неудач, которые кажутся разрушительными, необратимыми и окончательными, тогда как другие так никогда и не встают на ноги.
Но некоторые из факторов, которые могут быть причиной окончательного падения или внезапного выздоровления, выделить можно.
Экономическое будущее
Есть много расходящихся экономических прогнозов для России. Вышеупомянутый дискуссионный клуб «Валдай» рассматривает четыре сценария. Согласно очень оптимистическому, доходы от нефтяного и газового экспорта будут высоки, в районе 146 долларов за баррель. Поэтому правительство сможет и захочет провести запоздалые, давно назревшие экономические реформы. В этом случае российский рост будет выше, чем в большинстве других стран, и доход на душу населения в 2030 году будет равен нынешнему доходу на душу населения в Швейцарии.
Согласно более пессимистическому прогнозу, цена нефти будет низка, не будет никаких реформ, и российская экономика будет в состоянии застоя. В этом случае российский экономический рост будет ниже, чем у других стран, приблизительно 2 процента, и доход на душу населения будет равен нынешнему соответствующему показателю Чехии.
Более вероятны, согласно российским экономистам, два «центристских» сценария. Один основывается на предположении, что цена нефти составит 94 доллара за баррель, но широкомасштабные реформы будут проведены. Другой прогноз строится на предположении об относительно высокой цене за нефть (140 долларов за баррель), но реформ будет мало и только на локальном уровне. В этом случае ожидается доход на душу населения, подобный сегодняшнему доходу на душу населения во Франции. В момент, когда я пишу эти строки (январь 2015), российские прогнозы предсказывают экономический спад — изменения к лучшему ожидаются только в 2017 году.
В ходе этих дебатов, которые имели место в ноябре 2012 года, всплыли некоторые интересные факты. Социологи сообщили, что существенное желание реформ есть среди тех, доход которых выше среднего уровня. Однако приблизительно 68 процентов из них хотят, чтобы их дети учились и работали вне России, по крайней мере, в течение многих лет, и 37 процентов хотят, чтобы они уехали из России навсегда. Почему? Частично, без сомнения, из-за общей неуверенности по поводу будущего страны, но главным образом, возможно, потому что перспективы получения подходящей работы для талантливых молодых людей плохи.
Члены Валдайской группы полагают, что существование евразийского экономического пространства, включая Казахстан, окажет положительное влияние на экономический рост.
Другой оптимистический отчет, опубликованный «Pricewaterhouse Coopers» в 2013 году, видит для России обоснованные шансы стать ведущей экономикой Европы к 2030 году и продолжить идти этим путем, обогнав Германию. Но этот прогноз опирается на утопическую предпосылку, что строгие принципы экономики, а не политика, будут решающим фактором, управляющим российской экономикой.
Менее жизнерадостный прогноз был сделан Евсеем Гурвичем, известным российским экономистом. Он считает, что подавляющее большинство русских хочет жить хорошо, но они также хотят и того, чтобы их страна была сверхдержавой. Он сомневается, что обе цели могут быть совместимы в настоящее время. Россия сейчас тратит на военные расходы вдвое больше (4,5 процента от своего бюджета), чем страны НАТО, и деньги, необходимые для вооруженных сил, будут в наличии только при том условии, что финансирование образования и здравоохранения будет урезано. Если только налоги не будут существенно увеличены (текущий максимальный уровень составляет 13 процентов), то более высокие военные расходы будут означать более низкую продолжительность жизни и более низкую грамотность. Даже в настоящее время, согласно статистике ООН, Россия по продолжительности жизни занимает 134-е место из 207 стран, уступая Бангладеш, Гватемале, Гондурасу и другим странам. Гурвич думает, что введенные в 2014 году из-за Крыма санкции окажут небольшое непосредственное воздействие; однако они могут значительно уменьшить количество иностранных инвестиций. В этом случае темп роста российской экономики не превысит в ближайшие годы 2 процента и может даже уменьшиться до 1 процента.
Желание иметь пушки и масло одновременно может быть психологически понятно, но оно очень опасно. Попытка достигнуть этого в послевоенный период привела к «крупнейшей геополитической катастрофе века» (как назвал это Путин), краху Советского Союза. Чтобы достигнуть существенного роста, Россия должна возвратить доверие зарубежных инвесторов; иначе у нее не будет ни пушек, ни масла, и она останется на уровне Турции или Индонезии.
Даже в настоящее время инвестиции в России относительно низки, приблизительно 20 процентов ВНП, что ниже среднего показателя для развивающихся рынков. Кроме того, большая часть инвестиций в настоящее время идет в энергетический сектор, являющийся именно той моделью, от которой, как все соглашаются, Россия должна попытаться уйти, зависимостью от экспорта природных ресурсов.
Российская политика возвратить некоторые или все территории, утраченные с распадом Советского Союза, действует как стимул для морали и усиливает популярность российского правительства. Но за эту политику надо платить свою цену.
Даже до присоединения Крыма (стоимость которого составила 7 миллиардов долларов в 2014 году), Россия должна была выделять существенные суммы на Южную Осетию и Абхазию и поддерживать режимы в Белоруссии и Приднестровье. Самопровозглашенные республики в восточной Украине должны Москве в настоящее время 4 миллиарда долларов за поставленный им газ. Россия предоставила существенные финансовые средства Армении, Кыргызстану и Таджикистану, чтобы поддерживать свое влияние на этих территориях, для того, чтобы сохранить военные базы в этих странах и в других целях. Маловероятно, что эти ассигнования уменьшатся в последующие годы.
Точных цифр этих расходов нет. Когда Крым был частью Украины, две трети его бюджета приходилось покрывать Киеву; Россия также несет на себе две трети таджикского бюджета. В совокупности стоимость империи в настоящее время может быть порядка от 25 до 35 миллиардов долларов в год, что составляет около 6 процентов российского бюджета, не считая расходов на вооруженные силы и полицию. Эти цифры не слишком велики, но они, вероятно, увеличатся; и если Москва не сможет выполнить свои обязательства или уменьшит свою финансовую поддержку, это вызовет разочарование и негодование среди получателей, у которых были большие и растущие ожидания от их отношений с Россией. В то же самое время в самой России обязательно возникнет недовольство, если в российском бюджете будут урезаны расходы на здравоохранение и образование, наряду с фондами, первоначально предназначенными для финансирования модернизации российской экономики.
Россия сможет заплатить цену за империю — если ее экономика будет процветать. Все зависит от цены нефти и газа. И уровень цен на нефть зависит от ряда обстоятельств, которые не могут быть предсказаны, таких как мировая экономическая ситуация и спрос на нефть и газ. Это зависит от политической ситуации на Ближнем Востоке, сможет ли этот регион сохранить свои поставки на нынешнем уровне или даже увеличить их. Это зависит от политической воли Евросоюза, сможет ли он договориться об
