— Генри тоже шумный… и я к этому ну никак не причастна… так что в этом, видимо, виновата ты, — сказала Эмма, подойдя к Реджине.
— Ты серьёзно считаешь, что не имеешь к этому никакого дела? Я, пожалуй, не соглашусь, ты провела с ней столько же времени, сколько и я, — Реджина посмотрела на Эмму, подняв бровь от удивления.
Эмма кивнула в знак согласия, а затем женщины посмотрели друг на друга. Невозможно было сказать, кто начал это, но внезапно ладонь Реджины легла на затылок блондинки; Эмма притянула к себе ближе Реджину, положив свои руки ей на бедра.
Её глаза оказались напротив карих глаз, и она тихо вздохнула. Губы обожгло дыхание, а после несмелое и неуверенное прикосновение. И Эмма поддается, она тянется вперёд, касаясь полных и тёплых губ. Она целует осторожно, пробуя языком мягкость губ Реджины, а после касается влажности языка, проводит кончиком по нёбу.
Эмма проводит ладонью по щеке Миллс, а после отстраняется. Они прижались лбами друг к другу, стараясь не нарушать столь интимный и романтический момент.
Раздался звуковой сигнал на часах Эммы, и блондинка отскочила от Реджины, посмотрев на свои часы в подтверждении своей правоты.
— Я… Я должна идти, у меня физиотерапия, — с сожалением сказала Эмма.
— Я… я буду здесь, когда ты вернёшься, — кивнула Реджина, — тогда и поговорим, — пообещала она.
— Да, конечно, ладненько… я… увидимся скоро, — сказала Эмма, посмотрев на малышку Грейс, а затем на Реджину.
Грейс рассмеялась, счастливо пнув игрушку.
Глава 73
Эмма вздохнула, лежа на твердой кровати, когда её физиотерапевт Марк выпрямил её ногу, удерживая в положении.
— Ауч, — скулила Эмма.
— Ты ничего не делаешь дома, — предположил Марк.
— Делаю… ну некоторые только упражнения, — пожаловалась Эмма, — ауч.
— Эмма, ты бы могла прекратить ко мне ходить уже через десять недель, если бы ты ходила на каждое занятие и выполняла дома все инструкции, что я тебе сказал. Но ты не делаешь этого, и ко всему прочему, оказываешь сильное давление на слабую ногу, и вместо того чтобы продвигаться вперед, ты всё только усугубляешь, — сказал Марк, отпуская её ногу.
— Больно, — проворчала Эмма.
Марк подозрительно посмотрел на Эмму.
— Я не настолько хорошо тебя знаю, но не думаю, что ты тот человек, который беспокоится о том, что у него болит. И… мне не нравится это делать, но… — он вздохнул, — если в следующий раз не будет никаких результатов, то я всё расскажу мисс Миллс.
— Это ты рассказал ей о том, что я не приходила сюда, — Эмма в шоке уставилась на Марка.
— Чёрт возьми, конечно, это сделал я, — рассмеялся Марк, — Она Злая Королева, и она более устрашающая, чем ты.
— У меня есть оружие, — напомнила ему Эмма.
— Злая. Королева, — Марк поднял бровь.
— Я могу арестовать тебя, — указала Эмма.
— За помощь в лечении твоей травмы? — рассмеялся Марк.
— В следующий раз просто смотри на свой спидометр, — прищурилась Эмма.
Марк рассмеялся.
— Серьёзно, просто приходи и делай дома всё то, что я говорю, и всё будет в порядке. И тогда я обещаю, ты больше не увидишь меня, — подмигнул мужчина.
— Отлично, — язвительно заметила Эмма, — мы закончили?
— Куда ты так спешишь сегодня? У тебя свидание? — пошутил Марк, взяв ногу Эммы, и начал её массировать.
— Нет, — щёки Эммы стали пунцовыми.
— Да! У тебя свидание, — улыбнулся Марк.
— Да нет у меня никакого свидания, — сказала Эмма, а затем вздрогнула от боли в ноге.
— Прости, — поморщился он, — мне надо сделать это.
— Всё нормально, — моргала Эмма, пытаясь скрыть слезы, — я в порядке.
Внезапно дверь в палату открылась, и Мэри-Маргарет влетела в комнату как ураган.
— Эмма, ой, прости. Привет, Марк, как ты?
— Эээ, я… — начал Марк.
— Какого чёрта ты делаешь? — потребовала ответа Эмма.
— Мне срочно с тобой надо поговорить, — сказала Мэри-Маргарет.
— Прям сейчас? Серьёзно? — Эмма опиралась на локти, когда Марк продолжал массировать её ногу.
— Да, — сказала Мэри-Маргарет, смотря на Марка.
— Ладненько, пока на этом всё, — сказал Марк, опустив ногу Эммы, — я… я оставлю вас наедине, ребятки.
Марк быстро собрал свои вещи, а затем вышел из палаты, закрыв за собой дверь.
— Что происходит? — обеспокоенно спросила Эмма, — всё хорошо?
— Нет, — покачала головой Снежка, — всё дело в тебе!
— Во мне? — переспросила Эмма.
— И Реджине, — добавила она.
— Так, а теперь подожди, — начала Эмма, но Мэри-Маргарет не дала закончить ей договорить, закрыв её рот рукой.
— Я пообещала себе и Дэвиду, что не буду в это вмешиваться. Но я так больше не могу, я скоро взорвусь от всего этого. Я думаю, что ты рискуешь упустить своё подлинное счастье, свою любовь, и я не могу позволить этому случиться, — говорила Мэри-Маргарет, расхаживая по комнате.
— Успокойся, — попросила Эмма, — а теперь присядь и расскажи, что случилось такого важного?
Мэри-Маргарет присела, положив голову на руки, а затем посмотрела на Эмму.
— Я думаю, что вы с Реджиной влюблены друг в друга, но не осознаёте этого, — быстро протараторила Мэри-Маргарет, — и возможно, это будет звучать как какое-то сумасшествие, но я же вижу, как вы смотрите друг на друга, и я знаю это чувство. Эмма, дорогая, я знаю, что вы идеально подходите друг другу. Когда я вижу тебя с Генри и Грейс, и как вы общаетесь с Реджиной, я думаю, что у вас обеих есть шанс на настоящее счастье.
— Вау, остановись, — сказала Эмма, подняв руку в воздух.
— И не говори, что не любишь, Эмма, — умоляла Мэри-Маргарет, взяв дочь за руку.
— Я… я не… я удивлена, что вы хотите, чтобы я встречалась с Реджиной, — призналась Эмма.
— Всё, чего я хочу, это чтобы вы обе были счастливы… подожди… и ты не отрицаешь всё то, что я сказала о любви? — Мэри-Маргарет крепче сжала руку Эммы, — что произошло?
— Ты можешь отпустить мою руку, пожалуйста? — вздрогнула Эмма.
Мэри-Маргарет отпустила руку дочери, а затем сказала:
