— Мы все выполняли свой долг. — Были его слова, сказанные мне вслед.
Эпилог.
Да. Жизнь понемногу, но налаживалась и приходила в свое русло. Макс укатил с Джейн в теплые страны и присылал мне каждую неделю по огромной коробке мармеладных мишек, которых сразу же отсылала Саммерсу и Саре. Они-то время не теряли и ожидали прибавления. Я постоянно ходила к Гордону в больницу и ассистировала в некоторых операциях. Может, мне пойти по стопам Сары? Смешно.
Каждый день, вставая, я ощущала внутри, что чего-то не хватает, какого-то паззла, хотя все идет своим чередом и ничего не могло уже случиться плохого. Но мне был дан шанс жить, и я училась этому понемногу.
Как-то осенней ночью, спустя несколько месяцев, я сидела в своем любимом парке и смотрела, как рабочие снимали огромные прожектора, которые отпугивали раньше хоррендов. Листья деревьев уже кое-где опавшие, были окрашены в золотистые цвета. Я наблюдала это впервые. Было непривычно видеть темноту города, медленно опускавшуюся на город. Небо было четко видно, ведь больше над городом не было этого ярко-желтого купола и однажды, когда лил дождь, я простояла под каплями в одном нижнем белье до тех пор, пока тот не кончился. Правда, позже подхватила простуду, отчего доктор на меня долго ругался.
Я улыбнулась этому воспоминанию и не заметила, как кто-то ко мне подсел. Лавочек свободных в парке было много, а этот парень выбрал место именно рядом со мной. Я медленно повернула в его сторону голову, стараясь, чтобы он не заметил, хотела его разглядеть, но он был мало того, что в капюшоне, так еще и в кепке и смотрел прямо перед собой. Были бы при мне мои способности, мигом бы поняла, кто этот маньяк и чего хочет.
— Синие. — Услышала и внутри все сжалось. А мужчина, тем временем, снял капюшон, кепку и повернулся ко мне лицом. Теперь я это могу, и я охренела. Смотрела с отвисшей челюстью на него и не узнавала.
Те же лицо, губы, нос, но волосы коротко острижены и глаза. Они были…другими.
— Какие? Я не вижу больше в темноте четко и ясно. — Только и смогла выдавить из себя.
— Синие. — Повторил он и улыбнулся.
— И где ты пропадал столько времени? — обвинительным тоном спросила его, толкая в плечо, а он, тем временем, смеялся. Наверное, в первый раз в своей жизни.
— Искал прощения. В Шио, в Санта-Рите, во многих городах. В большинстве случаев, не у кого было его просить. Этот город последний. Ты простишь меня?
— РоЄман, у меня тебе не за что просить прощения. — Вот какого паззла мне не хватало! — Тебя каждый день ждет твой брат, вот, что самое страшное. Иди к нему. Но ответь мне на один вопрос.
— Они у тебя еще остались? Задавай.
— Почему я жива?
— Потому что я попросил, сказав, чтобы ты научилась жить нормальной жизнью.
Не ожидав такого ответа, я в порыве чувств кинулась к нему на шею, крепко обняла и заплакала. Он поднял меня на руки, что-то шепча, и понес в сторону выхода из парка.
* * *
До сих пор смотря на правую руку, он не мог привыкнуть, что силы нет. Его нет. Кира не виновата, но смириться с потерей своего единственного члена семьи было невозможно. Каждый день, выезжая за пределы Федерации, парень надеялся найти его в каком-нибудь заброшенном городе или отдаленном месте, просто издалека увидеть и убедиться, что он жив и здоров. Но с каждым днем, неделей, месяцем эта надежда угасала.
Вернувшись как-то раз с такой очередной неудачной вылазки, Эдриен заметил одну ненормальность: в его комнате чувствовалось чье-то присутствие. Майор подумал, что увидит перевернутые и раскиданные вещи повсюду, но зайдя вглубь, его взору предстала кружка недопитого кофе (его кружка), и человек, сидящий спиной и смотрящий себе в ноги или уснувший.
Эдриен стал медленно и бесшумно подходить, чтобы выяснить, кто это, но не успел.
— Ты ходишь как слон, — и человек в кресле повернулся. Парень ошарашено на него уставился, окончательно потеряв дар речи. — Здравствуй, брат. — РоЄман встал и неуверенно протянул руку.
— Ты…ты?! — только и смог вымолвить его собеседник.
— Да, Эдриен, это я. И пришел просить у тебя прощения за то, что сделал…с тобой. И делал все эти годы и то, что не делал. Мы — семья, и я надеюсь, что ты дашь мне шанс исправиться.
Без лишних слов парень кинулся как тогда в детстве к РоЄману и обнял:
— Ты не уйдешь?
— Нет, я пришел, чтобы остаться. Навсегда.
