моих глазах на крыльцо одного из домиков вышел какой-то человек. Он посмотрел на небо, задумался, словно анализируя погодные условия, и вскоре скрылся в глубине дома. Я снова обратилась в слух…
– …значит, толстяк больше не потревожит, а его человечек на нары отправится. Нам даже на руку, что он ушлепка из журнала убрал. Тот, кстати, только с виду безмозглый был, на деле столько всего нарыл за считаные дни! – не без восхищения присвистнул седой и заговорил уже мрачнее: – Боюсь только, журналюга какие-то записи оставил. У него ничего не нашли, но разве можно столько всего в памяти держать?
Не удержавшись, я согласно кивнула, забыв об осторожности. Упругая ветка над моей головой тут же качнулась, и седой снова обернулся на шорох. Я застыла на месте, все стихло, и мужик, успокоившись, повернулся ко мне спиной.
– Не помнишь, что этот неугомонный плел на празднике? – Он задумчиво посмотрел на товарища в футболке, но тот лишь пожал плечами. – Я-то вмиг врубился, он с толстяка деньги требовал, вот и решил лишний раз шантажнуть, на сей раз прилюдно. Ну, вспоминай… Что-то про тайну плел, про баб… Надо бы проверить ту дамочку из Москвы, вдруг она в курсе? Ну эту, пассию Аникеева. Люди толстяка пытались с ней потолковать, да не получилось: выбрали людное место, им помешали ее увезти. Бабенка, кажется, ненавидела журналюгу до поросячьего визга, ее даже подозревали в убийстве, но кто знает, вдруг поделился с ней соображениями, работали-то вместе…
Какой уж тут визг! Я потеряла дар речи, вместе с ним вмиг утратив все остальные чувства. Перед глазами поплыло, в ушах яростно застучал пульс, и я снова лишилась равновесия, чуть не рухнув назад. Ну спасибо, дражайший коллега, «удружил»! И что за человек такой, если умудряется пакостить даже с того света! Правда, теперь я догадывалась, почему убили Живчика, но моей участи это нисколько не облегчало.
Кстати, а что значит «проверить»? Наивная глупая Рита, снова ты вляпалась в историю… Я с трудом подавила в себе желание броситься отсюда куда глаза глядят. Так, спокойно, без паники, они и так слишком близко, могут заметить меня в любой момент. Надо выждать, пока мужики уйдут, и тихо убраться восвояси. Доберусь как-нибудь до дома, запрусь на все замки и подожду прихода Кости. Я съежилась при мысли о разгоне, который – совершенно справедливо – учинит мне Аникеев за самоуправство. Но лучше сидеть в безопасности, выслушивая попреки, чем угодить в лапы каких-то бандитов! Ах, Костя, и почему я тебя не послушалась…
Мужики между тем продолжали стоять у теплицы, дымя своими сигаретами. Не в силах больше сидеть на корточках, я аккуратно разогнулась. Наверняка вот-вот докурят и уйдут, а я тут же дам деру…
И вдруг, в тот самый момент, когда мысленно я уже ныряла в безопасность Костиного дома, мой рот бесцеремонно зажала крепкая ладонь. Я ожидаемо брыкнулась, пытаясь освободиться, но кто-то тут же заломил мне руки. Паника придала безрассудства, и я громко замычала, мотая головой из стороны в сторону и пытаясь скинуть цепкие пальцы. Караул, а вот теперь, кажется, я попала в серьезную переделку…
– Молчи, – приказал мне на ухо строгий мужской голос, и я на миг присмирела, но лишь для того, чтобы, немного успокоив бдительность напавшего, пустить в ход зубы и тяпнуть его за ослабевшие пальцы. Он еле слышно взвыл, но тут же усилил хватку, процедив: – Будешь вырываться – тебе же хуже. Тихо. Надо незаметно отсюда уйти.
Тихо? Еще чего! Руки и рот мне не повиновались, зато остались ноги. Я приподняла ногу и вмиг просчитала силу удара, уже не боясь, что те два мужика среагируют на шум. Еще мгновение – и толстый протектор моего сапога с размаху ударил по кроссовке державшего меня сзади человека. У меня в ухе снова раздался приглушенный вой, я изо всех сил брыкнулась, кусты зашелестели, и мужики обернулись…
– Дура, сейчас всех погубишь! Не дергайся, а то… вот, – перед моим лицом затрясся белый платок, источавший сладковатый запах. – Это наркоз. Хлороформ. Небось видела в кино. Будешь рыпаться – пущу в ход. Еще неизвестно, как твой организм на эту дрянь отреагирует. Хочешь проваляться несколько часов без сознания? Нет? Тогда пойдем со мной, и чтобы без глупостей!
Ничего не оставалось, как позволить неизвестному агрессору увлечь себя на тропинку. Мужики, между тем, верно определили источник звука и медленно двинулись к нам. Отступая, я услышала новый шорох, и тут чуть впереди, слева, между деревьями показалась рослая фигура в цветастом наряде. Кажется, в просвете мелькнули красивые пшенично-медовые локоны… Та самая девушка! Но зачем она так шумит, для чего подходит к бандитам?
– Привет соседям, – донесся издали смелый женский голос, и мужики дружно повернулись к ней, давая нам возможность скрыться незамеченными. – Славка говорил, вы убийцу сдали? Я ушам своим не поверила, вот решила заглянуть к вам, чтобы убедиться… Ну вы даете, вот уж от кого совсем не ожидала такой сознательности! Откуда что берется…
И она затрещала дальше – нарочито громко, насмешливо, с напором. Седой принялся что-то негромко втолковывать в ответ, а я, от изумления разом подрастеряв всю свою оборонительную мощь, обмякла в руках «завоевателя» и покорно засеменила с ним по дорожке.
Кажется, от меня отвели серьезную угрозу в лице обитателей темных домов, желавших выпытать, не сообщил ли мне что-то покойный коллега. Но человек, продолжавший зажимать мой рот железной хваткой, наверняка был как минимум столь же опасен. Сердце учащенно забилось от страха. Ох, боюсь, зря я так опрометчиво отказалась от варианта с наркозом…
Глава 18
– Может, пальцы йодом обработать? Или укол сделать – от бешенства? – послышался из-за двери негромкий заливистый женский смех. – Нет? Уверен? Сколько же раз ты от нее пострадал, бедолага! Уж на что я без башни, а она мне сто очков вперед даст! Я подобрала ее корзинку и ножик. Только взгляни, сунулась сюда с таким «оружием»! Ну не могу…
Я подтянулась на кровати, с удивлением обнаружив, что за окном уже темно. Голова отчаянно закружилась, и я снова в бессилии откинулась на подушку. Сколько же я здесь нахожусь? И в какой момент отрубилась, уступив окутавшему меня нервному сну?
Оставив поляну с бандитами, я, подгоняемая не выпускавшим меня человеком, двинулась по направлению к первой полянке с домиками. К одному из них меня и подтолкнул агрессор, наконец-то освободив от своей хватки. Разминая затекшие руки, я обернулась – и замерла как вкопанная. Передо мной стоял
