Читаем без скачивания Век эмпирей - Тони Гонзалес

— Я никогда никому не говорил этого прежде, — начал Брокер, в то время как наладонник Отро почти дымился от потока чрезвычайных сообщений. — Но вы, кажется, начинаете меня сердить.

Корвин не был уверен, только ли он видел крошечную вспышку, движущуюся от станции на линейном корабле, летящем непосредственно перед «Никсом». Мгновением раньше необъявленное изменение вектора едва не привело несколько военных кораблей эскорта к столкновению друг с другом. Это было последней каплей, он понял, что другие пилоты наконец засомневались в происходящем. Что-то надо было предпринять, и беспокойство заставило его сделать объявление публично, на командном канале, где его все могли слышать.

— Суперсвятой-один, это — Эхо-шесть, запрашиваю обновленную директиву полета и инструкции эскорта.

Ответ адмирала Нуара был громким, злым шипением:

— Эхо-шесть, еще одна попытка — и вы будете отставлены от командного канала!

Корвин видел, что формирование ослабилось по мере того, как прибыли дополнительные военные корабли калдари. Он быстро подсчитал, что флот Федерации был увеличен приблизительно в пропорции три к одному. Несомненно, противники думали то же самое.

— Да, сэр, — ответил он, наблюдая, как фрегат флота Альянса занимает позицию рядом с ним. Его оружейные башни уже были направлены на него.

— Это был проклятый взрывной электромагнитный импульс, — сообщил Менс со своего линейного корабля класса «Ворон», приблизившись к станции. — Форменный разряд прямо по излучателям щита в юго-западном квадранте. Черт, как этого никто не заметил, не понимаю. Вспышка, которую каждый видел, была от электростатических дуг, которые возникли, когда полетел переключатель. Все на верхних палубах работает на резервной мощи… Отро, целая часть станции не защищена!

Мила, которая слушала изнутри пассажирской бортовой каюты, еле сдерживалась, чтобы не запаниковать.

— Это — он, да? Брокер?

— Да, — ответил Отро. — Я должен эвакуировать отсюда людей…

— Отдай, — внезапно взмолилась Мила. — Отдай ему эту проклятую вакцину, и покончим с этим!

— Отро, «Никс» набирает скорость, — предупредил Менс, ведя свой военный корабль рядом с парой линейных кораблей «Ишуконе» класса «Скорпион», столкнувшихся с флотом Федерации. Потоки гражданских шаттлов, катеров и военных кораблей уже выскальзывали из пещероподобного ангара станции, пролетая мимо. — Из центра управления станцией только что сообщили, что капитан — этот самый Нуар — игнорирует их требования изменить курс. Я прошу подкрепления, но у нас нет времени или огневой мощи, чтобы нейтрализовать его, он вне досягаемости.

Милу не интересовала ничья жизнь, она думала только о брате.

— Какого черта, убирайся как можно скорее, — кричала она. — Погружайся на корабль и сматывайся!

— Мила, еще не время, — сказал он. — И я не уеду, пока не заберу отсюда всех…

— Отро, погоди, — она запнулась, понимая ужасную правду. — Где хранятся твои клоны?

— Здесь, — ответил он.

На станции оглушительно ревели сирены тревоги, оповещая об эвакуации.

— Дамы и господа, пожалуйста, следуйте за персоналом, вы будете в безопасности. — Отро кричал так громко, как только мог, без отчаяния в голосе. Стражи «Ишуконе» были всюду, сопровождая людей к выходам. Челноки ждали снаружи, чтобы доставить эвакуируемых к платформе ангара или к ближайшим аварийным отсекам — только бы поскорее увести людей со станции. — Это никакая не тренировка! Это — время для каждого, чтобы уехать!

— У вас остается последний шанс, — шептал Брокер в ухо Отро. — Продайте инсорум мне.

— Я не могу этого допустить, — сказал Отро, нижняя губа его дрожала, когда он видел панику, охватившую людей. — Никогда.

— Дорого же вы заплатите за это. «Ишуконе» и Альянс Калдари погибнут по вашей милости. Жаль, что вы не будете жить достаточно долго, чтобы сожалеть о вашем решении. Я с удовольствием посмотрел бы, как вы страдаете из-за этого.

— Вы никогда и нигде от меня не скроетесь, — поклялся Отро, заключив договор с дьяволом. — Даже в аду.

Вадис нашла его в разгар беспорядка.

— Вот это — она указала на окно, сквозь которое вырисовывались очертания «Никса», — причина эвакуации?

— Да, — признал Отро, вынимая наушник. — Адмирал Нуар или игнорирует наши запросы о том, чтобы изменить курс, или больше не находится в команде судна.

— Ерунда, — усмехнулась она, вынимая собственный наладонник. — Алекс, старина, что, черт возьми, вы делаете с вашей огромной игрушкой? Вы здесь всех перебаламутили совершенно безо всякого резона…

— Господи, — сказал адмирал Нуар. — Я вижу, как передо мной открываются золотые врата, сейчас, на заре моего самого большого вклада в победу расы галленте.

— Адмирал, вы… совсем лишились здравого смысла…

Ее голос затих, когда она поняла, что адмирал Нуар передавал их беседу и по местной сети, и вне ее, и представители СМИ, могли его слышать.

Старый «адмирал» теперь обращался ко всему Новому Эдему на заключительном витке «своей» жизни.

— Я обязан… во имя моей возлюбленной Федерации свести счет с этой ненавистной расой, проклятыми калдари. На протяжении всей моей жизни я скорбел о Иеромонте, желая, молясь, стремясь к тому дню, когда я смогу нанести ответный удар от имени тех душ, которые погибли. Судьба даровала мне эту великую возможность, этот великий момент, отомстить за всех тех, кто отдал жизнь за Федерацию, истинного хранителя нашей драгоценной расы галленте… ныне покойтесь с миром, славные души Иеромонта, и вы, родственные души почивших из Нувель Рувенора, зная, что я заберу то, что было украдено у вас… Будьте прокляты вы, калдари… я забираю столь многих из вас, сколько смогу!

Сотрясаемый дрожью, Отро Гариучи дотянулся до своего наладонника.

Хотя Корвин не мог ни допустить того, чему он только что стал свидетелем, ни поверить в то, что он только что слышал, его инстинкты выживания возобладали над действиями, и он начал отдаляться от обреченного «Никса», поскольку в противном случае это вело к неизбежному катаклизму. Словно следуя его примеру, другие суда Федерации начали делать то же самое. Прямо по курсу он видел эскадрильи истребителей, отрывающихся от взлетно-посадочной полосы супертранспорта, немедленно взмывающих вверх, образуя дугу ближе к хвостовой части судна, чтобы избежать столкновения.

Командная линия передачи разразилась еще большей злобой адмирала Нуара.

— Мы окружены! Переходите в наступление, идиоты! Боритесь за жизнь, пока еще можете!

— Мила, послушай, — умолял Отро. — Ты здесь, сестричка? Необходимо, чтобы ты очень внимательно меня выслушала…

Она была потоком слез, опасения, сожаления и гнева, пробуя обрести самообладание, чтобы прислушаться к прощальным словам брата.

— Я хочу передать координаты системы UBX–CC, сказал Отро, пытаясь оставаться спокойным. — Именно там размещена лаборатория по производству инсорума, никто еще не знает об этом… средство, которое должно было стать твоей защитой, а теперь становится твоим бременем. Ты слышишь меня? Мила!

— Да, — прошептала она.

Отро назвал три комбинации из девяти чисел: звездные координаты сетки.

— Там есть врата ускорения, — продолжил он. — Ты будешь допрошена дронами, они зададут вопросы личного порядка, ответы на которые знаешь только ты. Только так они будут знать наверняка, что это — ты, а не какой-то самозванец. Пожалуйста, скажи хоть что-нибудь, у меня почти не осталось времени…

— Да… — отозвалась она дрожащим голосом, сквозь слезы. Менс, погруженный в капсулу «Ворона» в десятке метров над ней, чувствовал, как его собственные слезы смешиваются с нейроэмбриональной жидкостью, окружавшей его.

— Мила, и еще… дай инсорум Малету Шакору. Не бери за это никакой оплаты, ни единого кредита. Это не может искупить все дурное, что я совершил, но я не буду торговать больше жизнями за деньги. Хорошо? Обещаешь?

Силуэт «Никса» занимал собой почти весь иллюминатор.

— Отро, пожалуйста, не уходи, умоляю, не надо…

— А теперь я хотел бы, чтобы ты с Менсом исчезла, — ответил Отро, наконец теряя самообладание. — Держись подальше от Хета… дроны о тебе позаботятся. Пережди бурные дни… используй время на что-то хорошее. Ты должна быть сильной, я знаю, что ты — сильная… из-за этого все и произошло… Я…

Отро боялся смерти, но был благодарен за то, что ему дан шанс вновь почувствовать себя человеком.

— Я люблю тебя, Мила. Я — твой брат, так что мне и уходить первому…

Ангел смерти пристально смотрел Отро в глаза. «Забирай меня, — думал он. — Только, пожалуйста, как можно дольше не приходи за ней».