Все взглянули на Конни Ландина, снова бросающего палку.
– Теперь он на пенсии, – произнес мужчина.
– В молодости он был замешан в нескольких убийствах, – сказал Бергер.
– Некоторые формы внедрения ведут к амнистии. Если хочешь сделать дело, приходится чем-то жертвовать. Мы пожертвовали заслуженным тюремным сроком Ландина, чтобы накрыть преступный синдикат, за которым так долго охотились. Ликвидировали банду, таящую в себе большую опасность.
Какое-то все молчали.
– Официально причина смерти Радослава Блока – автокатастрофа, – произнес наконец мужчина.
– Да, – кивнула Ди. – ДТП с животным.
И все. Больше она ничего не рассказывала о событиях в полицейском автомобиле, произошедших почти месяц назад. Но Бергеру казалось, что Ди как будто очистилась. Он повернулся к сидящему рядом с ней мужчине:
– Как я понял, вы работаете в какой-то международной организации, – сказал он.
– И вы наверняка поняли, что больше я ничего сказать не могу. Но вы очень помогли нам год назад, когда смогли вставить палки в колеса АО «Ньорд Инвестмент» и ликвидировать их босса Витеньку.
– Правда, Радославу Блоку в тот раз удалось ускользнуть, – заметила Блум.
– Его освободил из-под ареста один наш коллега из СЭПО. Тогда так и не удалось выяснить, кто именно. Зато сейчас выяснилось, что тот самый сотрудник СЭПО сидел в кафетерии полицейского управления – там, где находились и вы непосредственно перед убийством Эрьяна Брууна. Затем он вышел оттуда, натянул на лицо балаклаву и убил Брууна – есть запись. Он спокойно оставался в здании полиции во время проверки, а затем вышел на улицу как обычный человек. Но сейчас его задержали в аэропорту Москвы.
– Но вы, кем бы вы там ни были, отследили Блока тогда, год назад? – спросила Блум.
– Да, мы пошли по бумажным следам по всей Европе, – подтвердил мужчина. – Стало очевидно, что организация возрождается в новой форме. Мы чуть не взяли их, когда они собирались открыть компанию на Кипре, но когда они перебрались на другой континент, стало сложнее их прижать. Нам необходимо было, чтобы они вернулись в Европу.
– Они ушли в США? – спросил Бергер.
– Да. ООО «Богатырь». До нас дошли сведения, что они заинтересованы в покупке биотехнологической фирмы с потенциалом на будущее. Нам удалось привлечь их предприятием с владельцем-шведом – «Hyperion Biotechnia». Одновременно с этим Конни Ландин дал понять, что на него вышла мафиозная организация. Его заставили замять полицейское расследование, которое со временем превратилось в целых два дела: то, что вы называете пляжными убийствами и убийствами топором. Теперь они снова оказались под нашим контролем. ООО «Богатырь» было ничем иным, как восставшим из пепла, подобно птице Феникс, АО «Ньорд Инвестмент». Они хотели дополнить отмывание денег инновациями в сфере биотехнологий и генетики. Но возникли юридические препоны. Эта задержка дала нам возможность подобраться ближе. Когда они охотились за четвертым владельцем, чтобы вывести его из игры, то есть за убийцей, мы смогли взять их в Рогсведе. К счастью, Блок всегда лично присутствовал при всех кровавых разборках. Но, к несчастью, ему удалось незаметно сбежать из-под ареста, убить полицейского и захватить патрульный автомобиль, который должен быть отвезти комиссара Русенквист домой.
– А теперь? Что будет с ООО «Богатырь»?
– Сама компания и все ее активы арестованы. Предприятие ликвидировано. Все виновные под арестом, в том числе в России и США. Сидят в тюрьме особого назначения в секретном месте в ЕС. На допросах многое выяснилось, например, подробности того, как была отпилена ваша левая нога, комиссар Русенквист.
Все взгляды устремились к нему. А он продолжал:
– Они подкупили главврача и охранника, те обеспечили отсутствие персонала на отделении. Оба арестованы. Хирург оказался военным врачом из бывшей Югославии. Кстати, его, благодаря показаниям комиссара Русенквист, удалось задержать недалеко от места, где произошла авария с лосем. Саму хирургическую операцию вы видели в записи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Приятное такое видео, – буркнула Ди.
Мужчина продолжал:
– В целом благодаря допросам были получены очень ценные сведения, помогающие понять, как функционирует этот все более масштабный мир отмывания денег. Вы действительно заслуживаете по медали…
– Но не получим их? – усмехнулся Бергер.
– Среди руководства нашлись те, кто высказался весьма решительно по поводу ваших, так сказать, вольностей.
Все рассмеялись, глядя друг на друга. Кое-какие раны со временем затянулись. Ди выглядела весьма оживленной – теперь она снова работала в НОУ в полную силу, инвалидной коляской она почти не пользовалась. Молли тоже была в хорошей форме, выглядела веселой и энергичной, и, возможно, – возможно – на горизонте замаячило некое «мы». А что же Бергер? Он остался Сэмом Бергером. Ни больше, ни меньше. Но он тоже был вполне доволен жизнью. Необычное чувство.
Он подался вперед и посмотрел Ди в глаза.
– Спасибо, что разрешила нам поиграть с тобой в полицейских, – сказал он.
– Мне тоже понравилось играть в частного детектива, – улыбнулась Ди.
– Давайте подведем итоги, – предложила Блум. – Сколько человек погибло только из-за того, что один безумец захотел продлить себе жизнь? Вся его семья уничтожена. Ведь других наследников у них нет?
– Все верно, – подтвердил мужчина. – Это звучит странно, но теперь «Hyperion» принадлежит американскому государству. Хорошо это или плохо. Тилли получила определенную сумму при продаже, и судьба этого состояния неизвестна. И ты была права: агеразия – явление неоднозначное.
– Да, – сказала Блум. – В своем стремлении продлить себе жизнь надо быть предельно осторожным. Но можно ведь вести хоть чуть-чуть более здоровый образ жизни, чем у Бергера.
– Эй, что за наезд! – воскликнул Сэм. – Я, между прочим, начал плавать.
– Ага, рядом с Мириной и ее плавательным кругом. Представляю, сколько ты сжигаешь калорий.
Они посидели еще под ярким летним солнцем. Было шестое июля. Игра окончена. Странная серия убийств стала для Юхана Дальберга серией самоубийств. И он достиг почти всех целей.
Появилась собака с палкой в пасти. Точнее, бойцовская собака с целым деревом, которое она волочила перед собой. Ди нагнулась и подняла огромную ветку. А потом встала и с неожиданной силой зашвырнула ее подальше.
Без костылей.
Ноу понесся за веткой. Больше он не возвращался. Он знал, где его хозяин.
– Я знаю, кто вы, – сказала Ди, вытирая руку о стол и садясь.
Мужчина промолчал, но внимательно посмотрел на нее. Улыбнулся.
– Около года назад я видела ваш портрет среди фотографий в кабинете Лейфа Эскильссона. В отделе внутренних расследований, где меня так жестко допрашивали. Когда-то вы возглавляли этот отдел.
Мужчина нахмурился и встал.
Все остальные тоже поднялись.
– Пришла пора прощаться, – сказал мужчина, кивнув.
– Вы действительно не собираетесь говорить, кто вы?
Некоторое время мужчина молчал, переводя взгляд с одного на другого, потом на третьего. А потом протянул руку и представился:
– Меня зовут Пол Йельм. Я вернулся.
В нижней части парка, у скамейки, Конни Ландин обнимал своего любимого питбуля.
