С самого начала разработки концепции подобных «разведывательных рейдов» предполагалась полная автономность заброшенных агентов как от местных резидентур, так и от агентов, внедренных ранее в рамках реализации других разведывательных программ. «Атомные шпионы» Пашковского должны были выступать в роли этаких «транзитных пассажиров», попавших в нужное им место на короткий срок и быстро его покидающих после выполнения задания. Не случайно применительно к такому агенту иногда использовался термин «транзитный разведчик» (или просто «транзитер») — он весьма точно выражал специфику его действий. Разведчик прибывал в назначенный ему район разведки поездом, высаживался на требуемой железнодорожной станции, проходил пешком известный ему маршрут, собирая по пути образцы воды и грунта, после чего выходил в район другой железнодорожной станции или речной пристани и навсегда покидал территорию разведки. Этакий турист с рюкзаком за плечами… или группа туристов, в зависимости от того, какой величины район требовалось обследовать.
Чтобы дать представление о том, как такие операции должны были осуществляться реально, приведем несколько конкретных примеров.
В ночь с 17 на 18 августа 1952 г. советскими пограничниками в северной части о. Сахалина, в совершенно необжитом районе, был задержан неизвестный мужчина, вылезший из воды в прорезиненном костюме, маске и ластах. Он был идентифицирован впоследствии как Евгений Голубев, 1923 года рождения. Целью его появления на территории СССР было выполнение специального задания в интересах разведки Министерства обороны США. Голубев был высажен с быстроходного катера на удалении примерно 700 м от берега, с собою разведчик имел два водонепроницаемых мешка. В них находились 2 радиостанции для работы на разных частотах, богатый набор химических препаратов — обезболивающие средства — производные морфия, снотворные, яды как мгновенного, так и отложенного действия, 25 тыс. рублей мелкими банкнотами, 100 тыс. рублей в облигациях крупного номинала, а также 25 золотых «червонцев» царской чеканки. Само собой, разведчик был неплохо вооружен: 2 пистолета-пулемета, 3 боевых ножа, один из которых имел выстреливаемое лезвие. Перед Голубевым была поставлена задача проникнуть в окрестности Челябинска-40, произвести разведку объекта, добыть документы военнослужащих, охраняющих закрытый город, собрать и законсервировать пробы воды и грунта вне охраняемого периметра, после чего выехать в указанный ему район Армении и самостоятельно перейти советско-турецкую границу в известном ему «коридоре». Способ и время перехода были обусловлены заранее. Голубев должен был действовать полностью автономно, не вступая в контакт с представителями американской разведки на территории СССР.
Особо следует отметить тот факт, что Голубеву при выдвижении к объекту разведки предстояло преодолеть почти 5 тыс. км. Билеты и посадочные талоны на различные виды транспорта, которые ему пришлось бы добывать в пути, должны были подкреплять его «легенду» в случае проверки.
Судьба этого человека очень интересна, не будет преувеличением назвать его «убийцей по призванию». Еще в 1942 г. он перешел на сторону фашистских войск и принимал участие в расстрелах советских военнопленных в Крыму. Затем он бежал от немцев и с найденными на поле боя документами вернулся в ряды Красной армии, где воевал до конца войны и проходил действительную военную службу вплоть до 1947 г. После чего последовал новый побег, на этот раз на Запад. Голубев получил отличную профессиональную подготовку агента-диверсанта, обучался сначала в спецшколе в ФРГ, затем в школе боевых пловцов-диверсантов Тихоокеанского флота США на территории Калифорнии, после чего прошел спецкурс индивидуальной подготовки в разведывательной школе в Японии, в г. Йокогама. Об уровне его физической подготовки весьма красноречиво свидетельствует ночной заплыв с грузом более 50 кг. Тут, как говорится, без комментариев, самые недоверчивые могут проверить на себе… Завершая рассказ об этом человеке, добавим, что Евгений Голубев не вступил в радиоигру с американцами, не раскаялся в измене Родине и был расстрелян.
А вот пример групповой заброски. 2 мая 1952 г. на территории Волынской области (Украина) с разведывательного самолета Вооруженных сил США RB-50, стартовавшего с о. Мальта, были десантированы 3 разведчика — А. П. Курочкин (1927 г. р.), И. Н. Волошановский (1927 г. р.) и Л. В. Кошелев (1929 г. р.). Объектом, разведку которого предстояло осуществить, являлся Лисичанский азотно-туковый завод, под который, по мнению американской военной разведки, было замаскировано производство тяжелой воды (D20), важного сырья для атомных реакторов. Кроме того, перед заброшенными агентами ставилась задача раздобыть подлинные документы работников правоохранительных органов, прежде всего МГБ. Все трое были вооружены автоматическим оружием и гранатами. Группа должна была разделиться, Курочкину предстояло выполнять свою задачу отдельно от Волошановского и Кошелева. Последние являлись профессиональными уголовниками, жившими с 1947 г. по подложным документам и в 1949 г. бежавшими в Иран. Кошелев к моменту побега из страны в возрасте 20 лет имел уже две лагерные «ходки», многочисленные задержания и аресты. Сам же Курочкин дезертировал из рядов Советской армии во время прохождения службы на территории Австрии. Выход заброшенных агентов из страны планировался через ирано-азербайджанскую границу.
Фотоснимки шпионского снаряжения, захваченного КГБ у нелегально заброшенной американской агентуры (здесь и далее воспроизводятся по книге «Пойманы с поличным. Сборник фактов о шпионаже и других подрывных действиях США против СССР». М.: Сов. информ. бюро, 1960).
Все трое прошли курс специальной подготовки в разведывательной школе Вооруженных сил США в ФРГ и располагали материальными средствами примерно в том же объеме, что и упомянутый выше Голубев. От радиоигры со своими американскими кураторами уклонились, видимо, сообщив им неявный сигнал о работе под контролем, в результате чего американский радиоцентр перестал поддерживать контакт с разоблаченными агентами. За этот скрытый саботаж и нежелание раскаяться в содеянных преступлениях все трое были приговорены к высшей мере наказания и расстреляны.
Весной и летом 1955 г. органами КГБ были задержаны 4 пары американских разведчиков (8 человек), заброшенные в СССР самолетами, стартовавшими в греческих Салониках. Все эти люди прошли усиленную 9-месячную подготовку в разведшколе Министерства обороны США на территории ФРГ. Некоторые из них обучались в учебных центрах на территории США, например на базе воздушно-десантных сил в Форт-Брэгг. Один из заброшенных — Петр Кудрин — был вовлечен в радиоигру с американской разведкой, продлившуюся более полутора лет. Объектом разведки Кудрина должен был стать производственный комплекс в подмосковной Электростали, где, по мнению американцев, еще с 1947 г. функционировал первый в СССР завод по производству металлического урана-235. Кудрин должен был Изображать освободившегося из исправительной колонии уголовника, который разъезжает по Московской области с целью трудоустройства и как бы случайно попадает в Электросталь. Там ему надлежало в кратчайшие сроки собрать необходимые пробы и выехать на юг для нелегального перехода турецкой границы. Чтобы втянуть американскую военную разведку в радиоигру, оперативники КГБ придумали для миссии Кудрина «новые вводные», призванные запутать янки. Кудрин сообщил в разведцентр, что сумел через случайно встреченного друга устроиться на секретный завод, производящий якобы инициирующие компоненты ядерных боевых частей. Этот секретный объект, мол, замаскирован под завод термометров в подмосковном Клину. На самом деле там, разумеется, подобного производства никогда не существовало. Американцы оказались настолько заинтригованы придуманной советской контрразведкой историей, что переориентировали Кудрина на «длительное оседание» в Клину. То, что американцы более полутора лет верили россказням агента, перевербованного КГБ, и не могли проверить его сообщения, отлично иллюстрирует крайнюю ограниченность их агентурных позиций в СССР тех лет. Не было у Пашковского агентов на высоких должностях ни в Минсредмаше, ни в Министерстве обороны, иначе раскусил бы он выдумки про «завод термометров» в Клину уже через пару недель.
Фотоснимки шпионского снаряжения
Примечательно, что и в случае Петра Кудрина обращает на себя внимание большое расстояние от места десантирования агента до конечной цели его маршрута (примерно 1400 км). К 1955 г. уже существовала довольно плотная зона ПВО вокруг Москвы, и американцы не захотели направлять самолет в ближние окрестности столицы, что выглядит логично. Вместе с тем для хорошо подготовленного и оснащенного «транзитера» преодолеть это расстояние большого труда не составляло — американцы это знали и не сомневались, что Кудрин сумеет благополучно добраться до Московской области.
