– Я бы не зарекалась, – фыркнула мышка. – Но в одном вы правы, Наследник, нам пора. Потому доставайте кинжал.
– Всем оставаться на своих местах! – прозвучал приказ и из леса вышел мужчина в защитной форме.
– Это просто театр абсурда, – Арни повернулся в сторону мужчины.
– Ты еще кто такой? – Александр заслонил собой Элайю, – уходи, друг, мы их задержим.
– Он не будет стрелять, я чувствую, – улыбнулась Ксюша, – уходите.
– Что значит, не буду? – изумился военный, – А ну руки вверх, – рявкнул он, затем покачнулся и обмяк в руках Бульдога.
Телохранитель Арни появившийся из леса за спиной военного, довольно сильно изменился. Он стал выше ростом и еще больше раздался в плечах. А вот складок на его лице, постепенно превращающемся в широкую морду, становилось все меньше.
– Я должен защитить господина, – пробасил Бульдог и бережно уложил спецназовца на траву. Потом подошёл к Арни. – Наследнику пора домой.
– Наследнику да, а я остаюсь. – Арни похлопал телохранителя по мускулистой волосатой руке, на которой начала расползаться рвущаяся одежда, – Спасибо тебе за все. Теперь защищай его.
– Кого? – удивился Бульдог.
– Его, – Арни ткнул пальцем в Элайю.
– Беда с троллями, – вздохнула мышка. – Вечно все перепутают.
Стилет вырвался из земли и, взлетев в воздух над головами друзей, выпустил из острия луч света. Этот свет казался плотным и густым. Свиваясь в кольца, он сформировал сияющий тоннель. Деревья, вытащив узловатые корни из земли, двинулись в его сторону. Куст рядом с Ксюшей скользнул по ее руке бархатным перистым листиком, прощаясь, и припустил за остальными растениями. Даже трава под ногами шевелилась, скатываясь в подвижные мягкие клубочки, и отправлялась в путешествие. Не прошло и нескольких минут, как поляна вокруг них исчезла. Коридор захлопнулся, превратившись в сияющую звездочку, растворившуюся в воздухе.
Ксюша, Сашка и Арни оказались на пустоши у болота. Солнце красным закатом освещало лес перед ними. А у их ног стонал оглушенный спецназовец и отчаянно ругался эсэсовец. Между ними лежал нетбук Элайи.
– Всем оставаться на своих местах! – раздался крик и из леса вышли люди в такой же форме как у спецназовца.
– Да когда ж это кончится! – возмутился Сашка.
– Мы свои, свои, – замахал руками Арни и прошептал друзьям. – Хотите спокойной жизни, повторяйте только то, что я сейчас скажу. Здесь есть дядя Игорь, друг Элайи? – крикнул он.
– Я его хороший знакомый, – от группы военных отделился высокий светловолосый мужчина. – Что здесь произошло? Где Элайя? Куда они дели его тело? – он жестом отдал приказ и один из военных поспешил подобрать с земли лэптоп.
– Тело? В болота отнесли. Туда, – Арни махнул рукой, – их было еще двое таких же, – он ткнул пальцем в ругавшегося фрица, – а ваш спецназовец с ним дрался и спас нас, – завершил он свой бредовый рассказ. – Еще тут было много сиреневого тумана, – добавил он, дружелюбно улыбаясь.
– Тумана? – переспросил военный, удивленно подняв бровь вверх.
– Ага, – радостно закивал Арни. – Много. У нас от него теперь жутко голова болит.
– Ладно, – поговорим с вами позже, – кивнул военный и стал отдавать приказы. Суть их сводилась к прочесыванию болота и поиску других похитителей.
Ребят отвели в сторону, ближе к лесу, предоставив самим себе. Один из спецназовцев топтался неподалеку. Но было видно, что ребят он всерьез не воспринимает.
– Причем здесь туман? – зашипел Арни в ухо Александр. – Ты же сам говорил правду не рассказывать.
– При том, Арни прав. Пусть думают, что нас чем-то накачали, – наклонилась к ребятам Ксюша. – Потому мы не можем толком ни лиц похитителей, ни требований их вспомнить.
– Тогда понятно, – сказал Сашка и добавил. – Слушайте, а как вы думаете, у меня есть шанс попасть на соревнования? Это ж завтра к десяти. Наши приключения уже закончились?
– Слышь, друг, – серьезно сказал Арни. – Этот главный военный не кажется мне придурком. Он внушает доверие, а я в таких вещах понимаю. Думаю, мне удастся его убедить, что мы ни причем и отпустить нас уже сегодня. Так что успеешь на свои соревнования.
– Серьезно?
– Поверь, я и не такие сделки проворачивал, – улыбнулся Арни.
Эпилог
Два человека в штатском угрюмо сидели у стола перед большим прозрачным стеклом. За ним шел допрос. Светловолосый сухопарый мужчина четко и коротко отвечал на вопросы спрашивающего. Ответы переводил сидящий рядом со следователем немолодой переводчик.
– Он говорит, что дальше будет разговаривать только с вашим командованием, – сказал переводчик – Потому что он не просто солдат, а высокопоставленный офицер. Повторяет номер части…
– Хватит, – следователь устало посмотрел на упрямого немца и кивнул переводчику. Они встали и вышли из комнаты.
Когда дверь закрылась, один из людей в штатском махнул рукой, отпуская переводчика. Второй, умудрившийся вальяжно устроится на неудобном стуле, заложив ногу на ногу, задумчиво рассматривал носок полированного ботинка.
– Вот Данил Владиславович, приехал к нам гм… коллега из Москвы. Хочет узнать, что мы думаем по поводу задержанного? – сказал следователю человек, отпустивший переводчика.
– Я бы решил, что этот парень псих, Павел Игнатович. Но говорит он убедительно, а главное вспоминает массу деталей.
– Психи бывают убедительными, – подал голос вальяжный тип.
– Бывают, – покладисто сказал следователь, – Только у нас три таких психа. Показания всех совпадают.
– Коллективная галлюцинация, – хмыкнул вальяжный. – На западе в моду вошел неофашизм. У молодых людей крышу сносит.
– Это у молодых. Нашим задержанным на вид лет по сорок, – упрямо сказал Данил Владиславович. – А самое главное, Павел Игнатович, – теперь он непосредственно обращался к своему начальнику. – Я проверил их данные. Все совпадает. Служили такие люди в фашисткой армии и пропал без вести на затонувшем корабле. Но и это не все, – торопливо сказал следователь, замечая, как скривились губы вальяжного, – я нашел их фото. Дела этих военных сохранились в немецких архивах и оцифрованы. Можно было бы сказать, что задержанные – фанаты подделок. Сделали себе татуировки приглянувшегося спецподразделения. Допустим, увидев, что похожи на каких-то людей и украли их биографии. Вот только совпадает еще и группа крови, и отпечатки пальцев. И самое главное, где мотив? Какой смысл выдавать себя за фрицев, по которым трибунал плачет?
– Вы хорошо поработали. Быстро, – поджал губы вальяжный. – И когда анализы успели сделать?
– Так Окуленко лучший следователь, я ж говорил, Иннокентий Сергеевич, – осторожно вклинился в разговор Павел Игнатович.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
