бою. Надеялся, что они всё-таки живы…Двести лет…Только что Саша ощутил по-настоящему, что значит одиночество. Он будто древний призрак из прошлой эпохи никому не нужный изгой-одиночка появился здесь неизвестно зачем…
Он сидел на земле, поджав колени к груди и уронив голову на руки. Что-то начинало ломаться у него внутри. Что-то, что постоянно поддерживало его. Нет, он не должен раскисать! Хотя бы ради этих людей доверившихся ему. Они постепенно стали близки ему. Он знал их поименно, знал историю каждой из них. Беда сроднила их. Он должен закончить начатое – довести их до Хирмальма. А там будь, что будет…
-Да, что же ты так убиваешься дитятко? – расстроенный голос ведуньи вывел его из оцепенения. Он поднял свои серьёзные глаза на нее, будто пытаясь, увидеть что-то и спросил напрямую:
-Ты знаешь, кто я? Она посмотрела в его решительные глаза и ответила:
-Важно, чтобы ты сам знал это…
Он давно знал кто он такой, просто сегодня он, наконец, нашел смелость в своём сердце признаться самому себе, кем он является на самом деле.
– Я Ксандр, сын Родэрика Второго и Элеоноры Свиэльмской. Наследник престола Меленвиля. Унесенный во время штурма Жемчужного дворца двести лет назад в иной мир, придворным магом королевства, охраняемый тремя верными воинами. Я вырос там, в доме для сирот не зная своего настоящего имени, не зная своих родителей, не зная своего рода, не зная своей родины и не зная своего мира. Но я снова встретил друзей, рискнувших когда-то своей жизнью, унося меня сквозь Трещину Миров. Они дали мне умения и оружие, но так получилось, что Межа пропустила только меня. Всё получилось, но не так как они думали…
Я принц-изгой, пришедший сквозь Трещину, на обломки того, что строили и созидали мои предки много веков. Я опоздал на двести лет. Всё что мне осталось сделать – это пересечь Холодное море и вернуться на мою родину, чтобы погибнуть с честью среди её осколков.
Пораженная Нарима слушала его, затаив дыхание. За эти дни её привычный мир разрушился в пух и прах. На её глазах оживали древние легенды и пророчества. Сбывалось предначертанное древними пророками, но только виновник всего этого ещё ничего не подозревал об этом. Она будет первой, кто укажет ему правильный путь…
-Теперь послушай, ещё кое-что, что знаю я и что должен знать ты, Белый Воин…
Глава 23.
Погоня.
Шли уже намного быстрее. Лес менялся и редел на глазах. Если ещё вчера они продирались сквозь непроходимые колючие кусты и заросли молодых, растущих как попало деревьев, то сегодня уже можно было с уверенностью сказать – скоро покажется море. Обуславливалось это многими факторами. Мелкие, больше похожие на крупные кусты, скрюченные деревца росли в достаточной отдалённости друг от друга. Полян и прогалин было намного больше. Почва изменилась до неузнаваемости, превратившись из густо перемешанных иголок, прошлогодних листьев, тёмной земли и мелких кусочков коры в тёмно-желтую песочную массу.
Песок был повсюду. Он лежал волнистым покрывалом, плотно утрамбованный и, казалось, отполированный постоянными морскими ветрами. Только кое-где ещё встречались проросшие уродливые, но крепкие растения. Они не росли вверх, а больше стелились по песчаной земле. Прижатые и обожженные со всех сторон солнцем и сильным солёным ветром, они старались выживать даже при таких условиях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
