Читаем без скачивания Запах соли, крики птиц - Камилла Лэкберг

— Прежде чем что-либо предпринять, нам надо во всем разобраться, шаг за шагом, — сказал Патрик, наконец нарушив молчание. — Нельзя допустить ни малейшей ошибки, — добавил он, и все согласно закивали. — Первый звонок прозвучал, когда из списка владельцев собак исчезло одно имя. Когда Йоста составлял список и Анника потом соединяла имена с адресами, там значилось сто шестьдесят фамилий. Когда же список попал ко мне, их оказалось только сто пятьдесят девять. Не хватало имени Туре Шёквиста, живущего в Толларпе.

Все промолчали, и Патрик продолжил:

— К этому я еще вернусь. Но в результате кусочек пазла наконец улегся на место.

Все уже знали, что последует дальше, Мартин оперся локтями о колени, закрыл лицо руками и зажмурился.

— Я все время чувствовал, что места убийств кажутся мне знакомыми. А когда наконец понял откуда, убедиться в связи не составило труда. — Он сделал паузу и откашлялся. — Места проживания жертв на сто процентов совпадают с регионами, где служила Ханна, — тихо сказал Патрик. — Я видел их названия в ее документах, перед тем как мы приняли ее на работу, но… — Он развел руками и предоставил Мартину продолжать.

— Когда я смотрел пленку с записью вечера убийства Лиллемур, меня что-то смутило. И когда Патрик рассказал о Ханне… Ну, мы лучше покажем.

Он кивнул Патрику, и тот включил запись. Они заранее перемотали пленку до нужного места, и буквально через несколько секунд на экране возникла бурная ссора, а затем появились Мартин и Ханна. Все увидели, как Мартин стоит и разговаривает с Мехметом и остальными. Затем камера последовала за Лиллемур, которая в отчаянии, но в полном неведении, что бежит навстречу смерти, удалялась в направлении селения. Далее камера выхватила крупным планом Ханну, говорившую по мобильному телефону. Патрик остановил картинку и посмотрел на Мартина.

— Это-то меня и смутило, хотя сообразил я только задним числом, — сказал тот. — Кому она звонит? Было три часа ночи, работали только мы вдвоем, значит, никому из вас она звонить не могла.

— Мы получили от ее телефонного оператора распечатку звонков, и там оказался один исходящий звонок. На ее домашний номер. Мужу Ларсу.

— Но зачем? — спросила Анника, и растерянность, появившаяся на ее лице, передалась остальным.

— Я попросил Йосту проверить по официальному регистру населения. Ханна и Ларс Крусе, конечно, имеют общую фамилию. Но они не женаты. Они брат и сестра. Близнецы.

Анника ахнула. После брошенной Патриком бомбы в комнате воцарилась жутковатая тишина.

— Ханна с Ларсом и есть пропавшие близнецы Хедды, — уточнил Йоста.

Патрик кивнул.

— Да, мы, правда, пока не получили сведений из Уддеваллы. Но я готов биться об заклад, что окажется, детей звали Ларс и Ханна, а фамилию Крусе они приобрели где-то по пути, скорее всего, в результате усыновления.

— Значит, она звонила Ларсу? — спросил Мельберг, который, похоже, с трудом улавливал ход мысли.

— Мы полагаем, что она позвонила Ларсу и тот подобрал Лиллемур. Она вполне могла даже сказать Лиллемур, что ее подберут, — ведь Ларс был хорошо знаком участникам шоу и они не ждали от него ничего плохого.

— Если не считать того, что Лиллемур написала в дневнике, будто вроде бы узнала кого-то, вызывавшего у нее неприязнь, а этим кем-то, по всей видимости, является Ларс. Ей ведь запомнилась встреча с тем, кого она считала убийцей отца. — Мартин наморщил лоб.

— Да, но не забудь, что Лиллемур не могла понять, откуда знает Ларса, и не связывала его с тем воспоминанием. Она даже не была полностью уверена в том, что он ей действительно знаком. В ее тогдашнем состоянии она, вероятно, с благодарностью приняла бы помощь от кого угодно, лишь бы укрыться от телевизионщиков и разозленных на нее соратников. — Патрик посомневался, но затем продолжил: — У меня нет доказательств, но я полагаю, что Ларс к тому же и разжег разгоревшуюся в тот вечер ссору.

— Как это? — спросила Анника. — Его ведь там даже не было?

— Да, но во время допросов участников меня что-то зацепило. Я просмотрел перед совещанием протоколы, и все участники стычки с Лиллемур говорят, будто «кто-то рассказал им о том, что Барби несет о них разную фигню» и тому подобное. У меня нет конкретных доказательств, но мне кажется, что Ларс воспользовался индивидуальными беседами, которые вел с участниками тем днем, и посеял вражду между Лиллемур и остальными. Учитывая наличие у него информации личного характера о каждом из них, а они наверняка открывали ему душу, он вполне мог причинить много вреда и направить гнев участников на Лиллемур.

— Но зачем? — спросил Мартин. — Он ведь не мог предвидеть, что события вечера будут развиваться именно таким образом и что Лиллемур бросится бежать.

Патрик покачал головой.

— Да, ему просто повезло. Представилась возможность, и они с Ханной ею воспользовались. Думаю, идея заключалась в том, чтобы привести Лиллемур в состояние растерянности. Он быстро понял, кто она такая, и, зная, что она видела его тогда, восемь лет назад, опасался того, что она может его вспомнить. Ему хотелось подбросить ей других забот. Но когда представился удобный случай… Ну, он просто решил проблему более радикальным способом.

— Ларс и Ханна убивали жертв вместе? Но почему?

— Этого мы пока не знаем. По всей видимости, имена и адреса жертв добывала Ханна, она ведь имела доступ к подобным сведениям в полицейских участках, где служила.

— Но ведь когда убили Марит, она еще даже не начала у нас работать?

— Информацию можно получить и через поисковые системы газетных архивов. Вероятно, на Марит она вышла именно так. Ответа на вопрос «почему?» я не знаю. Однако, скорее всего, это связано с первоначальным ДТП, когда Эльса Форселль убила Сигрид Янссон. Ханна и Ларс находились в машине. Сигрид Янссон похитила их, когда им было по три года, и они более двух лет прожили у нее в полной изоляции. Кто знает, насколько это их травмировало?

— Ну а имя в адресном списке? Почему ты тогда подумал о Ханне? — Анника смотрела на него с любопытством.

— Во-первых, я получил дискету от нее, поскольку ты попросила Ханну ее мне передать. У тебя в таблице значилось сто шестьдесят имен, а в той, что я получил на дискете, было на одно меньше. Уничтожить его могла только Ханна. Она ведь знала: существует риск того, что я это имя узнаю. Едва начав у нас работать, она рассказала мне, что они с Ларсом сняли дом у некоего Туре Шёквиста, который на год перебрался в Сконе.[39] Следовательно, когда его имя всплыло вместе с адресом в Толларпе, сложить два и два было нетрудно. — Патрик сделал паузу. — Мне показалось необходимым разобрать все еще раз, — продолжил он. — Какие у вас впечатления? Имеются ли в моем рассуждении какие-нибудь упущения? Есть ли сомнения в том, что у нас достаточно материала, чтобы двигаться дальше?

Все согласно закивали. Каким бы невероятным это ни представлялось, в сообщении Патрика присутствовала пугающая логика.

— Отлично, — подытожил Патрик. — Сейчас самое главное — действовать, пока Ханна с Ларсом не догадались, что мы кое-что поняли. Крайне важно также, чтобы они ничего не узнали о своей настоящей матери и о том, как именно они с ней расстались, поскольку, думаю, это может быть опасным для…

Анника вновь ахнула, и он прервался.

— Анника? — вопросительно произнес Патрик и с нарастающим беспокойством увидел, как побелели ее щеки.

— Я рассказала, — напряженно призналась она. — Ханна позвонила сразу после того, как вы вернулись с Кальвё. Голос у нее был слабый, но она сказала, что немного поспала и чувствует себя получше и что для полного выздоровления ей, пожалуй, потребуется не больше одного или двух дней. И я… я… — Анника затряслась, но потом взяла себя в руки и посмотрела на Патрика. — Я хотела, чтобы она была в курсе, и рассказала ей о том, что вы узнали. О Хедде.

Патрик секунду просидел в полном молчании. Потом сказал:

— Ты не могла знать. Но нам надо отправляться на остров. Немедленно!

Стоя на носу спасательного катера «Минлуис», мчавшегося к острову, Патрик чувствовал, что от беспокойства у него сводит живот. Он мысленно призывал катер поднажать, но они и так двигались на максимальной скорости. Патрик опасался, что уже поздно. Когда они бросились по машинам и водрузили на крыши синие мигалки, чтобы ехать как можно быстрее, им позвонил какой-то мужчина и взволнованным голосом сообщил, что его моторную лодку конфисковала женщина-полицейский. Мужчина кричал о бандитских замашках и о том, что засудит их, к чертовой матери, если на лодке окажется хоть малейшая царапина. Патрик просто-напросто отключил телефон — на подобные разбирательства у него не было времени. Главное, теперь они знали, что Ханна с Ларсом раздобыли моторку. И направляются на Кальвё. К матери.