– Ты обманом заключил со мной помолвку, гад! Я… я за тебя не выйду!
– А разве тебе кто-то предлагает? Можно подумать, я просто горю желанием связать себя по рукам и ногам. Походишь годик в невестах, и расстанемся, – ухмыльнулся темный, – друзьями.
Адель вдруг стало дико обидно. И захотелось не только немедленно стать его женой, но еще и овдоветь в одночасье.
– Почему? – процедила она, волком глядя, как он неспешно поднимается и методично расправляет складки на штанах и жилете.
– Почему? – повторил он задумчиво и, улыбнувшись краешком губ, ответил: – Возвращаю тебе обещанный долг жизни, фея. На, держи! – Он вытащил из рукава плотно скрученный свиток и бросил его девушке: – Это тебе все объяснит. Можешь радоваться, в ближайший год господин Эльт-Ма-Грэниус не будет пытаться сплавить тебя замуж. Ты же этого хочешь, верно?
– Я много чего хочу.
– Ну так добивайся! Мы сами хозяева наших желаний, – хмыкнул он и, достав из-под подушки на удивление целого котенка, сказал: – Вообще-то я зашел попрощаться. Встретимся через год, маленькая госпожа. И, пожалуйста, не вляпайся опять в какую-нибудь историю. Не провоцируй меня на необдуманные поступки. – Сунув игрушку в руки обалдевшей девушки, темный направился к двери, но на пороге обернулся: – Ах да! Совсем забыл! Теперь можешь смело отправляться на обещанное дракону свидание! – сардонически усмехнулся он и, развернувшись на каблуках, вышел из комнаты. А Адель на миг показалось, что в его пепельно-русой шевелюре блеснула седая прядь.
– Я ему еще и поцелуй должна! – зачем-то крикнула фея в опустевший проем.
– Так целуй, раз должна! Только не забудь предупредить, что целоваться он будет с чужой невестой! – донеслось из коридора.
Опешившая от такого заявления Ада, к сожалению, не увидела злорадную ухмылку, появившуюся на губах жениха. Она яростно сжала плюшевого кота, представляя вместо него шею темного, посмотрела на свиток, затем на прикрытую дверь, снова на свиток, опять на дверь… и, сорвавшись с места, кинулась за бывшим слугой.
– Ниррр! – привычно разнеслось по коридорам дома. И, как это часто бывало, ответом фее стала тишина. Даже собаки, наглотавшиеся снотворного, не откликнулись на ее вопль. Не говоря уже о старом гноме, мирно посапывающем в своей комнате. – Нир? – растерянно пробормотала девушка, выскочив на крыльцо. Но мага, перевернувшего ее жизнь с ног на голову, там уже не было. Он словно растворился в воздухе, исчез в утренних лучах взошедшего над горизонтом солнца. – Сволочь ты, темный, – обняв котенка, прошептала Адель и, постояв еще немного на пороге, вернулась в дом.
Адель нервно теребила свиток в руке, то разворачивая его, то снова складывая. Арчибальд, реагируя на мысли хозяйки, то и дело ускорялся, желая угодить ей. Но девушка не обращала на его старания никакого внимания. Она даже на дорогу особо не смотрела, доверившись зор-зару, который отлично знал адрес, по которому они ехали. Ада просто сидела на месте возницы, угрюмо разглядывая свое запястье, украшенное необычным браслетом, и бежевый лист бумаги, подписанный ее отцом. К нему-то фея и спешила несмотря на то, что до вечера было еще далеко. Пальцы девушки мелко подрагивали, и, заметив это, она отстраненно подумала, что вместо литра бодрящего кофе стоило все-таки выпить пару стаканов успокоительной настойки. Правда, при таком варианте ее измученный игрой организм мог не выдержать и сдаться под натиском сна, а подобный расклад совершенно не устраивал Адель. Она хотела выяснить все до конца, и… выяснить немедленно.
Очередной взгляд девушки, брошенный на полуразвернутый свиток, был задумчиво-мрачен. С одной стороны, это вольная, о которой она и мечтать не смела. С другой – кабала, называемая замужеством. Ну или помолвкой, что по местным правилам почти одно и то же. Испытательный срок для будущей ячейки общества, проба пера на чистом листе под названием «семейная жизнь». Переключив внимание на белый узор на коже, в который превратился брачный браслет, фея вздохнула.
В ее мире существовали разные атрибуты свадебного обряда. Но в Тикки-Терри и нескольких ближайших странах предпочтение отдавалось именно браслетам. Только в основном обычным: красивым, золотым… легко снимаемым. Магические украшения, символизирующие брачные узы, встречались крайне редко и обладали некоторыми уникальными особенностями. Начиная с того, что становились частью тела, и заканчивая тем, что… Хотя это уже зависело от фантазии мастера, сотворившего браслет. И почему-то Адель казалось, что этим мастером был сам Нир. По правилам на его руке теперь должен красоваться точно такой же узор, говорящий о том, что темный помолвлен.
Девушка вздохнула, закусив губу, но тут же поморщилась от боли. Как? Как можно было одним-единственным поцелуем причинить столько неудобств ее телу и… ее душевному спокойствию? Мог бы просто поговорить с ней, объяснить все, а не доводить до бешенства и не целовать так… так… именно так! Мог бы… Или не мог? Ада нахмурилась, вспоминая правила заключения помолвки с участием таких вот магических штучек. Если память ей не изменяла, то надевались брачные браслеты во время поцелуя, причем исключительно на пике эмоций, обычных для влюбленной пары. Получается, что все, произошедшее в спальне, лишь необходимый момент для достижения цели? Заранее запланированный и просчитанный?
Фея скривилась, ощутив себя преданной. Хотя с чего вдруг? Ей же по идее радоваться надо, а не раздражаться. Помолвка – просто деловая сделка. Причем исключительно в ее пользу. Ведь теперь она фея свободная, хоть и практически замужняя, что четко прописано в договоре, заключенном между отцом и Ниром (правда, имени таинственного темного там, увы, нет, вместо него какие-то странные закорючки «NN», которые, видимо, и обозначают инициалы жениха на языке, неизвестном невесте). Союз фиктивный, будущий муж уехал в неизвестность… живи себе да радуйся! Вот только радоваться Аделаиде почему-то не хотелось. Тяжело вздохнув, она снова свернула бумагу, официально освобождавшую фею от рабства после помолвки с Ниром, и осторожно коснулась белого кружева на своем запястье. Через год они встретятся и отправятся в храм Эраша, где, вместо того чтобы надеть по второму браслету на левые руки, чтобы засвидетельствовать свой окончательный выбор, проведут обряд разрыва отношений.
Что ж… вот и славно!
С этими мыслями Адель добралась до фамильного особняка Грэниусов. Чуть не сбив с ног дворецкого, удивленного ее нежданным визитом, фея вихрем пронеслась к отцовскому кабинету. Внутри просторного помещения с рядами забитых книгами стеллажей никого не было. Девушка раздосадованно вздохнула и стукнула кулачком по письменному столу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
