французской горничной? — наконец рискнул предположить вампир.
Леди Маккон наслаждалась тем, что в кои-то веки преимущество на ее стороне. Раньше она не смела даже надеяться, что во время какого-нибудь кризиса будет знать больше, чем лорд Акелдама.
— Нет, из-за Джанела.
— Ее сына?
— Не совсем ее.
Лорд Акелдама, до этого сидевший в расслабленной позе, встал.
— Речь о белобрысом мальце, который сейчас с графиней? Который как-то порвал мне куртку?
— По описанию похоже на Джанела.
— Что за дела у королевы роя с сыном французской изобретательницы?
— Как выяснилось, Анжелика оставила завещание.
Лорд Акелдама, постукивая по клыку краешком золотого с рубинами монокля, прямо на глазах у Алексии стягивал воедино все нити этого дела у себя в голове.
— Анжелика — настоящая мать мальчишки, и она оставила его на нежное попечение роя? Глупая баба.
— И графиня выкрала его у Женевьевы. Тогда Женевьева построила октомат и разнесла особняк роя, пытаясь вернуть мальчика.
— Ей-богу, это очень осложняет положение.
— Смею заметить, так оно и есть.
Лорд Акелдама перестал постукивать по клыку и стал помахивать моноклем, медленно меря комнату шагами. На его белом лбу меж бровями залегла идеально прямая морщинка.
Леди Маккон одной рукой потирала свой протестующий живот, а в другой держала чашку, отпивая из нее чай. Но волшебный напиток на этот раз не смог оказать никакого благотворного действия. Дитя выражало недовольство, и чаем его было не унять.
Монокль замер.
Алексия выжидающе выпрямилась в кресле.
— Однако по-прежнему актуален вопрос: что делать с целым роем, который прячется у меня на задворках?
— Пригласить их всех к чаю? — предложила леди Маккон.
— Нет-нет, это невозможно, булочка кремовая. Они не могут сюда войти.
У вампиров странные представления об этикете.
— Как насчет Букингемского дворца? Там они окажутся в относительной безопасности.
— Нет, ни в коем случае. Это будет ночным кошмаром в политике. Королева вампиров при дворе? Поверьте мне, дорогая, собрать слишком много королев в одном месте — всегда плохая идея, тем более в одном дворце.
— Чтобы обезопасить себя и обеспечить хоть сколько-то дополнительного времени, нам нужно увезти ее из Лондона.
— Ей это совсем не понравится, но в таком предложении есть здравый смысл, колокольчик.
— Сколько у нас времени? Я хочу сказать, как долго обычно происходит роение?
Лорд Акелдама нахмурился. Не оттого, что не обладал этой информацией. Леди Маккон ни на миг не заподозрила такой возможности, сочтя, что вампир-отщепенец скорее озабочен вопросом, следует ли ею делиться.
— У новорожденной королевы на то, чтобы обосноваться где-то, есть несколько месяцев, но у старой — лишь несколько часов.
Леди Маккон пожала плечами. В голову навскидку приходило лишь одно решение. Она знала только одно совершенно безопасное место, надежное и хорошо защищенное.
— Придется забрать ее в Вулси.
Лорд Акелдама сел.
— Как скажете, леди альфа.
Что-то в его голосе заставило Алексию призадуматься. Он говорил таким тоном, будто только что приобрел особенно красивый жилет. Ей было непонятно, почему лорд Акелдама так доволен столь затруднительным положением. Как сказал бы ее погрязший во мраке невежества муж: «Вампиры!»
Кто-то должен что-нибудь сделать. Они не могут позволить королеве Вестминстерского роя просто томиться в ожидании на задворках респектабельных домов лорда Акелдамы и лорда Маккона. Что за скандал начнется, если об этом прознают газетчики! Алексия очень понадеялась, что Фелисити надежно заперта.
— Это только до тех пор, пока мы не решим, как с ней быть. И как разрешить ситуацию с Джанелом. Надеюсь, обойдется без новых разрушений ни в чем не повинных зданий, — леди Маккон запрокинула голову и закричала: — Флут!
Скорость, с которой появился дворецкий, подтвердила, что он действительно ждал прямо за дверью.
— Флут, сколько у нас в городе карет?
— Всего одна, мадам. Она только что вернулась.
— Ладно, придется обойтись. Путь ее запрягут и подгонят на задний двор. Там и встретимся.
— Вы собрались в дорогу? Но, мадам, вам же нездоровится.
— Ничего не поделаешь, Флут. Не могу же я взять и отправить вампирский рой в логово оборотней просто так, без дипломатического сопровождения. Клавигеры ни за что их не пустят. Значит, кто-то должен ехать с ними, и этим кем-то должна быть я. Обслуга замка больше никого не послушает, тем более в полнолуние.
Флут исчез, а леди Маккон встала, неуклюже выбралась из приемной лорда Акелдамы и побрела по его дому. Древний вампир следовал за ней. Однако где-то на полпути она подняла палец к потолку и посмотрела на хозяина особняка.
Дитя внутри у нее переместилось, и ей каким-то образом стало от этого легче. Ну кто она такая, чтобы сомневаться в такой полезной корректировке? Алексия одобрительно погладила себя по животу, однако тут же начала переступать с ноги на ногу: младенец-неудобство расположился на определенной части ее внутренней анатомии.
— Ах. Ох. Мамочки. До чего неловко! Мне совершенно необходимо посетить ваш… э-э… где у вас… гм…
Если бы лорд Акелдама мог краснеть, то так и сделал бы, но вместо этого выхватил из внутреннего кармана красный кружевной веер и принялся яростно им обмахиваться, а Алексия тем временем отправилась по неотложному делу. Вернулась она некоторое время спустя, чувствуя себя куда лучше во всех отношениях.
Затем Алексия продолжила свой путь, миновала парадную лестницу, лестницу для слуг, пошла через кухню и вышла в заднюю дверь. Лорд Акелдама заботливо вышагивал следом.
Рой ждал за домом, в окружении шокирующе вульгарных предметов вроде мусорных баков и бельевой веревки. Кстати, на ней, к вящему потрясению леди Маккон, сушилось мужское нижнее белье! Чтобы укрепиться морально и физически, она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Снова открыв их, Алексия, игнорируя низменные бытовые предметы, посмотрела на дорожку, по которой обычно подвозили покупки. Сейчас там беспокойной кучкой толклись вампиры.
При графине Надасди остались доктор Кадаврс, лорд Амброуз, герцог Гематол и еще двое, которых Алексия не знала по именам. Королева роя явно не испытывала желания поддерживать беседы, хоть светские, хоть какие-нибудь еще. Она определенно пребывала в стрессе, ее движения были лихорадочны, а нервы напряжены. Расхаживая туда-сюда, графиня бормотала себе под нос и вздрагивала от каждого шороха. Испуганный вампир способен прыгать на поразительную высоту и двигаться с невероятной скоростью; благодаря этим свойствам мягкая, округлая королева стала походить на кузнечика. Порой она налетала на кого-нибудь из своих клевретов-мужчин, будто пытаясь вырваться из круга, который те образовали, держась, впрочем, на некотором расстоянии от нее, и время от времени ранила кого-нибудь из них, цепляя ногтями лицо или глубоко впиваясь в какую-нибудь не скрытую одеждой часть тела. Вампиры лишь бережно отодвигали графиню в
