Великий Гончар
создает мириады творений,
Рождает все сущее
щедрое лоно Земли.
Покой и движенье
отличны одно от другого,
И свет с темнотой
абсолютно несхожи они.
Едва лишь постиг я
нехитрые истины эти,
К чинам и наградам
стремленья бесследно прошли,
Люблю тишину,
одиночество и безмятежность
Да книги еще,
что мне с детства отраду несли.
Не вынести, видно,
обузу трудов и желаний,
На западе солнце
садится за горный хребет...
Как долог мой путь
и малы обретенные знанья!
Как тяжек мой груз,
а природных способностей нет!
Достойный пример
Чжоу Жэнь поколеньям оставил,
Чисты его речи
и ясны как солнечный свет.
Везти со старанием
надо б свою мне поклажу,
Да ночи не сплю
в ожиданье неведомых бед.
Мне ваше письмо
драгоценнейшим стало подарком,
У частием добрым
и искренним чувством согрет.
Легка ваша кисть,
и ваш слог безупречно изящен,
А мне, я боюсь,
не удастся достойный ответ!
Источник: "Резной дракон. Поэзия эпохи Шести династий (III-VI вв.) в переводах М. Кравцовой", 2004
Третье стихотворение цикла ("Как и хотел, я вернулся в уютный свой дворик...")
Как и хотел,
я вернулся в уютныйсвой дворик,
Полон желанья
навек распрощаться с делами.
Вы же сейчас
по весеннему лугу идете,
Стелются травы
узорным ковром под ногами.
Но без отрады
на их красоту вы глядите —
Близкого друга
по-прежнему нет рядом с вами.
Сердце тоскует,
и вновь погружаетесь в думы,
Думы о том,
с кем увидеться страстно мечтали.
Кисть я беру
и пишу эти новые строки,
Только боюсь,
мне не выразить чувства словами!
Примечания
Хэ Шао (236-301) — близкий друг Чжан Хуа и тоже представитель "Поэзии в стиле Тайкан".
Великий Гончар — типичная для даосской философии метафора изготовления глиняных изделий, связанная с образным сравнением Дао с Великим гончаром, сотворяющим "все десять тысяч вещей"..
Чжоу Жэнь — древний чиновник, упоминаемый в конфуцианских канонических сочинениях, где он называется образцом благородной личности.
Источник: "Резной дракон. Поэзия эпохи Шести династий (III-VI вв.) в переводах М. Кравцовой", 2004
Пань Юэ (247?-300?)
Уроженец центрального региона Китая (область Жунъян на территории современной провинции Хэнань), представитель "Поэзии в стиле Тайкан".
Как сказано в его жизнеописании, Пань Юэ в детстве обнаружил столь выдающиеся способности и таланты, что окружающие называли его "дивным подростком". В возрасте около 20 лет он сдал экзамены на чиновничью должность, получил степень сюцая и поступил на службу, но сразу же после прихода к власти династии Цзинь подал в отставку, сославшись на болезнь, и более десяти лет провел вне столицы. Возвращение к официальной жизни на первых порах привело к его стремительному возвышению (вплоть до поста начальника Департамента государственных дел, шаншулан). Однако затем, подобно многим другим "тайканским" литераторам, Пань Юэ оказался непосредственным участником междоусобных распрей и был казнен.
В историю китайской литературы Пань Юэ вошел не только как поэт, но и как воплощение мужской красоты: по рассказам, он был настолько хорош собой, что, когда проезжал по столичным улицам, женщины забрасывали его экипаж цветами и фруктами.
Поэтическое наследие Пань Юэ невелико — всего 15 стихотворений, лучшими из которых считаются три стихотворения-плача, объединенные в цикл "На смерть жены". Будучи признанным шедевром лючаоской любовнолирической поэзии, этот цикл оказал заметное воздействие на всю последующую художественную словесность: подобные произведения создавались многими другими поэтами, в том числе уже танскими авторами.
Источник: "Резной дракон. Поэзия эпохи Шести династий (III-VI вв.) в переводах М. Кравцовой", 2004
Перевод: Кравцова М.Е.
"На смерть жены"
Первое стихотворение цикла ("С тех пор уж зима и весна миновали...")
С тех пор
уж зима и весна миновали,
Мороз и жара
друг за другом прошли.
Она же,
вернувшись к печальным истокам,
Навечно осталась
под кровом могильной земли.
Кто сможет понять,
как мне больно и горько?
Зачем я по-прежнему
делаю что-то, живу?
Весь год я усерднейшим
был из придворных,
Делами стараясь
отвлечь свое сердце и ум.
Но дом наш увижу —
и снова ее вспоминаю,
А в спальню вхожу —
пред глазами счастливые дни.
Волос ее тень,
как привык, не мелькает на ширме,
Но туши и кисти
на ней так заметны следы.
Ее аромат
до сих пор по покоям витает,
Любимые вещи
со стен не снимали пока.
Все время мерещится,
будто она где-то рядом,
В себя прихожу —
с новой силой нахлынет тоска.
Мы были как птички,
что парою в роще порхают,
Уселись в гнездо,
а наутро осталась одна.
Как рыбки мы были,
что парой резвятся в стремнине,
Бок о бок плывя,
но ее унесла вдруг волна...
А ветер весенний,
дразня, проникает сквозь щели,
И утренний дождик
с карниза свисает капелью.
Бессонницей маюсь...
Когда же наступит забвенье?!
Но дни все минуют,
а мне тяжелей и больнее!
И вот в ожиданье,
когда этот мир я покину,
Сижу, как Чжуан-цзы,
и бью по пустому кувшину...
Примечания
Печальные истоки — Печальный источник (Цюнцюань) — одно из названий царства мертвых.
Весь год — цикл был написан Пань Юэ через год после смерти жены, то есть по окончании официально принятого срока траура по ней.
Но туши и кисти на ней так заметны следы — речь идет о надписях или росписях, которые были сделаны женой на шелковых поверхностях ширмы.
Сижу. как Чжуан-цзы — намек на легенду о древнем даосском философе Чжуан-цзы (369?-286? до н. э.), приведенную в приписываемом ему одноименном трактате. В этой легенде повествуется, что после смерти жены он, сидя на земле, пел
